Страница 13 из 14
— С-с-с-ука…
— Я тоже так подумал. А тут они же проверили нас.
— И что теперь?
— А теперь у нас будут знания и возможность стать сильнее. Хорошо бы еще найти этого британского мага, который чуть не похоронил человечество.
— Найдем, не сомневайся. Как дети?
— Рвутся в бой, родители едва удерживают.
— Храбрые дети, настоящие.
— Да, настоящие, чистые, как оружейная сталь…
Маги принесли Омут памяти и вытянули часть полученной информации из памяти генерала. Сейчас ученые по очереди ныряли в артефакт, стараясь усвоить новые знания. А это — новые пушки, поля, системы связи, пока война, и очень много чего, когда все закончится.
Внезапно взвыла сирена боевой тревоги, в зале показались англичане, на лицах которых была написана паника. Молодые женщины плакали, мужчины пытались их успокоить. Военные резко повернулись к вбежавшим.
— Что случилось?
— Пропали дети…
***
— Ну что же девочка, вот и пришел час служения.
— Да, Госпожа. Что я должна делать?
— Вырви душу того, кто решил, что умнее всех. Вот твой инструмент.
Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор висел в воздухе, не в силах пошевелиться, и смотрел на пятерых детей, стоявших перед ним.
— Ты предал любовь, — произнесла Гермиона.
— Ты предал жизнь, — тихо сказал Невилл.
— Ты предал доверившихся тебе, — рыкнул Гарри.
— Ты предал людей, — сказала Альта.
— Ты умрешь, — прошептала Луна, совсем не похожая на себя.
На девочке были белые одежды, а в руках — черная коса. Смертельно бледная, девочка смотрела на Дамблдора без злости. Единственная, кто не испытывал к нему ни злости, ни ненависти. Она просто смотрела, и взгляд ее пронизывал того, кто предал все и всех, несмотря на то, что называл себя Великим Светлым. Она смотрела и видела душу Дамблдора, которую ей предстояло извлечь. А Дамблдор…
— Я все делал для общего блага! — крикнул он, когда коса извлекла черную, покрытую потеками болотного цвета душу.
Душа того, кто называл себя Великим Светлым, была отвратительна. На нее было противно даже смотреть, не то, что брать в руки, и Луна разрубила ее еще раз. В тот миг, когда Дамблдор умер, дети начали исчезать по одному, отправляясь домой. Они сделали свое дело и теперь становились просто обычными детьми.
Миру больше не угрожала гибель, Чужие терпели поражение за поражением, а мамы обнимали детей. К сожалению, не всех удалось спасти. Трагедия Нью-Йорка, Вашингтона, Глазго, Лондона, Берлина навсегда останется в человеческих сердцах. То, что осталось от этих городов, будет памятником беспечности. Люди никогда не забудут этого урока. Наступит день, и они шагнут к звездам. Людям земли предстоит долгий путь.
Ну а пока… Пока ничего не закончилось. Хотя осталось немного. Скольких жизней будет стоить это «недолго», кто знает…
========== Момент истины ==========
— Вот видишь! Я говорила, что все хорошо будет, а ты не верил!
— Да все я верил, душа моя. Видишь, как справились со всем…
— Давай их еще чем-нибудь наградим?
— В честь победы? — улыбнулся он.
— В честь победы, — ответила она.
Перед людьми возникли трое известных им уже существ. Внезапно по их фигурам прошла рябь и… перед военными предстали трое. Высокая зеленоглазая девушка, чем-то похожая на Лили Эванс, только гораздо более рыжая, крепко держала за руку шатена с карими глазами, чуть поодаль стоял мучительно-рыжий мужчина с почти черными глазами, в которых читалась застарелая боль.
— Кто вы? — спросил генерал, не решаясь подойти ближе.
— Мы ответим, только… Можно нам увидеть Гарри и…
— И Гермиону.
— Я сожалею, они пропали, и мы их не можем найти.
В этот миг в Большом зале появились пятеро очень уставших детей. Луна, тяжело опиравшаяся на косу, Невилл, поддерживавший ее, Гарри, на котором почти висела Гермиона, и Альта… Дети опустились на пол, а вместе с ними опустились на колени и взрослые люди, представлявшиеся то ли инопланетянами, то ли еще кем-то…
— Папа, — с болью и какой-то особой нежностью прошептала девушка, протянув руки к Гарри.
— Мама, — тихо прошептал шатен, не отрывая глаз от Гермионы.
Тихо расплакался рыжий мужчина, глядя на Гарри. На зал опустилась тишина. Гермиона приподнялась, глядя на коленопреклонённого, и какое-то узнавание мелькнуло в ее глазах, а Гарри просто смотрел на зеленоглазую девушку, так похожую на маму.
— Кто вы? — хрипло спросил мальчик.
— Мы расскажем, — тихо ответила девушка, из глаз которой катились слезы. — Мы вам все расскажем.
— Чужие пришли на рассвете, они убивали… Впрочем, все началось не с этого, — заговорил рыжий мужчина. — Все началось второго мая 1998 года, когда пал Темный Лорд. Его убил Гарри Поттер, который мечтал о счастье, но… На свете были Уизли и Дамблдор. Бабушка провела ритуал, который заставил Гарри полюбить Джиневру Уизли, а Гермиону просто опоили. Когда действие зелий спало, уже ничего нельзя было сделать — неравный магический брак превратил Гермиону практически в рабыню, не помышлявшую о…
— О папе, которого она любила всем сердцем, — вступила зеленоглазая девушка. — А папа всю любовь отдал нам… Он не любил маму, и мама… мама убила папу.
— Мама мучилась до конца, не показывая никому, как была несчастна, — прошептал шатен. — Когда умер Гарри, мама, как мы потом узнали, умерла в одно мгновение с ним. Я не знал, что случилось тогда…
— Мы встретились все вместе случайно, на похоронах папы. И тогда смогли многое узнать. Папа составил завещание, в котором отдал все нам, а мама узнала об этом и отравила его каким-то страшным зельем. Он мучился неделю на наших глазах, и мы совсем не знали… чем… ему… помочь… — девушка разрыдалась.
В зал вошли взрослые — и главы семей, и более юные, которые слушали исповедь «пришельцев». Слышать все это было очень страшно, но никто не плакал.
— Сначала мы не знали, что происходит, но потом Лили нашла старый манускрипт, и мы смогли просмотреть линию истории. К сожалению, на тот момент ничего исправить было нельзя. Так Лили узнала, что Джинни отравила папу, чтобы завладеть его золотом. Она хотела…
— Продать нас…
— Чтобы получить больше денег.
— И мы убежали.
Гарри с Гермионой поднялись и подошли к молодым людям. Мальчик Гарри обнял девушку, которая сразу же разрыдалась, повторяя «папа… папочка…», а Гермиона провела рукой по щеке шатена, который буквально всем телом потянулся за ее ладонью. Взрослые в зале будто окаменели, глядя на эту невозможную картину.
— Мы убежали и спрятались в специальном бункере, который сделали по старым записям семьи Блэк. Нам очень нужно было все исправить. Но пришли Чужие. Их привел Дамблдор, который отдал людей на растерзание. Он хотел власти, а стал рабом. Странная техника чужих уничтожала волшебников каждый день, мы гибли сотнями, тысячами, пока, наконец, не вмешались маглы. Но они были не такими, как сейчас, поэтому били ядерными бомбами очень неохотно, а когда спохватились — было поздно. Кто-то из Азии запустил все-все ракеты по другим странам, те ответили, и через час на Земле остались только те, кто спрятался.
Перед молодыми людьми загорелся экран, на котором вставали такие знакомые ядерные грибы, рушились города, сгорали в атомном пламени и Чужие, и свои. Потом картинка сменилась, и перед ошарашенными людьми встала панорама ядерной зимы и полного запустения. Только кое-где кто-то копошился в радиоактивном снегу.
— Нас не задело происходящее, хотя мы видели все, что происходило, через специальные артефакты, не знаю, как называются, но как в проекторе. Чужие ушли, и через год мир начала медленно покидать магия, значит, погибли все волшебные существа и источники магии. Тогда мы начали судорожно искать.
На экране трое людей, очень похожих на тех, что стояли перед военными, спорили, листали книги, что-то составляли, рисовали прямо на полу… Наконец вспышка — и картинка погасла.
— Нам удалось найти ритуал, который поместил нас всех на три года назад, давая нам так необходимое время. Страшно было видеть людей и понимать, что скоро они все погибнут, но против Дамблдора мы не могли ничего. Поэтому мы искали… Марку удалось найти старое пророчество о пятерых, и тогда мы с Лили искали, искали, искали…