Инкубаториум Киборгвилля

Олденвуд Грей хотел ответить Уиллу в его же манере, но потом передумал. Он взглянул на ситуацию со стороны и понял, что парень прав. Согласно этому, ему лишь оставалось подняться с места и молча сделать так, как было правильно — то есть подняться на второй этаж, посетить свою комнату и там, упав на кровать, улететь на несколько часов в вязкий сон.

— Спасибо, Джим, за помощь и этот своеобразный эксперимент, — сказал доктор Бей, поднявшись по лестнице. — Мы продолжим наше общение на тему андроидов чуть позже. И, пожалуйста, не забудьте подготовить мне отчет о проделанной вами работе… Постарайтесь сдать послезавтра… идеально будет, если у вас получится это сделать завтра…

— Хорошо, док, — Джим улыбнулся. — Я приложу все усилия, чтобы отчитаться в ближайшие сроки. — Доброй вам ночи! — в это время Вандая суетилась на первом этаже, подготавливая диван для гостя.

— Слушай… если бы я не знал, что мы все участники большой исследовательской работы… если бы я об этом не знал, то мне показалось бы, что все мы — одна большая семья, — хмыкнул Уилл, — Или что я смотрю какой-то сериал из разряда научной фантастики… Единственное, я еще не успел определиться, мне нравится то, что я вижу, или нет.

— Ну вот и не думай об этом, и просто смотри и принимай свое непосредственное участие… И старайся так, чтобы те, кто будут смотреть потом эти серии, не думали о том, что все это — большая саркастичная шутка, — сказал доктор Бей Олденвуд Грей. — Ладно, а теперь спать. Завтра у каждого из нас будет длинный и тяжёлый день, заполненный делами по самый вечер.

— Единственная проблема заключается в том, что здесь нет ни дня, ни ночи, и поэтому все работают до упаду и только после падения понимают, что времени прошло слишком много, — хмыкнул Уилл, остановившись около двери, что вела в его комнату. — Интересно, смогу ли я жить нормальной жизнью, когда все это закончится… — проговорил он и через секунду исчез в комнате.

Доктор Бей к этому моменту доковылял до своей, остановился и погрузился в раздумья, после чего заключил:

— Нет, Уилл, ты больше никогда не сможешь жить нормальной жизнью, потому что критерий нормальности… он станет другим, претерпев большое количество преобразований, мутаций и изменений.

Олденвуд Грей толкнул дверь и оказался в небольшой комнате, которая по размеру была чуть больше установленной кровати и больше походила на кладовую, которую в последний момент решили отвести под жизнь одного отдельно взятого человека. Он громко и долго выдохнул и почувствовал тяжесть ювелирного украшения, которое бережно хранилось на шее.

— Прости, — шепнул доктор и снял с шеи цепочку, — я сегодня больше не могу, — он говорил так, будто бы обращался к кому-то стоящему позади. — Завтра я вновь надену, но не сейчас. Уже тяжело, уже душит, — он слегка повернулся, словно пытаясь боковым зрением поймать того, кого не было позади. Так, оставаясь перед входом в комнату, он постоял некоторое время, прислушиваясь и будто бы ожидая ответа. Так он постоял немного, после чего вздохнул и зашел в комнату, чтобы провалиться в сон до следующего дня.

— Мистер Бей… Мистер Бей… вставайте! Уже пора! — прозвучал нежный, бережный голос андроида. — Исида уже проснулась. Она приводит себя в порядок, и вам следует поступить так же! Завтрак будет готов через пять минут, а это значит, что если вы хотите кушать горячее и вкусное, то у вас максимум десять минут на то, чтобы встать и умыться, — она мило улыбнулась, правда, в глазах доктора это выглядело так, будто бы андроид насмехается над ним. В свою очередь, Вандая видела перед собой потрепанного потного мужчину с взъерошенными волосами, который смотрел на нее из-под локтя, которым закрывался от света исходящего из коридора и бьющего по глазам.

Вандая мотнула носиком и быстро ушла, оставив дверь в комнату Олденвуда Грея открытой. Он почувствовал себя маленьким и вспомнил, как таким образом его будила мама и даже примерно так же оставляла дверь приоткрытой, чтобы сну мешали свет и звуки, которыми дышала квартира по утрам.

— Кхм-м-м… — выдохнул он, оттолкнулся локтем от жесткого матраца и сел на край кровати. Он протёр лицо ладонями и расцепил отекшие глаза. Несколько раз моргнул и повращал глазами, прочищая слизистые. Потом уперся ладонями в бедра и с трудом поднялся. Колени издали череду жалобных щелчков, а левое даже протянуло резкой болью, заставившей все тело слегка наклониться и схватиться рукой за заболевшее место.

— Чувствую… весь день будет болеть… — прошипел Олденвуд Грей и сделал шаг вперед.

Связки внутри отозвались болью, подтверждая только что высказанную теорию. Доктор Бей, начав шипеть проклятия, двинулся в сторону ванной комнаты, понимая, что работы слишком много, чтобы послать все к чертям и продолжить валяться в забытье.

Умывшись, хромая на одну ногу, он спустился на первый этаж. Там уже сидел за столом Джим. Он молча пил кофе, неотрывно наблюдая за Вандаей, что непрерывно пересекала кухню из стороны в сторону и напоминала собой пчелку, что готовила омлет, проверяла тосты и варила кофе одновременно. Первое и третье занятие было связано с плитой, второе заставляло андроида отвлекаться, идти в другую сторону кухни, доставать слегка поджаренный, вкусно пахнущий хлеб и вставлять в отверстие свежие, ещё мягкие и не покрытые тонкой корочкой загара, тосты.

— Доброе утро, мой друг! — сказал Джим, услышав тихое ворчание экспериментатора. — Как спалось? Удалось хотя бы немного восстановиться за эти несколько часов?

— Хм-м-м… что-то типа того, — ответил доктор Бей, хватаясь за поручень, — вот только суставы уже не те: колено разболелось не на шутку, но это мои проблемы, прости. Лучше скажи, как себя чувствуешь ты? Мне кажется, ты выглядишь… эм… счастливым?

Одна из дверей второго этажа открылась. Слушая шаги, Олденвуд Грей сделал вывод, что это Исида спешит на завтрак, и он не ошибся. Спустя несколько секунд, та проскочила мимо так, будто бы она была тенью какого-то существа, быстро скачущего по потолку.

— А то! — ответил Джим. — Как я могу быть несчастным после всего того, что было этим вечером?! — спросил он.

В этот момент Исида спустилась по ступенькам, а ещё через несколько секунд села напротив и внимательно посмотрела сначала на него, а потом на своего наставника.

— И что было этим вечером? — спросила она, изучающе всматриваясь в лицо сидящего напротив Джима. — И было неплохо — это не обязательно, но было бы не плохо, — если бы вы пояснили, что в нашем доме делает сотрудник службы водоснабжения? И почему он ночевал тут? — Исида была недовольна, потому что Джим случайно ввалился в туалет, когда там была она. Доктор ещё ничего не знал об этом, и поэтому не мог понять причины, по которой та вела себя подобным образом.

— Как оказалось, Джим у нас андроидный гений! Он помог мне проделать огромное количество работы в сжатые сроки! Это просто невероятно! Эм… Мы вчера поздно освободились, и ему пришлось долго ждать, когда я приду в кабинет… До твоего вызова мы с ним договорились перенастроить андроидов, немного повысив их продуктивность. Так что, когда ты пошла в душ, эм… я выдвинулся навстречу, — неловко, слегка неуверенно процедил доктор Бей, стараясь ни разу не использовать слово «забыл».

— То есть вы полночи шарились по Киборгвиллю вместо того, чтобы спать и восстанавливаться — с учетом ваших грандиозных планов по обходу узлов и общения с персоналом, плюс сбора отчетности? — тон Исиды напоминал тон учительницы, чьё домашнее задание не было подготовлено нерадивым учеником.

— Получается, что так, — доктор Бей пожал плечами, приближаясь к столу. — Ну да, именно так и получилось! — он развёл руками и даже хихикнул. — Зато мы проделали большое количество полезной работы, которую в любом случае надо было делать. Так что, особой разницы между тем, сейчас или потом, нет. Сделали и сделали, — он улыбнулся, выдвинул стул из-под стола и, опираясь рукой о столешницу, с кряхтением и напряженным от боли лицом, сел.