Инкубаториум Киборгвилля

— Почему? — спросил Олденвуд Грей и удивился своему глупому вопросу, потому как тот был не просто на поверхности, а прямо перед носом. — М-м-м… — вырвалось из его груди, и он тоже пожевал губами от сожаления. — Да… я понял… можешь не уточнять, — несмотря на этот небольшой конфуз, доктор Бей внимательно наблюдал за происходящим. Он даже забыл про усталость и сон, даже про завтрашний день, который обещал быть крайне долгим, тяжелым и отчасти занудным, с большим количеством разговоров, однотипных вопросов и последующей бумажной рутиной, что выжигала однообразием нутро.

— Ну что, как тебе внутренняя панель управления андроидами последнего поколения? — спросил Джим, когда экран перед ними изменился с цветного на монохромный и, покрывшись сплошным черным, выдал лишь комбинацию белых цифр и букв, которые образовывали собой что-то наподобие коридора, в самой нижней части которого была небольшая белая стрелочка.

Вандая при этом словно погасла. Её тело расслабилось, а голова слегка повисла на шее. Андроид чуть подалась вперед, но не упала, словно её остановили какие-то защитные механизмы, подключившие суставы и мышцы для удержания тела в стабильном положении и для придания ему состояния равновесия в пространстве.

— Ух… и что дальше? — спросил Олденвуд Грей, который никогда прежде не видел подобного интерфейса управления андроидами. — Как с этим управляться? — спросил он, плохо понимая, что он видит. — Просто я знаю что такое командная строка, и примерно понимаю, каким образом работать там. Спасибо моей рабочей станции, которую я вечно перестраиваю по своему собственному желанию и представлению о том, как она должна работать и взаимодействовать с «Глобал»! — он хмыкнул. — А это… ума не приложу…

— А это очень прикольная штука, на самом деле, — сказал Джим. — Её придумали в первую очередь для того, чтобы непосвящённым пудрить головы! — он хмыкнул. — То есть как использовать данную систему знают только те, кто хотя бы раз видел то, как её используют… эм… А такие люди — настройщики высокого уровня с большим багажом знаний! А теперь смотри сюда, я буду тебя удивлять! — сказал Джим и коснулся специальной ручкой экрана.

Стрелочка дернулась вверх. Джим вел её вслед за нажатием на экран. Таким образом, он мог поворачивать и перемещаться по коридору, который в какой-то момент разветвился.

— О! Смотри! Дыра! — сказал доктор Бей, увидев отсутствие знаков справа, но Джим проигнорировал его слова и продолжил направлять стрелочку вверх. — А… почему ты не повернул? — спросил доктор, поняв, что вообще ничего не понимает.

— Смотри… — спокойно сказал Джим. — Дело в том, что таким образом идет взаимодействие с андроидом. Правая сторона показывает, что надо смотреть на первый символ справа. Какая цифра справа? — спросил он и, услышав ответ, продолжил рассказывать. — Во-о-от! Это значит, нам необходимо завести стрелочку вот в такой по счету поворот. Следующая сторона будет левой. Таким образом мы доберемся до ядра! И только там перед нами откроется командная строка.

— То есть ты хочешь сказать… что это защита внутри защиты внутри защиты? — спросил доктор Бей, который был в шоке от увиденного.

— Что-то вроде того. Отсюда, конечно, мы тоже можем посмотреть много всего интересного, но я не уверен в своих знаниях, поэтому проще добраться до ядра и произвести все действия оттуда, — сказал Джим.

— То есть ты намерен таким вот образом… двадцать три раза выбрать необходимый порядковый номер и… Ладно, у меня другой вопрос: а как выйти отсюда в том случае, если понимаешь что сбился или если не знаешь, что делать в открывшемся окне? Вот что делать в таком случае? — спросил Олденвуд Грей.

— Ничего не делать, — спокойно ответил Джим. — Просто не трогать, и спустя некоторое время интерфейс сбросится. Вот и все. Те же, кто самостоятельно пытаются найти кнопку «выход», сильно рискуют активировать систему защиты, которая скрутит их и сдаст властям… И это несмотря на то, что такая машина может сдать властям своего владельца. Кстати, насколько мне известно, таких случаев было очень много, — Джим хихикнул. — А все потому, что у кого-то ручки загребущие, носы длинные… Но вот лично у меня до сих пор есть вопрос, и заключается он в следующем: «Каким образом у тех, кто попадал в полицию, сданным своим андроидом, хватало мозгов добраться до стадии буквенного шифра? И были ли те, кто каким-то чудом умудрялся миновать эту стадию и добраться до коридора доступа к ядру?»

— Но это два вопроса, — хмыкнул доктор. — Хотя, скорее всего, они для тебя неразрывно связаны, — он пожал плечами, продолжая наблюдать за тем, как сосредоточенно Джим продолжал считать отверстия в стенах из цифр и букв. Олденвуд Грей понимал, что это какие-то внутренние шифрованные данные, но понять, что там, не смог бы даже тот, кто сейчас старался пробиться к управлению ядром.

— Не важно, — буркнул Джим, продолжая считать и удерживая палец то на одной стороне, то на другой, то на одной цифре, то на другой, и планомерно приближаясь к заветному центру. — Наверное, это самый продолжительный процесс из тех, которые могли быть в работе с андроидами последнего поколения, и он же самый неприятный, потому что требует большого количества концентрации… Не то чтобы я не согласен с теми, кто придумал эту схему, но, думаю, можно было бы придумать более изящное исполнение.

— А мне нравится задумка, — сказал Олденвуд Грей, который наблюдал за плавающей в коридоре стрелочкой, которая выбирала входы то с правой стороны, то с левой. — Это похоже на игру. Конечно, не очень удобно, что процесс достаточно продолжительный, зато надежный!

— Не стану с вами спорить, — сказал Джим и хотел продолжить свои изыскания, но в их разговор вмешался Уилл, который уже некоторое время потихоньку наблюдал за двумя мужчинами посреди гостиной, которые вскрыли голову андроида и внимательно наблюдали за чем-то внутри этой головы, обсуждая вопросы взлома, систем безопасности и изящество исполнения.

— А что, собственно, вы тут делаете? — спросил Уилл, который до этой секунды никак не выдавал своего присутствия. Доктор Бей дернулся, но Джим остался недвижимым. Его сосредоточение на работе вызывало уважение и давало понять, насколько то, что он делает, важно для него.

— Уилл… твою ж, — прошипел Олденвуд Грей, — и давно ты тут отсвечиваешь?! — он со злостью посмотрел на парня, считая, что тот должен был как-то иначе обозначить свое присутствие, хотя бы каким-нибудь привлечением внимания, чтобы было видно и слышно, что он пришел, а не тупым вопросом, возникшим из полумрака второго этажа.

— Не сказать, что давно… но некоторое время, — Уилл пожал плечами. — Мой вопрос остался прежним, потому что мне интересно, что вы тут делаете посреди ночи с такими воодушевленными и сосредоточенными лицами.

— Исследуем её глубокий внутренний мир методом нежного прикосновения к мозгу, — пробубнил Джим. — А теперь я попрошу вас помолчать, потому что вы меня сильно отвлекаете. И если вы не хотите столкнуться с некоторым количеством проблем, связанных с неудачной попыткой доступа к ядру, я вам крайне настойчиво советую заткнуться и не мешать мне от слова «совсем». Надеюсь, я высказался достаточно внятно и отбил у вас желание раз-го— ва-ри-вать, — проговорил сотрудник водоканала, лоб которого покрылся потом.

Ни Уилл, ни Олденвуд Грей не решились что-то сказать, осознав серьезность происходящего. Уилл спустился со второго этажа и встал рядом. Он жадно уставился в монитор, который показывал небольшую стрелочку, быстро плывущую в коридоре, стены которого состояли из хаотично разбросанных букв и цифр. Несмотря на это, данное занятие ему казалось достаточно занятным и забавным. Также Уилл отдельно подметил, как его подчиненный держал палец на цифрах на шее Вандаи и изредка передвигал его справа налево и обратно, приближаясь к центру.