Страница 170 из 329
Отец и я постоянно заставляли Лорана отвлекаться. Это было залогом нашего успеха в данном нелегком мероприятии. Это было тем, что планомерно смещало полоску показателя жизненной силы графа к отметке ноль и давало надежду на прохождение с первого раза! Потому что второго захода не хотелось… ни сейчас, ни позже… хотя бы потому, что мы уже потратили на сражение, возможно, слишком много времени и сил… и это с учётом нашей относительной осторожности! При учете нашей слаженной совместной работы и попыток сохранять тактические действия в рамках быстрой кооперации и моментальной поддержки.
Мы не давали великану продохнуть и буквально играли в назойливых насекомых, которых тот желал… просто жаждал уничтожить, но не мог поймать и сходил от этого с ума все сильнее и сильнее. Время от времени приходилось замедляться и сбрасывать ответственность на Уилла… Он, в свою очередь, иногда сбрасывал все на меня. Таким образом, мы давали друг другу возможность передохнуть несколько секунд и подлечиться в те моменты, когда Хлоя не справлялась с получаемым нами уроном от Лорана, когда просто не успевала наколдовать необходимое нам исцеление.
— Да когда ж он помрет-то?! — не выдержал Уилл после пропущенного сильного удара, который за малым не выбил его цифровой дух из не менее цифрового тела и при этом заставил скорчиться от боли. — Бой слишком затягивается! И… вот это мой последний пузырёк! — он поднял руку со склянкой над головой, после чего осушил её и бросил в графа, попав ему четко в голову. — Ух… не в тему… — спохватился он наблюдая за тем, как Лоран резко развернулся и занёс обе руки для удара. — Ой… как… не… в… тему… полу… чилось… — продолжал говорить отец отпрыгивая в разные стороны и стараясь не попасть под удар. Я к этому моменту выбился из сил и крикнул ему: «Папа! В тему!»
Тяжёлое дыхание волнами вырывалось из меня. Дело в том, что до этого совпало два события: у Хлои закончилась магическая энергия и требовала восстановления, а Уилла почти убили. В связи с этим мне пришлось спровоцировать и впоследствии самому сдерживать весь напор, и это было не просто не легко, а совершенно изнуряюще!
— Уилл! Отойди в сторону! Куда-нибудь в сторону! — прокричала Хлоя. — Сейчас будет нечто мощное! — она вращала руками, концентрируя магическую энергию на кончиках пальцев и передавая её дальше, в область между ладонями. Зрелище это было очень красивое. Наверное впервые за все проведенное в игре время я наблюдал нечто подобное, и если бы не Лоран, который атаковал отца и которого надо было спровоцировать на агрессию в мою сторону, я, наверное, просто завороженно наблюдал бы за тем, как моя учительница творит смертоносное волшебство, готовясь нанести последний или один из последних ударов по графу.
Тело изнывало от усталости и боли. Никогда прежде я не ощущал ничего подобного, а тут… новые ощущения прошили все мое естество. Помимо этого в голове вертелась мысль: «В итоге вся тактика и осознанность боя скатилась к одному простому: бей и беги, беги и бей! Смешно… это очень и очень смешно».
Раздался гром, заставивший меня остановиться, а Уилла отпрыгнуть в сторону. Он сделал это машинально, не задумываясь, на рефлексах и чуть не угодил под случайную атаку, увернувшись от нее каким-то чудом. Спустя один миг наш противник воспылал пламенем такого холодного цвета, который можно увидеть только в ледяном гроте, зайдя туда с небольшим фонариком, испускающим чистый белый свет. Вместе с этим великан встал на одно колено. Он не кричал, не смеялся. Он просто остановился и занял какую-то крайне странную позу, чем ввел Уилла в ступор. Я же, находящийся всего в нескольких шагах, понял: «Единственная и последняя возможность добить его — есть сейчас, и вторая такая появится только в том случае, если мы вернемся сюда на второй заход! А этого не хочется!»
Я сорвался с места вперёд. Сделав один шаг, я собрал все силы до полного изнеможения, чтобы вторым шагом отправить себя в полёт. Мне удалось воспарить над землей, несмотря на усталость, на боль в мышцах, на страх перед тем, что моя попытка увенчается провалом. Я воспарил, и тело само собой выгнулось. Ноги ушли немного назад, руки тоже, пресс растянулся. Я понял, что сам организм готовится к тому, чтобы нанести удар. В голове начался отсчёт. Он напоминал мне музыкальный счёт от начала до конца такта. Мне даже вспомнились слова Виро: «Братец, смотри, вся жизнь музыкальна. и все происходящее можно разделить на музыкальные квадраты… или четвертушки… второй вариант, если мерить стихами… так вот, вся жизнь, она музыкальна. Тут работает правило простейшей математики, и в те моменты, когда ты в чём-то сомневаешься, можешь начать считать. Все очень просто: один, два, три — действие; один, два, три — действие! Так ты будешь уверен в том, что попадаешь в такт! А такт… короче, в какой-то момент ты поймёшь, что жизнь делится на такты… и если их соблюдать, то любое действие становится проще». Тогда я не понимал, о чем он говорит, а сейчас почувствовал, насколько он был прав! Я сам разбил невероятно краткий момент на такт и начал считать: раз — время растянулось; два — тело приняло необходимое для удара положение; три — я напрягся; четыре — мышцы начали своё сокращение и в этот же момент действие, удар.
Мой клинок вонзился Лорану в плечевой пояс. Чуть правее линии позвоночника. Он вошёл по самую рукоять. Легко, мягко, быстро. Спустя несколько мгновений великан поднялся и поднял меня, упершегося о него ногами и сжимающего застрявший в нем короткий меч. Он встал на ноги, но продержался недолго и опустился на оба колена. Я участвовал в этом действии как главный герой и чувствовал, как Хлоя и Уилл наблюдают за мной в полной готовности прийти на помощь, но Лоран, наконец, был сломлен и в подтверждение этому он начал говорить. Потихоньку, спокойно, умиротворенно! Словно его страдания закончились. Будто бы смерть — это все, о чем он, и мы смогли воплотить его мечту в жизнь… ту самую, которую можно разделить на такты. Ту самую, которая должна восприниматься как музыка…
— Спасибо… — сказал граф и тяжело вздохнул. — Я понимал, что мое проклятье не вечно. Я знал о том, что рано или поздно все закончится. Я знал, что придёт тот, кому я смогу передать этот ключ, — старик закопошился, запустив руку под тяжелые латы. Спустя несколько секунд он достал золотую цепочку, свисающую с шеи. На ней был золотой ключ. Увидев это, я ужаснулся. «Доктор Бей…» — промелькнули в голове слова, но я не стал продолжать эту мысль, прекрасно понимая, что нахожусь не в том месте и не в то время, для подобных размышлений. Однако я подчеркнул для себя этот намёк судьбы, во всяком случае, мне показалось, что это намёк, который сообщает о том, где именно надо копать, чтобы задать старику правильный вопрос и получить ответ о том, кем была моя настоящая мать.
Кажется, не только я подумал о экспериментаторе. В тот миг, когда Лоран достал цепочку и сорвал её, Уилл подошёл поближе. Он протянул руку, чтобы забрать дар великана, и посмотрел на меня такими глазами, что я сразу уловил направление его мыслей.
«Отец… ты такой прямолинейный…» — подумал я и улыбнулся ему. В этот момент нам не нужны были слова, чтобы общаться и чтобы понимать друг друга. Это было забавно, удивительно и приятно.
— Идите… — последнее, что сказал Лоран, а потом превратился в каменную статую, и, с одной стороны, я был рад тому, что этот бой закончился, а вот с другой… С другой стороны, я был крайне озадачен, и связано это было со следующим: дело в том, что я по-прежнему оставался на его спине, пронзивший плечевой пояс и часть тела своим мечом… Так вот, вместе с Лораном в камень превратился и мой меч… мой любимый и лучший из тех, которые хранились в инвентаре. Так что победа над боссом была несколько испорчена утерей оружия. А ведь никогда раньше ничего подобного не было.