Страница 2 из 9
– Я разберусь. – Мне ничего не оставалось, как утихомирить жалобщика, почтительно склонившегося в поклоне. Впрочем, возможно, причина была иной – после удара он просто-напросто был не в состоянии разогнуться.
Вновь включив автоматическое управление, я позволила технике продолжить путь во дворец. Сама же, пока была возможность, следила за якобы потерпевшим, оценивая его дальнейшие намерения. И судя по взятому им направлению движения, это был все тот же бар – участок жандармерии, куда мужчина мог обратиться по поводу кражи, находился в другой стороне. То есть однозначно у него не имелось реального повода обвинять девушку.
«Или же сам не был образцом порядочности и боялся попасть в поле зрения жандармов», – мелькнула еще одна догадка. Очень уж физиономия у мужика была бандитская. Неприятная. Внушающая опасение. Шрам на щеке, одутловатые щеки, маленькие бегающие глазки.
Мысленно приободрив себя, я прогнала нехорошие мысли прочь. Ну какой еще бандит? Бандиты далеко, в космосе, у них свое королевство – прибежище, и с нами они не контактируют. Не осмелятся связываться с теми, кто находится под покровительством и защитой Шейраза. А это просто трудяга, который получил травму на производстве. И, видимо, огром злоупотребляет, потому видок не самый приятный. А я просто предвзято к нему отнеслась, заметив агрессию по отношению к девушке.
Похоже, подобная подозрительность досталась мне от отца. Он тоже постоянно беспокоится за мою безопасность и никуда не отпускает без охраны. Хотя явных причин для подобной осторожности я не нахожу. Чего мне бояться в родном королевстве? Оно ведь не такое уж большое по сравнению с другими. Здесь каждый житель на виду, а королевская семья традиционно пользуется уважением и почетом, нет у нас ни оппозиции, ни недовольных властью или социальным строем. В таких условиях объяснить наличие охраны можно разве что желанием подчеркнуть мой статус.
Из-за вынужденной остановки до дома я добралась с опозданием. Не успел двигатель летара заглохнуть, как кулон-связничок вновь ожил, сердито осведомляясь, где меня носит и почему я до сих пор не в тронном зале. Нетерпение отца вкупе с тем, что меня оторвали от важных практических занятий, заставило бросить летар у широкого крыльца и бегом подняться по ступеням.
Коридоры, облицованные блестящими белыми панелями, казались бесконечными. Светильники вспыхивали, указывая путь. Ковры заглушали шаги. Придворные, отвлекаясь от разговоров, вежливо кланялись, провожали заинтересованными взглядами и вновь возвращались к своим делам. Никого не смущало отсутствие на мне традиционного наряда. Принцесса остается таковой даже в повседневной одежде.
Заметив меня, один из слуг-караульных почтительно склонил голову и потянул за ручку дверь тронного зала, предупредительно распахивая створки.
– Ини, наконец-то! Мы тебя уже заждались, – раздался негромкий голос, едва я ступила на покрытый мозаикой пол.
Отец, расположившийся в центре ряда сидений для королевской семьи, одарил меня приветливым взглядом и поманил рукой.
И вот что странно: мало того что он был не один – за его спиной стояло несколько министров и их секретарей, так еще и мачеха с братом сидели рядом. Просто обычно, когда собирался семейный совет в таком расширенном составе, меня предупреждали заранее. А тут совсем уж поспешно и неожиданно все организовали.
Поэтому я в некотором недоумении шла к ним через зал. Кстати, самый древний, если верить легендам, именно в нем принимал титул короля самый первый правитель королевства. Правда, у многих в достоверности этого факта были сомнения. Все же шесть тысяч стандартных циклов[1] огромный срок, а зал и дворец наверняка успели не единожды перестроить. С другой стороны, наша платформа до сих пор в исправном состоянии и требует лишь незначительного ремонта, хотя ее создали намного раньше.
Мозаики на стенах, изображающие звездное небо, свод потолка, освещенный огромным круглым светильником, пушистый ковер на полу. Здесь не было ни единого намека на современные технологии и достижения прогресса – никаких экранов, точечной подсветки, полимерных покрытий. Зал, словно застыв во времени, жил своей историей и древними традициями. Даже воздух казался другим – каким-то тяжелым, величественным.
– К чему такая спешка? Что-то случилось?
Приблизившись к родителям и министрам, я замешкалась, но все же решила сесть, вроде нет в совещании ничего официального, что требовало бы от меня соблюдения этикета.
– Случилось, – ликующе и оттого подозрительно откликнулась просиявшая мачеха. И от ее довольного вида по спине прошелся легкий холодок – ее улыбка, сколько себя помню, не единожды становилась для меня предвестником неприятностей. – У нас огромная радость. И все королевство разделит ее вместе с нами!
– Вы ждете ребенка? – сорвался с моих губ единственный пришедший на ум радостный повод. Я знала, как отец мечтает о втором сыне.
И лишь когда сказала, опомнилась, с сомнением посмотрев на ее незаметный живот. Но все же Вьянна, в повседневном нежно-розовом платье с мягким лифом и поясом, вполне могла лишь недавно узнать о своем положении. И потому отказаться от корсета.
Прекрасные, изысканно подведенные косметикой зеленые глаза мачехи посмотрели на меня с недоумением, опустились вниз, перебежали к не менее опешившему от моего предположения потенциальному отцу и снова вернулись ко мне.
– Нелепая шутка, милая, – поджав полные губы, укорила Вьянна. – Зачем нам еще один наследник? Он лишь внесет смуту в политическое устройство, претендуя на власть. Твой брат прекрасно справится, и ему ни к чему конкуренты. Правда, дорогой?
Говорила она о своем сыне, моем кровном брате по отцу, а в завершение необычайно ласково обратилась именно к супругу. Я же сокрушенно вздохнула – мачеха им умело манипулирует, всегда добиваясь того, чего хочет. Моя мама, судя по рассказам няни и придворных, была совсем другая.
– Ини, как моя дочь, ты абсолютно права, но как будущая правительница должна думать глобально. Наши субъективные «хочу – не хочу» совершенно неуместны, когда речь идет об интересах королевства, – величественно кивнул папа, не подавая вида, что сам не раз сетовал на необходимость жертвовать личным в угоду политике. – Так что причина для радости у нас иная.
Я в растерянности подняла на него взгляд, встретясь с серыми глазами, обрамленными едва заметной сетью морщинок. Отец, хотя уже немолод – пятьдесят стандартных циклов немалый срок, почти половина жизни за спиной, – однако выглядит прекрасно. Сильные мышцы, крепкое тело, этого даже под одеждой не скрыть. Темные, как древесина тумраза, волосы, без намека на седину. Он всю свою жизнь посвятил благополучию Тиалы и способен править очень долго. Такого достойного правителя еще поискать, но… Но и отца мог утомить груз ответственности.
– Найрис станет королем Тиалы вместо тебя и нашел себе неве…
Закончить фразу не успела, мои слова заглушило скептическое восклицание брата: «Не говори глупостей, Ини!» Он нервно дернулся и в явном смущении провел рукой по волосам, таким же темным, как у отца. Однако под строгим и требовательным родительским взглядом снова выпрямился и расправил загнувшиеся кружевные манжеты парадного костюма.
Ну да, как-то необдуманно я спросила. Прекрасно ведь знаю, насколько его тяготит перспектива стать правителем, а с поисками невесты он и раньше не спешил. Но ради отца Найрис обязан поддерживать образ достойного преемника. И не должен показывать свою слабость и растерянность перед подданными. Тем более на виду у министров.
– И кого же тогда поздравлять? – пряча неловкость, негромко спросила я, понимая, что обе мои версии с треском провалились.
– Отрадно, что о себе ты думаешь в последнюю очередь, – похвалил отец, видимо стараясь меня поддержать. – Ты всегда была скромна и заботилась о благе других. Но на сей раз твоя добродетель будет вознаграждена. Судьбе не нужно спрашивать о твоих желаниях, чтобы их исполнить. Принц Шейраза станет твоим мужем.
1
Стандартный цикл – период времени, служащий единым техническим показателем, запрограммированный в настройках всех платформ. Своеобразный условный год, одинаковый для всех королевств, независимо от их положения в космосе и связанный с периодичностью технического обслуживания механизмов перемещения платформы в космическом пространстве. – Примеч. авт.