Страница 8 из 18
– Поверь, лучше отдавать ежедневно по чуть-чуть, чем выпустить всю кровь разом, – выдал жестокую правду Хаген. – Начнем сегодня. И пойми, это в твоих же интересах.
Если раньше Нокс и Дакота вмешивались в разговор, чтобы поддержать меня, то сейчас они оказались бессильны. Дакота приняла сторону принца. Нокс молчал, скорее, осуждающе и мрачно, но тоже не мог ничего поделать.
Словно в тумане, я кивнула. Хотелось поскорее закончить этот разговор, выбраться прочь из подвала и наконец-то вдохнуть полной грудью.
К счастью, третье условие Хагена было последним.
Наверх я поднялась самой первой.
Глава 3
Уже во второй половине дня Нокс сумел уладить все вопросы, и Химеры, повинуясь одному из условий Хагена, выделили нам новое жилье. Выбор небольшой: старый фургон со снятыми колесами, обустроенный под тесную квартирку, и маленький домик-сторожка неподалеку. Ни в одном из вариантов не было санузла, поэтому выбирала исключительно на свой вкус. Все равно придется каждый раз таскаться в общежитие за благами цивилизации…
По моему решению мы с Дакотой заселились в дом на колесах. Точнее, уже без. Сделано это было по двум причинам. Во-первых, жизнь в фургоне для меня в новинку. И пусть разницы особой нет, все равно интересно. Во-вторых, в фургоне хоть и не так много мебели, но зато есть две раздельные узкие кровати по разные стенки «комнаты», а в сторожке она только одна, пусть и достаточно большая.
Дакота пообещала присматривать за мной, но не надоедать, как это, уверена, делал бы Хаген.
– Ты меня даже замечать не будешь, – заверила вампирша, отдыхая на своей постели, местами застиранной до дыр. – Тем более вокруг полно народу. Ты всегда под надзором десятков пар глаз.
Больше до вечера мы не разговаривали. Каждая молча сидела в своем углу. Дакота что-то читала, запрокинув ноги на дряхлую тумбочку в изножье, а я просто пялилась в потолок, местами раскрашенный ржавчиной.
Делать ничего не хотелось. Хотя, наверное, стоило себя чем-то отвлечь. Однако я продолжала истязать себя воспоминаниями о родителях и о моих многочисленных ошибках, из-за которых все обернулось именно так. Мысли о прошлом душили спокойствие, а о настоящем и будущем – пугали. Я не могла отделаться от чувства, что сегодняшним вечером сделаю первый шаг за рубеж своей человечности.
Через сколько дней Хаген посчитает, что мое тело уже адаптировалось под недостаток крови? И адаптируется ли оно вообще? Головокружения, слабый пульс, низкое давление, усталость и сонливость. Это меньшее, с чем придется столкнуться, чтобы потом все равно умереть без единой капли крови в теле… И проснуться вампиром.
Когда это случится?
Я повторяла этот вопрос раз за разом, глядя стеклянными глазами в потолок. Я боялась того, кем стану, потому что привыкла быть человеком и совершенно не знала, каково быть вампиром.
Буду ли испытывать жажду? Смогу ли спокойно смотреть на кровь? Не кинусь ли на человека, лишь почуяв солоноватый стальной запах?
Рожденные вампиры привыкли к своей сути и умеют ее контролировать. Но что будет со мной?
Когда эти мысли и чувство вины меня окончательно вымотали, на улице уже начали сгущаться сумерки. Близился час, когда мне придется отлипнуть от подушки и пересечь узкую улицу, чтобы оказаться у дверей дома, где расположился Хаген. Да, наш фургон ему видно из окна. И сомневаюсь, что это совпадение.
– Ты сегодня не ела, – не отрывая глаз от книги, заметила Дакота, когда я, набравшись смелости встретиться с Хагеном, встала с кровати.
На страницы падал свет настенной лампы, но вампирша, способная видеть в темноте, включила ее исключительно для моего комфорта.
– Не хочу есть.
Дакота подняла взгляд от книги и положила ее вниз страницами на колени. Я впервые за день взглянула на обложку и поняла, что это какой-то роман.
– Ты ведь к Хагену собралась? – глядя на меня из-под нахмуренных бровей, спросила соседка.
– Куда же еще? С вашим конвоем особо не погуляешь…
Эти слова я буркнула себе под нос, но вампирша все равно услышала и шумно прыснула:
– Я ведь сказала, можешь делать что хочешь, красотка. Поверь, я причиню неудобств ничуть не больше твоей тени.
Тени, значит… Всегда бесшумная и незаметная, но всегда рядом. Ясно.
В фургоне было достаточно прохладно из-за отсутствия отопления и тонких металлических стен, так что перед выходом мне даже собираться не пришлось. Разве что куртку застегнуть.
– Все-таки сходи в столовую, Сандра, – посоветовала Дакота, когда я уже направилась к выходу из нашего дома на колесах. – Тебе нужно поесть перед…
Дакота осеклась, виновато прикусила губу. Наверное, она решила, будто ее слова меня как-то заденут. Но у нее бы не вышло встревожить меня больше, чем это сделала я сама. Я и так провела весь день в мыслях об одном и том же.
– А ты? Пойдешь со мной?
– Да, – прямо призналась Дакота, но добавила: – Можем пойти вместе. Но если хочешь побыть одна…
– Хочу побыть одна, да. – Я сразу же кивнула.
– Тогда ты меня не заметишь. – Девушка понимающе улыбнулась.
От этого мне не стало спокойнее на душе. Все-таки это не свобода, а лишь ее подобие. Но лучше так, чем вечное сопровождение и полное отсутствие личного пространства.
Прохладный уличный воздух пах сыростью и костром, дым от которого виднелся за стройными рядами фургонов. Оттуда доносились голоса, нестройно поющие незнакомую мне песню, и смех. На какую-то секунду подумала сходить на огонек, но я подняла голову, и перед глазами возник захудалый домик, в котором меня ждал Хаген.
Окна – черные бездны. Дверь чуть приоткрыта. Принц уже ждал меня.
Желудок сжался в комок и подскочил к горлу. Перед глазами закрутились воспоминания о резиденции и родителях. В ушах звенели слова Хагена о долге.
Я застыла посреди пустой улицы, пытаясь вдохнуть. Никогда не была такой рохлей. Все эти побеги от военных, преследования и похищения не сломили меня. А вот смерть родителей… Наверное, только после нее я действительно поняла, что натворила и в каком ужасном положении оказалась не только я, но и все человечество.
Идти к костру сразу перехотелось. Но и направиться к Хагену прямо сейчас тоже не могла. Недолго поразмыслив, я последовала совету Дакоты и все-таки зашагала в сторону столовой.
Аппетита не было никакого, но я заставила себя съесть хотя бы небольшую порцию вареного картофеля, который сама наложила у раздаточной. В столовой никого не оказалось, и от этого на душе стало совсем тоскливо.
Когда я была здесь в прошлый раз, Химеры делили жребий на мои испытания. Шум стоял такой, что окна едва не дребезжали в рамах, а стены вибрировали от гомона голосов. Все столы были забиты. А сейчас… Я одна.
Без энтузиазма умяв остывший ужин, я не стала спешить. Решила немного посидеть в одиночестве и тишине, чтобы растянуть время и не идти к Хагену как можно дольше. Принц не задавал конкретных временных рамок. Сказал «вечером», «перед сном» или что-то вроде того. Так что торопиться некуда.
Я качалась на стуле, глядела в потолок и снова думала. Мысли всегда одни и те же, но оттого не менее болезненные. Чертовы ядовитые занозы, терзающие сердце.
Смерти родных. Человечество. Долг. Свобода.
Сколько можно тянуть эту мысленную жвачку?
Устав запугивать саму себя, я оставила опустевший поднос на столике и вышла прочь. Нужно срочно сделать глоток воздуха, проветрить голову. Но когда за моей спиной закрылась дверь, я поняла, что на улице, во дворе столовой, не одна.
За столиками под навесом сидели две девушки. Сначала я не разглядела их и подумала, что одна из них – Дакота. Она ведь обещала всегда быть рядом. Но нет.
– Сандра, посидишь с нами?
Сначала я узнала Одри по голосу. Уже приблизившись, я разглядела и гриву темных кудряшек, и отменную фигуру, которую не спрячешь под несколькими слоями одежды.
На какую-то секунду я застыла, не зная, что ответить на приглашение. В конце концов, именно Одри на моих испытаниях подсказала неправильную дорогу, направив прямиком в лапы солдат. Может, она же меня и выдала военным?