Страница 15 из 18
– Ритуал коронации состоит из нескольких этапов, – монотонно начала Дакота, когда поняла, что от меня ждать озарения бесполезно. – Первый этап – получение клятв преклонения от глав крупнейших вампирских домов.
– Присяги глав. – Я кивнула, вспомнив, что слышала от Хагена.
Главы – это первые слуги короля, которые следят за исполнением законов и порядком в своих странах. Всего их пятнадцать, по одному на каждое государство. Главы не входят в Единый Сенат, потому что для вампиров демократии не существует. Они подчиняются только воле короля.
– Хаген говорил тебе, что будет, если ритуал сорвется?
– Королем станет тот, кто вызывает больше уважения, страха и почитания, потому что магию вампиров подпитывают чужие эмоции, – словно цитируя учебник, пробормотала я.
– Именно. Поэтому первый этап ритуала – это искусственное, но подтвержденное магически признание главами вампирских домов. А вот завершающая часть коронации – клятвы верности.
– Из-за них на Хагена не нападают, так ведь? – догадалась я.
Дакота устало провела ладонью по лбу и кивнула:
– Да. Главы приносят клятву за себя и свой народ – не причинять вреда ни одному кровному члену королевской семьи. Нарушение такого обещания грозит моментальной смертью. Но ты, Сандра, к роду Колдренов не имеешь никакого отношения. Этой лазейкой и пользуются наши враги. До последней ночи алой луны они не могут убить Хагена, но твоя жизнь никакими клятвами не защищена. Теперь понимаешь, почему мы о тебе так «печемся»?
Последнее слово она сказала тем же тоном, каким выплюнула его я еще пару минут назад. Прозвучало это очень грубо и хлестко. Мне словно отвесили отрезвляющую пощечину.
Насупившись, я уткнула взгляд в носки своих ботинок, а мыслями вернулась на поляну, где догорал ночной костер. Нокс сказал, что Химерам удалось выйти на след того, кто обращает людей в низших. Я хотела бы поехать вместе со всеми, но допустят ли меня к расследованию теперь, когда я вывела Хагена из себя?
– Думаю, допустят, – поделилась догадками Дакота, когда я рассказала о словах Нокса и задала главный вопрос. – Хаген больше не оставит тебя вне поля зрения. А значит, ты поедешь вместе с ним.
Я даже не знала, радоваться такой новости или нет. С одной стороны, Хаген не отклонял моей просьбы и давал шанс найти виновного в смерти родных. Но с другой – и без того короткий поводок натягивался все сильнее. И это выводило из себя.
Завтрак прошел без приключений. Мне даже удалось ни разу не пересечься ни с Хагеном, ни с Ноксом. Но если Хагена видеть я не хотела, то на встречу с Ноксом тайно надеялась, хоть и настойчиво не признавалась в этом даже самой себе. У меня остались вопросы к Ноксу, но теперь, когда магия ночи разрушена, вряд ли он ответит хотя бы на один из них.
В столовой я пересеклась с Одри и Милли. Обе вампирши приветственно помахали мне из-за своего столика, но подсесть ко мне и Дакоте так и не решились. Оно и не удивительно. После утреннего скандала стражница ходит мрачнее тучи.
После воспитательной беседы в фургоне мы почти не разговаривали, а потому новость о том, что клеймо Химер будет наносить не Нокс, стала для меня сюрпризом.
– Распоряжение Хагена. – Дакота пожала плечами, когда на выходе из столовой нас встретил Феликс.
Парень хмуро кивнул, и я догадалась, что такой поворот событий стал неожиданностью не только для меня. Нокс ведь говорил, что сам со всем разберется… Неужели Хаген настолько боится подпускать ко мне парня?
Без лишних церемоний я и Дакота, следуя за привычно хмурым Феликсом, отправились к уже знакомому подвалу, где концентрировались защитные силы лагеря. Феликс, ссутулившись и спрятав ладони в карманы серой парки, шел впереди. Он ни разу не обернулся на нас. Наверное, надеялся, что вместе с Дакотой затеряемся по дороге.
– А Хаген? – спросила я, когда Феликс при нас открыл люк подвала.
– Он приходил час назад, – сухо оповестил парень и раздраженно вздохнул: – Так вы спускаетесь или как?
Мы с Дакотой почти в унисон фыркнули. Вампирша полезла вниз первой, а я следом за ней. Весь спуск я думала о том, что каким бы придурком порой Нокс ни казался, он хотя бы позаботился об освещении, когда мы пробирались по этому же ходу в прошлый раз. Сейчас же половину пути мне приходилось двигаться на ощупь, и, когда внизу показался свет ламп, я была готова пищать от радости.
Процедура заняла совсем немного времени, ведь все материалы оказались подготовлены заранее. Так, в комнате, которую логичнее назвать складом проводников, на полу ждал новый предмет, которого раньше здесь точно не было, – горшочек, плотно накрытый пергаментом.
– Эта смесь приготовлена из осколков нескольких проводников из этой комнаты, – пояснил Феликс, заметив мой интерес. – Она и станет краской для вашего клейма. Все ясно?
Мы с Дакотой синхронно кивнули. Я бодро, а вампирша скучающе и устало. Феликс по очереди, с помощью шаблона нанес нам на предплечья рисунок из колючих узоров, среди которых единственным более или менее понятным силуэтом выделялась змея. Такую же татуировку я видела у других Химер, только более четкую и детально прорисованную.
– Обычно, когда новый член команды получает свое клеймо, он произносит клятву, – бурчал Феликс, вырисовывая на моей руке змеиные клыки. – Клятва закрепляет церемонию, и краска «впечатывается» в кожу и больше не сходит. Иногда она может даже глушить прочие метки, но не переживайте, леди. Ваши рисунки исчезнут раньше, чем кончится месяц.
Я обернулась на Дакоту, но она на меня так и не посмотрела. Вампирша внимательно изучала татуировку, которую получила первой. Выглядела стражница при этом до ужаса серьезной: зеленые глаза потемнели, между бровей залегла хмурая морщинка, пухлые губы были плотно сжаты.
Не думает ли она о том же, о чем и я? Слишком много в последнее время вокруг клятв, обрядов и ритуалов.
Обратно на поверхность я поднималась без особого энтузиазма. Наверное, потому что чувствовала, что наверху ничего хорошего меня не ждет…
– Через полчаса выезжаем, – бесцветно сказал Хаген, едва моя макушка высунулась из люка. – Ты готова или хочешь переодеться?
Я исподлобья глянула на принца снизу вверх. Вроде Хаген не сказал ничего такого, но я едва не рычала, преодолевая последние ступеньки. Сам-то вампир уже переоделся!
Не знаю, кто посоветовал принцу сменить гардероб, но его привычный белый плащ куда-то делся, уступив место светлой джинсовой куртке и темно-синей кофте с высоким воротом. Хаген даже поменял строгую обувь на простые кроссовки.
Я удивленно оглядела вампира с головы до пят. А потом меня словно молнией прошило.
«Ты даже одеваешься занудно», – в уже протрезвевшей голове прозвенел собственный голос, пьяно растягивающий гласные.
Кровь отхлынула от лица. Даже не знаю, что удивляло и пугало больше. То, что я осмелилась наехать на принца, или то, что он прислушался к моему алкогольному бреду?
– Хочу переодеться, но мне не во что. – Я развела руками, стараясь не смотреть Хагену в глаза. Было стыдно, неловко, больно.
А еще я злилась. Потому что с последней встречи с Ноксом прошло уже несколько часов, а чародей нигде так и не объявился.
– В моем домике на кровати есть несколько подходящих вещей, – неожиданно заявил Хаген, а я недоуменно вскинула на него глаза.
К этому моменту из люка уже выбралась Дакота. Стражница демонстративно проигнорировала мой вопросительный взгляд, обращенный к ней, тем самым дав слово Хагену.
– Теперь ты ночуешь со мной.
– Нет. – Потрясла головой я и попятилась, едва не рухнув во все еще открытый люк.
Уверена, если бы Феликс не придержал меня за плечи, так бы и случилось. Но лучше провалиться в глубокий тоннель, переломать себе кости и остаться жить в лазарете, чем с Хагеном!
Я вырвалась из рук Феликса, даже не поблагодарив его ни за нанесенное клеймо, ни за спасение, и угрюмо направилась в сторону фургона. Похоже, уже не нашего. Теперь это личные апартаменты Дакоты. Тяжелые шаги барабанами в висках отбивали гневный марш, под который нарастали мои темные чувства.