Страница 23 из 150
Пусть хотя бы сейчас отдохнут.
— И вот мы вместе на том же фронте, — приветливо улыбнулся Кагами, когда Сенсома вошел в отдел аналитики, считающийся главным залом на всем фронте с Ветром. — Рад видеть вас в добром здравии, командующий.
— И я рад видеть вас, — улыбнулся Сенсома, распахнув объятия. — Когда я увидел твою ученицу, сразу все понял. Гад Хирузен не предупредил меня, но сюрприза у вас не вышло.
— Обидно, но я переживу. Чем там, кстати, занимается Харуко?
— Бежала к тебе, передать послание, что я в лагере. Отправил ее со своими на пару часиков погулять. Ты же не против?
— Как раз «за». Сам своих отпустил перед этим — пусть отдохнут хотя бы сейчас. По глазам вижу — ты те же думы думаешь. Кстати, уже виделся с командующим юхеями? Ему чертовски не нравится наша позиция. Я бы даже сказал — охренительно чертовски.
— Нет, не видел, — Сенсома огляделся. — Где он? И кто он, если не секрет?
— Был бы секрет, да не от командующего фронтом, — донеслось ворчливое из-за спины. — Рад видеть вас в добром здравии, Сенсома-сама.
В который раз за сегодня, Сенсома обернулся и тут же почтительно поклонился. Весельчак Хирузен решил собрать всех старых знакомых в одном месте, не иначе.
Рокуродо Дамамичи еще во времена Первой Мировой Войны был опытен, закален в боях и стар. Сейчас же все эти три его сильные стороны развились еще сильнее. Да-да, когда речь заходит об этом человеке, даже возраст становится преимуществом. Пользуясь им, Рокуродо может всего лишь одним кашлем заставить замолчать даже офицеров-шиноби, а потом емко и не совсем цензурно раскритиковать их решения. И ничего они ему не сделают, эти шиноби. Хотя бы потому, что их уважение он заслужил не один десяток раз.
Сенсома и Кагами заменили его, когда впервые в жизни оказались на фронте. А гораздо позднее, уже став известным как Математик Боя, Сенсома смог поработать с Рокуродо на фронте с Водой, где тот командовал юхеями.
— Сразу скажу, что позиция у штаба хреновая, — старик крепко затянулся чем-то, на вид напоминающем сигару. — Если враг пойдет с границы — получим отличную стратегическую возможность показать им наши голые задницы в окна, и все. Предлагаю перенести здание на совершенно противоположный участок поля.
— Решение о возведении этого укрепления именно здесь и о том, что оно станет штабом, принимал лично Хокаге, — голос Сенсомы был вежлив, но настойчив. — Он посчитал это место лучшим. Вы — наоборот. Чем вы отличаетесь друг от друга? Возрастом и тем фактом, что он — шиноби, вы — нет. Если шиноби противника начнут атаку по нашему лагерю, их техникам будет не особо принципиально — достать нас здесь или двумястами метрами далее. Если хотите знать конкретно мое мнение, главным фактором решения о именно такой позиции штаба являюсь я. Если враг нападет, я буду на двести метров ближе к вражеской армии. Их воины начнут умирать на двести метров раньше.
— Охренительно, — прокомментировал Рокуродо, расплывшись в щербатой улыбке. — Пафоса многовато, конечно, но я вижу, что ты соображаешь. Кстати, читал о твоем решении сдать фронт. Уже после войны. Пожалуй, тебе довериться можно. Ты охрененно силен, да еще и башка варит. Идет — хрен с ним, со штабом. Каковы наши действия?
— Слушайте, господа командующие, — улыбнулся Сенсома. — Мы будем играть с Ветром в агрессию.
***
Уже на следующий день отряд передовой разведки зацепился с аналогичным отрядом врага. Еще через день, новый отряд, отправившийся в Страну Рек для выяснения диспозиции сил Ветра, вернулся неожиданно быстро и доложил о потере — молодого чунина суновцы успели схватить. Удивительно, но место, в котором днем ранее встретились отряды самой дальней разведки, теперь кишмя кишело врагами. Повезло, что отряд вообще смог вернуться — силы Ветра в тех местах были настолько плотными, что можно было уверенно говорить о том, что местность та для них — зона средней разведки.
На третий день после своего прибытия, Сенсома шокировал всех вышестоящих офицеров новым приказом с утра пораньше. Кагами и Рокуродо, бывшие в курсе его безумного плана еще трое суток назад, беззвучно хохотали, глядя, как все уверения и аргументы командиров попроще рушатся наглухо о непробиваемую веру главного командующего в свои силы.
— Вы находитесь в моем лагере на моем фронте, — быстро свернул он наскучивший спор. — Выполнять!
Уже через час Сенсома вместе со своими учениками стояли у штаба в полной боевой готовности.
— Разведка, сенсей? — удивился Фугаку. — Но ведь вы раньше с нами в нее не ходили.
— Раньше вы ходили в ближнюю разведку, — пояснил Сенсома. — А сегодня мы пойдем в дальнюю, вместе с еще четырьмя отрядами. Ну, не совсем вместе, но суть вы уловили.
— Стоит ли вам идти? — с сомнением потянул Орочимару. — Вы же — командующий. Обычно, командующие в разведку не ходят.
— У меня полно заместителей, и вообще — не умничай. Я уже все решил. Выходим. И готовьтесь — скорее всего мы встретимся с врагом.
Четыре отряда в дальней разведке — нормальное дело. Другое дело, что все они состоят, преимущественно, из быстрых чунинов и опытных токубецу-джонинов, не особо сильных в битвах. Главная задача дальней разведки — разведывать. Средняя и ближняя разведки могут и должны вступать в битву с силами противника, хотя бы равными им, но дальней такое делать запрещено.
Однако, Сенсоме было все равно.
Генины двигались уверенно. Да, с ними их учитель, и уж его бесстрашия хватит на всю армию, но это не значит, что дети не должны нервничать. На их месте Сенсома бы знатно беспокоился, но то — он. Они еще совсем не пуганные. Ну ничего, скоро это изменится.
Первого суновца Сенсома почувствовал раньше, чем тот почувствовал его. Не особо сильный шиноби, а раз не засек сразу — то и не сенсор. Однако, не одиночка, это точно, а значит — неподалеку бродит его отряд.
Каамару негромко рыкнул, а Майко, тут же принюхавшись, должила:
— Неизвестный на двенадцать, сенсей.
«Неизвестный» — дань ее неопытности. Для Сенсомы, да и для детей, по факту, этот неизвестный был врагом. И любой другой неизвестный в этом секторе — враг. Сенсома остановился, давая генинам знак остановиться, и быстро прошептал что-то в свою рацию, настроенную на связью с командующими.
— Сколько врагов? — уточнил он, посмотрев на Майко.
— Десять-двенадцать, — припав к земле, ответила девушка. — Но шиноби среди них только пять. Остальные — юхеи.
— Что это значит? — перевел Сенсома взгляд на Фугаку.
— Что для врага эта местность может считаться дистанцией средней разведки, — послушно ответил он. — Юхеев в дальнюю разведку не берут.
— А это в свою очередь значит… — взгляд стального и желтого глаз упал на Орочимару.
— Что схватившись с этой группой, мы рискуем нарваться на подкрепление, — завершил мысль парень. — Сенсома-сенсей, мы нападаем?
— Именно так, — кивнул он. — Стратеги Страны Ветра решили, что им ничего не угрожает здесь. Они, видно, думают, что ситуация похожа на ту, что была тут в Первую Мировую Войну. Мы покажем им, что это — не так. Нашей атаки не ждут, так что она, скорее всего, будет успешна. Вперед! В атаку!
Генины молниями метнулись на вражеский отряд, фоня, при этом, чакрой на приличные расстояния. Похоже, слабый сенсор у суновцев имелся, так как встречать не особо большие очаги чакры противник приготовился заранее, но когда до непосредственного столкновения детей и врагов остались считанные секунды, Сенсома начал двигаться.
И движение его закончилось на шее одного из ближайших юхеев.
Он не собирался убивать именно его. Просто выскочил перед учениками и с силой вмазал кулаком по ближайшей цели. Мужчина с копьем в руках, издавая беспомощное предсмертное бульканье, завалился на спину и быстро истек кровью, а шиноби, состоявшие с ним в одном отряде, присели, готовясь к прыжку.
И тут же ошеломленно распахнули глаза, не веря, что перед ними действительно стоит тот, кто стоит.
— Стихия Огня: Великий Огненный Шар! — Фугаку сходу атаковал своим, пока что, сильнейшим ниндзюцу, не давая противникам придти в себя.