Страница 59 из 175
Кто придумал про ножи — убил бы гада! Так и напрашивается слово «коррупционная составляющая». Все шесть пар, которые судил, подарили по ножичку, которые, и мне засвидетельствовали, были куплены вскладчину обоими поединщиками. Боюсь, это теперь традиция — дарить судьям что-то, навсегда. Не принять не мог — не уважу поединщиков, тут вопросы чести, не до ерепения. Итого разбогател шестью неплохими ножами, и два — Бернардо, судивший два последних поединка.
Вслух проорал для всех зрителей по памяти правила. Оба поединщика поклялись сражаться (не драться, сражаться, это важная оговорка) честно, без урона чести себя и друг друга, и поклялись в этом «великим богам». Дежа вю, но дома я реально оговорился, описался. Но народ воспринял багу как фичу, и я понял, что многого не знаю о человеческих душах. Мы все в внутри язычники, и готовы верить во что угодно — в Кашпировского, инопланетян, Кришну и Святой Дух, поклоняться образам и ставить свечки, и при этом носить языческие обереги — и всё это одновременно. Можем юлить и отрицать очевидное, даже самим себе, дескать, нифига, верим в единого бога, все такие христиане… Но всё меняется и всплывает наружу, когда начинаем ходить под смертью. Вот тут и вылезают все мыслимые и немыслимые тайные верования. Это хорошая новость для меня, не желающего преклоняться перед чужими авторитетами, но нехорошая для церкви, которая наверняка почувствует угрозу и придумает в ответ на эту традицию страшилку и угрозу похуже, вроде крестовых походов (против кого?), которая на время затуманит разум воинов сильнее, погрузит в себе, сделав яростными фанатиками чего-либо. Но давно уже надо признаться самому себе, что я не смогу сосуществовать с местной церковью в том виде, в каковом она была для Рикардо и его отца. Надо готовиться к противостоянию с нею, а не лелеять мрии, что всё будет хорошо, и святоши — милые и добрые скромные люди, которые спокойно будут смотреть на твои начинания.
— Бокс!
Предварительно коллеги помогли обоим дуэлянтам, замотав им бошки в тряпки на манер то ли ниндзя, оставив лишь просвет для глаз, то ли мумии, то ли сделав помесь обоих сразу. Хренакс, хренакс! Лупцевали парни друг друга осторожно, но сильно. Я бы назвал этот стиль: «Как бык колхозный», но другого местные просто не знали. Трибуны ревели от восторга, подбадривая кого-то, за кого болели — им как раз зашло, они неприхотливые. Местные болели в том числе (хз по какому признаку), и крики были слышны даже со стен.
Бом-бом! — а это гонг, бить в который поставили местного мальчишку. У мальчишки было двое песочных часов, купленных вчера на рынке Вольдемаром (будем возить их теперь с собой — пригодятся). По команде «Брейк» мальчишка переворачивает основные, трёхминутные часы горизонтально, по команде «бокс» вновь ставит вертикально. А когда песок досыпается до конца, бьёт в там-тамы. Вторые часы были всего на минуту, и бил он в гонг только раз, когда досыпались, никак более их не тормозя и не останавливая — не баре, не отдыхать парни пришли. Затем активировал основные, трёхминутные, вновь по моей команде «бокс». Тут нужно внимание, и способность следить не за зрелищем, а за часами, а это для мира без телевизора и театра очень сложно. За свою выдержку он получит после всех боёв сто ассов, и я от себя потом подкинул ещё сто — ибо справился. Деньги для крестьянского парнишки немалые, но я решил не жмотиться заранее, даже когда не знал про ножи. А с ножами… Металл тут недёшев, и я в конкретном плюсе, пусть и матерюсь.
Бом-бом! — второй раунд.
— Встали! — скомандовал я. За тайм-аут бойцы чуток пришли в себя. Вновь подошли друг к другу. — Бокс!
Хренакс! Хренакс! Хуякс!..Веселье продолжилось.
Было что-то извращенское в удовольствии наблюдать за этим действом. Я, привыкший к кадрам боёв олимпийских спортсменов, или же профессионалов уровня Тайсона, Холифилда… Да хоть Валуева! И бой двух детинушек, без техники, на голом энтузиазме мутузящих друг друга? М-да. И тем не менее втянулся, завораживало. Нет, ни кому конкретно не симпатезировал, не позсуживал, но мысленно про себя тому или иному бойцу всё же симпатизировал.
— Брэйк! Брэйк, вашу мать, кому говорю!
Противники увлеклись, забыв, что подлые удары — нельзя. Пришлось лезть разнимать. Арбитр, чо, надо — значит надо.
— Предупреждение! — выговорил одному из бойцов. Снова развёл. — Бокс!
После третьего раунда дыхание обоих стало тяжёлым. На четвёртом раунде одному из дуэлянтов поплохело — свалился с ног.
— В состоянии сражаться дальше? — стараясь не проявлять участие, спросил его. Сочувствие настоящего воина унижает, а тут вообще — поединок чести. В ответ тот зло прищурился на противника и уверенно кивнул мне. — Тогда встали. Бокс!
На шестом раунде поверженный взял реванш и зафигачил противника так, что пришлось уже его оттаскивать.
— Брэйк! Брэйк! Да брэйк же, кому говорят!.. — А быть рефери не так уж легко. Блин!
Но на седьмом раунде его сделали. Прямой в лицо, и нокдаун.
— Извини, брат, но он был сильнее, похлопал я поднимающегося парня по плечу. До десяти не считал, но он не протестовал — понимал, что всё. Отмахался кулаками. В глазах его стояла обида: непонятная ситуация. Дуэль — там всё понятно, бой до крови, до смерти. А тут… Напинали тебя, да ещё ты проиграл, да ещё вынуть меч и отомстить не можешь. Разрыв шаблона по сравнению со всем, что эти парни до этого знали, весь их мир летел к чертям. У меня был поединок богов, а они всего лишь свою честь защищают. Не завидую им. Но сами мне ножик сунули — всё честно.
Когда начались бои второй пары — полил дождь. Вначале сильный, но сразу утих до мелкого и пакостного. Что не мешало действу — шоу должно продолжаться! Да, ходили и скользили по мокрой земле, но ведь все мы были в равных условиях (и я в том числе). Из зрителей, даже городских, тоже никто домой не пошёл.
Здесь победа досталась во втором раунде, причём я сам запретил дальнейший бой — один из дуэлянтов вывернул другому челюсть.
— Наташ, сделай что можешь? Просящее сузил я глаза.