Страница 3 из 72
Собеседники понимающе качали головами, ругали разбойников и нынешние тяжёлые времена, после чего разговор быстро переводился на другое. Вот теперь видимо кому то из жрецов стало любопытно, что большой по здешним меркам караван стоит у входа в город потихоньку торгует, закупает и вскоре уйдёт, так и не дав никому из них на лапу.
Жрец вместе со свитой нимало не сумлеваясь попёрся прямо в лагерь и был разгневан, когда его остановили около прохода в палисаднике. Десяток воинов из охраны жреца попытались было отогнать сторожей, но увидев как в их сторону, двинулась целая сотня бойцов, отступила. Жрец, не привыкший к такому обращению брызгал слюной и призывал проклятия на головы неверных. Скандал разгорелся не на шутку.
Никитин, когда ему быстро доложили о происшедшем, распорядился пропустить жреца и его свиту, но с тем что бы пара десятков бойцов приглядывала за нежданными гостями. Сам Никитин, предчувствуя, что сей высокий гость непременно захочет его видеть полез переодеваться в красивую с золотой вышивкой куртку.
— Что бы этого жреца забрал его божок! — ругался он, про себя спешно разыскивая и напяливая помпезную одежду, соответствующую его высокому статусу…
Одевать её не хотелось, жара на солнце была под тридцать Цельсия и парится ему очень не хотелось, но должность обязывала, и Никитин быстро облачился в парадный костюм, нацепив на шею большую золотую бляху.
Мимоходом он выглянул в окно. Так и есть жрец, блестя на солнце выбритой башкой с татуировкой паука, медленно, но целеустремлённо двигался к его фургону. Рядом с ним держалась его свита, а за ней растянувшись в цепь, изображая почётный эскорт, следовали его бойцы.
— Чтоб тебя солнечный удар хватил! — беззвучно выругался землянин.
Никитин плеснул из кувшина немного воды в лицо и вытерся чистой тряпкой и, выйдя из фургона, стал ждать жреца. Вскоре тот остановился перед ним. Жрец угрюмо смотрел на него. Никитин тоже без особого пиетета смотрел на него, даже не делая вид, что рад его видеть.
Жрец нахмурился, он видимо не привык к такой встрече.
Секунд тридцать они ломали друг друга взглядами, потом Никитин, не желая играть в гляделки, демонстративно первым отвёл глаза и коротко поклонился. Пышные перья его шляпы слегка качнулись.
— Приветствую жреца Куту в моём караване! Чем мы можем помочь почтенному жрецу.
Бирт стоящий в стороне делал ему страшные гримасы и закатывал глаза, слыша такую речь, но Никитину сегодня был не в лучшем расположении духа. То ли жара, то ли многочисленные местные бездомные собаки, каждую ночь воющие около лагеря и затевающие драку с его собаками и мешающие ему и его бойцам нормально выспаться, уже которую ночь подряд.
А может быть специфическое воздействие местной энергетической зоны, что мешало ему полноценно высыпаться, была тому причиной, но сегодня ему было, как, то глубоко наплевать на этот город и его обитателей, включая местного Первосвященника. Или Первосвященник был только в Бартхеше? Впрочем, не важно.
Склочный, мстительный и высокомерный характер жрецов Куту был хорошо известен всем окружающим, и это тоже не особо способствовало его душевному равновесию. К тому же имея за собой хорошо вооружённый отряд, он теперь не особо боялся угроз жрецов.
— Твои люди посмели преградить мне путь в твой лагерь! — холодно бросил жрец.
— Мои люди выполняли мой приказ! — отрезал землянин. — Как только мне доложили о вашем визите, то я немедленно распорядился пропустить твой отряд сюда.
Жрец с ненавистью уставился на него, и уже готов был по привычке, взмахнуть рукой, своим охранникам, что бы покарать нечестивца, но тут нечто за спиной Сергея отвлекло его и поднятая, было рука, опустилась.
Вдруг жрец, что-то заорал на своём языке, показывая толстым пальцем, куда-то вбок. Никитин ничего, не понимая, скосил туда глаза. Там замер, хватаясь правой рукой за гладиус их новичок. Охранники гурьбой было кинулись к парню, но Бирт коротко свистнул и на пути охранников возник десяток бойцов.
Лучники теро толпящиеся в стороне, увидев такое дело, споро потянули свои луки и стрелы из-за заплечных чехлов. Жрец, видя такое, сделал знак рукой своим псам, и охранники настороженно оглядываясь, подались назад.
— Это преступник и святотатец! — громко сказал, перейдя на торговый жрец, указывая пальцем на парня. — Он принадлежит Куту и должен быть принесён в жертву, за нанесённое ему оскорбление. Он принадлежит Куту! — громко и со значением вновь повторил он.
Его охранники и свита поддержали его громкими криками.
— Отдай его мне! — жрец резко понизил свой голос, обращаясь только к Сергею — И я забуду обо всем, что здесь случилось. — тут его голос стал вкрадчивым. — Кроме того за его голову полагается вознаграждение в пятьдесят золотых и ты можешь его получить. Отдай его мне чужеземец, и мы мирно разойдёмся. — хорошо поставленный голос слуги Куту лился и лился сладким мёдом, обволакивая и убеждая подчиниться.
Никитин вгляделся в его ауру. Так и есть врёт собака страшная! Даже если он выдаст им парня, то жрец так просто их не отпустит.
Землянин отрицательно покачал головой.
— Этот человек принёс мне клятву верности, и я теперь отвечаю за него. Я заберу его из этих краев, и вы его больше не увидите. Так что можете считать, что он умер для вас.
— Ты отказываешь мне в моей просьбе? — холодно поинтересовался жрец.
— Да жрец.
— Ты видимо не понимаешь ситуации пришелец. Возможно тому причиной твой юный возраст. Подумай ешё раз, ты на нашей земле! Стоит мне только приказать, как наше войско с лёгкостью перебьет твоих охранников и слуг. Их всех ждёт смерть!
— Мой ответ — нет!
— Ты ещё не знаешь парень, как может наказать Великий Куту… — проникновенно начал было вещать жрец.
— Ну почему же не знаю. Знаю, сталкивались уже. — перебил его Никитин и снял шляпу
Он мотнул головой, и его светлые волосы свободно упали ему на плечи. Жрец сперва не понял, что этим он хотел сказать, только через некоторое время до него дошло кто перед ним. Его охранники в ужасе шарахнулись назад.
— Так это ты… — начал, было, он.
— Я… — спокойно согласился землянин — Как видишь, твой бог не особо жаждет покарать меня.
— Сын демона…Бархшеш — пронесся тихий шёпот среди его свиты.
Приятно было видеть, что слава о его лихих похождениях в Бартхеше докатилась даже до этих глухих краёв. По лицу жреца прошла резкая судорога, он резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу из лагеря.
Никитин и его люди, молча, наблюдали за этим исходом. Выйдя из лагеря, и отойдя метров сто от палисадника, жрец вскинул свой посох и громко несколько раз прокричал народу, который толпился там. Прокричал что-то явно неприятное, отчего весь этот праздношатающийся люд час спустя как то незаметно исчез.
Местность перед лагерем сразу очистилось, исчезли даже воришки и шлюхи с их сутенёрами, только ветер гонял разный мусор. Да ещё бродячие собаки не обратили никакого внимания на угрозы жреца и по-прежнему продолжали копаться в мусорных ямах и грызться между собой.
— Что будем делать кер? — обратился к нему встревоженный Бирт после ухода жреца.
Судя по его мрачному виду, и то что он назвал его кером, он не одобрил выбор их командира, но он твёрдо верил в его удачу и что их предводитель вывернется из этой непростой ситуации.
— Ничего особенного, только пускай воды прямо сейчас зальют, куда только можно. Пусть заполнят все емкости и вскипятят побольше воды в котлах кухонь сегодня. Продовольствие у нас теперь есть, если на нас не нападут, то завтра надо будет трогаться в путь. Две сотни бойцов пускай охраняют лагерь, а всем остальным обедать, но что бы оружие было у всех под рукой. Кто знает что там, на уме этих больных на голову жрецов.
Бирт кивнул головой и побежал исполнять приказ. Никитин пальцем поманил к себе новичка. Тот преданно глядя ему в глаза, послушно подошёл.
— Кстати, а что там крикнул этот жрец? — поинтересовался землянин.