Страница 11 из 72
На этот раз залпы арбалетчиков не причинили всадникам сильного урона. Упало, наверное чуть больше сотни всадников, здесь видимо сказалось то что они скакали не плотной массой а рассыпавшись, да и доспехи на них явно были не из вываренной кожи.
Десяток быков встало на дыбы, скидывая своих всадников и молотя копытами в воздухе, создавая панику вокруг себя.
Никитин всегда настаивал на том, что бы арбалетчики стреляли не вразнобой, а посотенно сразу, что сильно деморализовывало противника и создавало труднопреодолимые завалы из тел.
Нынешний бой особенно наглядно это показал, тем более что противник им на этот раз попался по-настоящему сильный и опытный. После арбалетных залпов нападавшие ненадолго замешкались, но над полем вновь нежно пропела труба и всадники с яростными криками продолжили сближаться с ними.
Тем временем до поля добрались лучники на быках и с ходу принялись быстро опорожнять свои колчаны. Стрелы глухо забарабанили по щитам. Никитин сжал челюсти, противник преподнес ему очень неприятный сюрприз.
По дальности стрельбы луки противника превосходили вооружение их лучников. Да и по убойной силе, землянин припомнил, как бывало, отскакивали от щитов, усиленной плёнкой стрелы. А тут они впивались в щиты порой достаточно глубоко.
— Если бы не плёнка, упрочняющая щиты, то их стрелы, пожалуй, могут пробить и тяжёлые щиты пехотинцев — мелькнула у него мысль. — Нарвались мы, однако!
Несколько стрел, одна за другой с тонким свистом, вдруг ударило вглубь строя лучников теро. Пятеро из них со стоном рухнуло на колени, выронив свои луки. Никитин выругался. Лучники-теро в отличие от арбалетчиков, опять проигнорировали щиты и сейчас поплатились за это.
Но, тем не менее, никто из них стоя под стрелами не дрогнул. Лишь несколько из них, которым Никитин в своё время отдал композитные луки, стреляли в ответ, остальные, сжав зубы, выжидали, когда враг подойдёт к ним поближе.
Арбалетчики, прикрываясь щитами, тем временем успели натянуть свои механические луки и дали залп. На этот раз то ли они стреляли удачливее, то ли расстояние влияющее на убойную силу стрелы сократилось, но на этот раз упавших с быков оказалось значительно больше, а вскоре после этого и лучники теро наконец полноценно включились в бой. Целый вал из бьющихся в агонии тел вмиг вырос на поле, сильно затруднив атаку.
Наездники с проклятиями начали притормаживать, стараясь не наступать на своих убитых и раненых товарищей. Лучники продолжали обмениваться стрелами. Первые ряды пехотинцев даже приподняли щиты, стараясь, защитится от сыплющихся на них стрел. У некоторых счастливчиков из стоящих в первых рядах в щитах торчал по десятку стрел и солдаты время от времени, с громкими проклятиями рубили их гладиусами.
Пока всадники попытались вновь, бросится в атаку, лавируя между трупов, арбалетчики успели дать третий залп, это и решило судьбу битвы. Видя, что уже большая часть их отряда выкошена, всадники начали разворачиваться и поворачивать обратно.
Правда небольшая группа отчаянных парней попыталась загоняя своих животных, доскакать до них, но в полном составе полегла под ливнем стрел. Последний храбрец, вместе с уже раненым быком, рухнули в трёх метров от линии щитов, пронзенный, наверное, десятком стрел.
Наездники попытались было подобрать своих раненых, но очередной залп из арбалетов заставил их бросить это занятие и поспешно убраться с поля боя.
— Роси! — крикнул Сергей стоящему неподалёку сотнику разведчиков. — Бери свою сотню, берите мощные арбалеты и отгоните их подальше. Только особо их не подпускайте близко к себе. У них очень хорошие луки! Выстрелил и отскочил назад! Понял! Бей с предельного расстояния.!
— Понял! — он с силой ударил руку об руку и принялся свистом собирать своих из рядов арбалетчиков.
Минут через десять вся сотня разведчиков в полном составе, отправилась преследовать отступавших, которые, кстати, и не думали особенно отступать. Их изрядно поредевший отряд застыл, где то в километре от них, выжидая чего то.
Конники Росси с ходу, дали неприцельный залп в их сторону и развернувшись, бросились назад, преследуемые разъяренными наездниками на быках, среди которых было много лучников, которые на ходу принялись, посылали стрелу за стрелой в своих противников.
Сотник не принял боя и поскакал обратно, подставляя нападавших под арбалетные стрелы основного отряда. Арбалетчики подняли луки и стали ждать, но противник на эту хитрость не повёлся.
Тонко и требовательно зазвучала труба, и всадники начали осаживать своих быков, поворачивая назад. Они потрясали мечами и секирами посылая проклятия в их сторону, потом развернулись и поскакали обратно.
Разведчики тоже остановились, спешились, перезарядили арбалеты и вновь поскакали на врага.
Разрозненный залп из арбалетов, противник и на этот раз потерял не меньше, десятка бойцов.
Такая тактика, ударил-отступил, оказалась для противника неожиданной, как и наличие тяжёлых арбалетов которые по своей дальнобойности не уступали их композитным лукам.
Немного погодя вся, изрядно уменьшившаяся масса войск противника, поспешно начала отступать, прикрывая собой раненых товарищей. Сотня лучников застыла на своих быках, и теперь чутко отслеживало каждое их движение.
Никитин, опасаясь, что у разведчиков могут оказаться большие потери, приказал трубить сигнал об отступлении. Разведчики послушались, и стали медленно отступать, попутно собирая трофеи.
Никитин махнул рукой, подзывая к себе Бирта.
— Бери сто щитоносцев и двести арбалетчиков и пускай они станут на краю поля, в случае если эти парни вновь нападут на нас. И сотню бойцов на сбор трофеев.
К нему тут же подскочил командир теро:
— Сэр! Мы хотели бы что бы луки и стрелы у убитых были бы преданы нам!
Обычно невозмутимый теро был сегодня возбуждён. Его отряд сегодня понёс очень тяжёлые потери, пятнадцать лучников было убито и ещё трое получили тяжёлые ранения.
Никитин что бы его немного успокоить согласился с этим и три десятка теро принялись собирать луки и стрелы. Остальные трофеи должна была собирать призовая команда с тем, что бы все трофеи это пошло в общий котёл и после оценки деньгами или трофеями было по справедливости разделено между всеми.
У Никитина не зря были плохие предчувствия, их нынешние противники оказались весьма искушенными вояками. Час спустя незаметно подкравшийся к ним отряд всадников, попытался напасть на них.
Вражеский отряд неожиданно вынырнувший из-за холма справа от них, с ходу разделился на две части, большая часть поскакала было к трофейной команде, но обнаружив у неё мощное прикрытие, стала притормаживать.
Арбалетчики не стали мешкать и как только они вступили в зону действия арбалетов, сразу принялись стрелять. Потеряв десятка два всадников, нападавшие развернулись и умчались обратно, попутно стараясь забрать своих раненых. Сверху было хорошо видно, как несколько быков тащат на себе сразу по два всадника.
Меньший отряд поскакал прямо на их лагерь, вызвав большую суматоху, но воспользоваться ею врагу не удалось. Охрану лагеря несли десятка два арбалетчиков которые укрывшись за фургонами принялись стрелять по приближающимся всадникам, а минуту спустя в том направлении начали стрелять ещё пятьдесят арбалетчиков.
Теро получив новые луки, тоже решили попрактиковаться в стрельбе. Ливень стрел обрушился на этих храбрецов, живым не ушёл ни один. Небольшие отряды арбалетчиков, после этого выдвинулись метров на сто от их временного лагеря в наиболее опасных местах.
Никитин в сопровождении телохранителей, которые после всех этих дел прихватили с собой щиты, решил посмотреть поближе на их таинственного противника.
Он осторожно шагал по изрытой и исковерканной земле и остановился возле мёртвого быка. В его теле застряло порядка десяти стрел. Распахнутые, налитые кровью, глаза животного с тоской глядели в небеса. Никитин отвернулся и направился к лежащему неподалёку всаднику. В небольшом щите оттягивающего сейчас руку покойника, имелось два небольших входных отверстия от арбалетных стрел.