Страница 24 из 72
Моника.
Удовлетворение в ее глазах заставляет мой желудок сжаться.
Все женщины в комнате видели, что сделала Ди, но никто из них не вмешивался.
Даже Пип, который сейчас стоит передо мной, выглядит растерянным, как будто он не знает, что с собой делать. — Спайдер надерет мне задницу, Ди, — рычит он на нее.
Ди игнорирует его, сердито глядя на меня. — Тебе нечего сказать в свое оправдание? — рявкает она.
Нет слов, которые кажутся достаточно хорошими. Потеря сжимает мое сердце, а чувство вины разъедает меня изнутри. — Прости, — неуверенно говорю я, сжимая челюсть и медленно двигая ею.
— Прости? — шипит она. — Ты сейчас серьезно?
Ей не нужно объяснять мне, почему этого недостаточно. Она не просто забрала меня с улицы. Она дала мне работу, жилье, позволила понемногу платить за квартиру. Она даже дала мне одежду, которую я носила, когда не работала в Логове Дьявола. Она спасла мне жизнь, а я обокрала ее. Учитывая то, что я сделала, мои извинения прискорбно далеки от цели.
— Я знаю, — мой голос звучит тихо и натянуто.
Я бы все отдала, чтобы объяснить. Что угодно, лишь бы объяснить ей, почему я чувствовала себя загнанной в угол и видела в этом единственный выход. Но если я это сделаю, то рискую быть найденной Колонией. Джейкоб был в стрип-клубе и искал меня. Кто-нибудь может ему сказать. Кроме того, мужчины в этом… МК — это опасно. Я бы подвергла риску тех, кто мне дорог. И Сару, если они узнают о ней.
— Хотела бы я сказать что-нибудь получше, но не могу. — Я встречаюсь взглядом с Ди, умоляя ее понять. — Меня убивает то, что я сделала. Если бы у меня был выбор, я бы так не поступила.
Жаль, что я не могу заставить себя сердиться на нее за то, что она меня ударила, но все, что я чувствую — это стыд.
Глаза Ди сверкают таким гневом, что я почти ожидаю, что она ударит меня снова. Вместо этого она с отвращением качает головой. — Ты не стоишь такой энергии, — бормочет она. — То, что Спайдер сделает с тобой, намного хуже всего, что я могла бы сделать. — Она поворачивается на каблуках и выходит.
— Ты в порядке? — голос Пипа звучит ровно, когда он осматривает мою голову и челюсть. Я не могу сказать, есть ли сочувствие в его глазах, но есть раздражение. На Ди, за то, что она подставила его перед Спайдером.
— Я в порядке. — Я стряхиваю пульсирующую боль в голове и челюсти.
Моника подходит сзади, обнимает его за талию и кладет подбородок ему на плечо. — С ней все в порядке, детка. Она может выдержать несколько ударов. Не так ли, липкие пальчики?
Пип стряхивает ее и осматривает мою голову. — Ты выглядишь нормально. Заканчивай свой завтрак.
Я заканчиваю есть в тишине, но не чувствую никакого вкуса, бросая долгие взгляды на дверь. Моника исчезает, а все остальные возвращаются к своим делам. Пип плюхается на стул за столом и не сводит с меня глаз.
Текила была права. У меня здесь нет друзей. Спайдер — не единственная опасность, о которой я должна беспокоиться в этом месте. Я сама по себе.
Мне нужно выбраться отсюда. Скорее.
В течение следующего часа Текила заставляет меня работать, подавать напитки. Это легкая работа, к которой я привыкла, но которая, к сожалению, оставляет мне много времени для размышлений.
Не забывая о необходимости бежать, я пью столько воды, сколько могу между подачами, пытаясь сделать вид, что просто хочу пить, а не как женщина, запасающая жидкость для долгого бега по жаркой пустыне. Если Текила или Пип заметят, они не подадут виду. Как только я делаю перерыв, проверяю окно в ванной Спайдера. Мужчины работают на заднем дворе, чинят байки, так что это никуда не годится.
Мне ничего не остается, как ждать подходящего момента.
Согласно тому, что Пип сказал ранее, Спайдер должен был быть скоро, но он все еще не вернулся. Я ненавижу эту часть меня, которая хочет, чтобы он вошел в дверь. Зачем, тогда мне придется иметь дело с ним?
Никто не говорит мне ни слова, кроме Текилы, и только тогда, когда это необходимо. Ди выходит из кабинета только один раз, чтобы поговорить с девушками о вечеринке, которая состоится сегодня вечером. Она даже не смотрит на меня.
Слава богу, Моника больше не появляется.
Я протираю столы, когда открывается дверь. Я поднимаю голову, и мое сердце тут же замирает.
Спайдер входит в бар с тремя другими парнями. Он так же греховно великолепен, как и вчера вечером. Солнечный свет снаружи делает его гладко зачесанные назад волосы похожими на золотые пряди. То, что сдерживает их, теряет свою силу, потому что несколько прядей падают ему на глаза. Он и тот, кого я помню, как Страйкера, несут большой ящик между ними, и татуированные мышцы Спайдера группируются и изгибаются под его весом.
Двое других мужчин позади него, седовласый с повязкой на глазу, которого он называл Кэпом, нёс один конец другого ящика, Риппер несет противоположный. Оба мужчины поставили ящики рядом с баром.
Склонившись над столом, застыв на месте, я наблюдаю за Спайдером сквозь ресницы. Он идет к бару, его огромные плечи напряжены. Гнев выплескивается из него. Дрожь пробегает по моему позвоночнику.
— Текила, где Драгон? — рычит он.
Текила озабоченно хмурит брови и медленно протягивает парню у стойки пиво. — Он еще не вернулся. Все в порядке?
— Нет. Когда он вернется?
— Он пошел навестить Пенни в больнице. Пару часов назад ей стало еще хуже.
— Черт. Дерьмовый день для всех. С ней все в порядке?
Текила наливает Спайдеру и другим мужчинам стаканы воды и раздает их. Все они выглядят измученными и потными. — Даже не знаю. Я еще ничего не слышала.
Плечи Спайдера опускаются, и он опускает голову в чем-то похожем на сожаление о Пенни. Он достает телефон и набирает сообщение. — Долбаные больницы. Мне повезет, если он получит сообщение до того, как уйдет оттуда. — Он кладет телефон в карман.
Поймав себя на том, что пялюсь на него как идиотка, я опускаю голову и заканчиваю вытирать стол, переходя к тому, за которым сидит Пип.
Как бы я ни надеялась, что Спайдер вернется, теперь, когда он здесь, я молюсь, чтобы он меня не заметил. Все в этом человеке опасно. Я не хочу знать, какой он, когда злится.
Чтобы не смотреть на Спайдера, я поворачиваюсь к нему спиной, пока он разговаривает с Текилой. По какой-то причине Пип смотрит на меня с удивлением. Я замираю, приподнимая бровь, но он только качает головой.
Я перехожу к столу рядом с ним.
Пока я склонилась над столом, Спайдер молчит, и я клянусь, что чувствую на себе его взгляд, его взгляд прожигает мне спину. Я слышу, как кто-то сглатывает. Наверное, он, глотая воду, которую дала ему Текила.
— Пип, помоги людям отнести эти ящики на склад, — говорит Спайдер.
Пип встает, и я слышу, как он с усилием ворчит, передвигая ящики к задней стенке бара вместе со Страйкером, Риппером и Кэпом.
Я заметила, что сзади есть коридор, который ведет в другую часть здания клуба, и они исчезают в нем, их голоса затихают.
Может быть, я вообразила, что Спайдер наблюдает за мной. Он, кажется, игнорирует меня сейчас, и по какой-то причине это чувство заставляет одиночество окутывать меня, как саван.
— А как поживает моя маленькая воровка? — говорит Спайдер мне в спину. — Ты ведь не доставляла Пипу никаких хлопот?
Я ощетиниваюсь, тряпка застывает на столе, любое желание быть замеченной уходит от меня.
Маленькая воровка. Это все, что я для него значу. Чувство вины и безнадежности пронзает меня, и я выпрямляюсь, делая глубокий вдох, чтобы успокоить свой растущий гнев.
— Можешь продолжать вытирать стол, — добавляет он. — Мне нравится этот вид.
Текила хихикает.
Мои щеки пылают. Если бы только я могла провалиться сквозь пол. Выпрямившись, я сдуваю локоны с лица и заставляю себя посмотреть на него.
Спайдер облокотился на стойку бара, наблюдая за мной сквозь полуприкрытые веки. Он такой красивый, что даже больно. Его глаза сверкают, пожирая меня.