Страница 85 из 276
19 февраля меня и Ахмед Федила неожиданно вызвали в штаб. Там нас встретил Кристиан Девет, как оказалось и Луис Бота, какой-то высокопоставленный бур из Претории и немец, на взгляд не меньше, чем полковник. Мы даже с Ахемед Федилом переглянулись. Было видно, что Девет и Бота были явно недовольны, они стояли вдвоём, как отстраняясь от бура и немца. Как вскоре выяснилось, им было, отчего расстраиваться и быть недовольным ... 'Львов Судана' снимали с позиций и отправляли на другой участок фронта, на какой именно не сообщили. Генерал Девет терял на этом участке одно из самых боеспособных соединений, которое только своим присутствием заставляло англичан чувствовать себя беспокойно.
В британских газетах о 'Львах Судана' писали, что это безжалостные фанатики нанятые бурами за золото, что они всегда добивают раненых и пытают пленных, и чуть не едят их сердца. Вообщем чушь, несусветная ! И это писали британские газеты, которые заявляли, что всегда пишут правду. Только чью ? Про Синопское сражение тоже писали, что русские, чуть ли не баграми били турков в воде, не пытаясь их спасать.
На сборы нам дали три дня, 23 февраля мы должны уже были двинуться в путь. Корпус пришёл в движение, начались сборы.
Это день, 23 февраля стал для меня одним из самых замечательных дней в моей жизни. И вот почему. 'Львам Судана', частью которых стал и я, устроили ... импровизированную овацию !!!
Когда подразделения 'Львов' подходили к железной дороге для погрузки, там мы неожиданно для себя увидели построенные вдоль дороги бурские, русские, ирландские роты, роту индусов, испанский взвод и множество любопытных, буров, немцев, французов. Когда 'Львы' проходили мимо своих боевых товарищей, с которыми брали Ледисмит, дошли занимая города англичан до океана, отбивали атаки британцев и шли в штыковую против них у Ганновера, они брали винтовки 'на караул', офицеры салютовали саблями. Это было признание настоящего боевого братства, которое скрепляется совместными победами, потерями и кровью поверженного врага. Боевого братства, несмотря на цвет кожи и веру. Кто не пережил это сам, может это и не поймёт.
Это было одновременно торжественно и трогательно, когда воины, солдаты разных стран и народов, отдают дань признания друг другу, и прощаются навсегда. Я заметил, что даже суровый Ахмед Федил, был потрясён этим действом, и даже пару раз смахнул украдкой слезу. Что и говорить, я и сам прослезился, когда проезжал против роты русских добровольцев, стоящих 'смирно' 'на караул'.
После этого мы тепло прощались с Луисом Ботой, Кристианом Деветом, Третьяковым и многими бурскими, ирландскими испанскими офицерами. С Ботой и Деветом, я и Ахмед Федил по старой воинской традиции обменялись оружием, тем более, что, оно было у нас одинаковое, германский пистолет Маузер С96.
После этого мы погрузились в составы и, дав прощальные гудки, двинулись на Де-Ар. Мы были уверены, что нас перебрасывают именно туда, вероятно готовя удар по англичанам в направлении Капштадта. Но, к нашему удивлению в Де-Аре команды на разгрузку не было.
Нас с Ахмед Федилом вновь пригласили для разговора, когда мы вошли в комнату, там оказались вновь прежний бурский чин и немецкий полковник.
'Господа !, -начал бур, и немного смущено посмотрел на моего суданского товарища. - Мы уполномочены главным командование сил бурских республик, сообщить вам, что оказавший нам в трудный час помощь корпус 'Львы Судана' должен отправиться домой в ближайшее время !'. Мы с Ахмед Федилом переглянулись, и буквально оторопели от услышанного. ' Но, война же не закончена !',- произнес я немного придя в себя. Но, бур сказал, что он свою задачу выполнил, сообщив о решение, остальное изложит вот этот господин, указав на немца, и сославшись на дела удалился.
'Евгений Яковлевич !, -вступил, на немецком в разговор немец.- Позвольте представиться, Отто Лиман фон Сандерс ! Доброволец из Германии'. И по привычке, отдал мне честь и прищёлкнул каблуками. Поняв, что тем самым выдал себя, с досады дернул усами. Мне стало немного смешно от этого.
'Интересно, с каких это пор, полковники стали добровольно покидать службу в штабах, и уезжать на край света помогать воевать бурам', - сказал я. Он усмехнулся и продолжил,- 'Вы можете даже не переживать по поводу окончания войны для вас и ваших людей. Для 'Львов Судана', которые уже заслужили славу грозы англичан, она ещё далека до завершения. Кстати, овсяники и вправду стали бояться 'Львов'. Я сначала сам не верил, но собрав сведения об этих жителей пустыни, - и он посмотрел на Ахмед Федила,- и их боевому пути здесь я убедился, что на это есть основания'. Надо сказать, что мой суданский товарищ, настоящий командир 'Львов Судана' уже неплохо понимал по-русски, и разговорный английский у него был хорош, но с немецкого я ему переводил на английский.
'Наши стороны, - продолжил фон Сандерс, -достигли соглашения о том, где продолжит воевать суданский корпус'. 'Наши, -спросил его я, -это вы и буры ? Нет, Евгений Яковлевич. Наши стороны это мы, вы, они, -он показал ладонью на Ахмед Федила,- и буры. Вот подтверждения моих полномочий и решение сторон о сотрудничестве',- он протянул нам несколько писем, которые удостоверили его слова. Это были письма мне и Ахмед Федилу, в них сообщалось, что нам следует принять предложения того кто передаст нам эти бумаги и действовать по предложенному им плану. Мой суданский соратник сказал мне, что письмо настоящее, написанное рукой самого Халифы. В подлинности моего письма от моего начальства у меня тоже не было сомнений. После этого, я сказал фон Сандерсу, -' Мы готовы выслушать вас, по поводу дальнейшей судьбы 'Львов Судана'. И тут я решил, немного опередить немца, и глядя на него сказал, - 'Вы вероятно хотите нам рассказать про Южную Родезию ?' Он немного усмехнулся, и ответил, -'Да ! Вы правы. Что ж мне приятно иметь дело со знатоками своего дела'.
После этого фон Сандерс, разложил карту и показал, путь по которому должны будут пройти 'Львы'. От Кимберли по железной дороге через Мафекинг, на Габеронес, оттуда в Палапье по Бечауналенду, и дальше уже по Родезии до Булайвао столицу Матабелеланда и главный торговый город всей британской Родезии. Всего примерно 1150 верст, часть по территории буров, и до Палапье они должны были дойти после взятия Мафекинга. Там куда буры не дошли, мы должны были бить англичан, доставать их конными отрядами действуя в отдалении от жд на несколько десятков верст. Задача не сложная, уничтожить власть британцев в Южной Родезии, сделать эти земли свободными от них.
Я сразу понял, что это мы будем делать для Германии. Но, чем больше потеряет Британия, тем лучше будет и России. Да, и Судану это всё шло на пользу, ослабление англичан ему было выгодно. Получились весьма необычные союзники,- Россия, Германия и Судан, две великие державы, монархии, и страна, которой официально нет. Чьи народы ушли в развитии на то время не дальше чем наши инородцы в Туркестане. Но, Судан стал страной, которая сумела весьма основательно изменить историю в Африке и даже в мире.
Из Булайвао мы должны были идти на Солсбери, столицу Южной Родезии и области Машоноланда, примерно 300 верст своим ходом, с переправами через достаточно крупные реки. Нам надо было выйти на строящейся участок железной дороги, Солсбери - Булайвао. По сведениям фон Сандерса, она уже ушла от первого верст на 120-ть. Двигаясь по ней и вдоль неё, 'Львы' должны были занять Солсбери. На своём пути мы должны были так же свести присутствие англичан в этих землях к нулю, но не разрушать то, что они уже успели здесь построить. На это фон Сандерс просил, обратить особое внимание.
Из Солсбери опять же по железной дороге, мы должны были двигаться на Умтали, и дальше уже по португальскому Мозамбику в Бейру. Когда об этом говорил фон Сандерс ,я вопросительно на него посмотрел. Он ответил на мой немой вопрос, сказав, что вопрос с Португалией уже решён в нашу пользу, точнее в их. Там нас должен забрать транспорт или транспорты и доставить домой, в смысле в Судан.