Страница 236 из 276
Через три часа после обстрела второй линии укреплений артпоезда начали бить по турецким резервам,они расположились в укрытых лощинах у селения Ясойрен, а главная квартира находилась на станции Хадем-Киой. Но, это не помогло им укрыться от снарядов в 41,5 кг с 3,7 кг тротила внутри себя.В это же время остальные калибры ударили артналётом по первой линии, и после этого её заняла штурмовая пехота. Вечером и ночью по второй линии вели беспокоящий огонь из полевой артиллерии.
Наступило утро 17 декабря. Получив данные воздушной разведки, вся артиллерийская группировка Добровольческого корпуса начала вести огонь внакладку и на подавление по второй линии. Через два часа обстрела артпоезда получив свежие данные разведки вновь начали бить по скоплению сил турок. Те батареи, которые были ближе к болгарам начали бить по 'их' позициям турков, помогая 'братушкам'.
Для турок, которые находились в центре линии укреплений, где должен был прорывать оборону корпус, это длилось бесконечных 188 минут. Они думали это всё, но, это было не всё.
Через несколько минут они услышали уже знакомый звук с неба, но, более мощный. В этот раз те, кто выжил после обстрелов и не потерял присутствие духа, увидели не один самолёт, а много. У добровольцев было 24-е своих и 6-ть суданских. Болгары подняли двенадцать машин. Двенадцать русских самолётов ушли в сторону Стамбула, заняться подкреплениями турков идущих в сторону укреплений Чаталджи, если они шли конечно. Остальные отбомбились и отстрелялись ракетами по всему, что ещё проявляло признаки жизни на позициях турок. Вели огонь из ручных пулемётов с тех самолетов, где было два человека. Возможность ведения огня через пропеллер решили не показывать. Среди тысяч турецких солдат и офицеров, всё рано найдутся, такие, которые не впадут в панику и не охренеют от страха. И смогут запомнить ход боя, вооружение, применяемое против них. И те, кто выживут, потом будут об этом рассказывать и писать рапорты. И не трудно догадаться, кто будет слушать их рассказы, и читать бумаги, после войны. В первую очередь англичане и французы.
Не знаю как у русских было, но, на суданских самолётах лётчиков прикрывал бронированный пол, сиденье и его спинка. Когда начнутся воздушные бои грудь и живот прикроют бронежилеты. Калибры в воздухе ещё стрелковые будут, так,что сработать могут. Новый самолёт можно вновь купить или построить, а опытного лётчика получить сложнее,и уверенности при атаке будет больше, а значит и эффект он неё. Да и байку или быль я помнил,про сковородки на которых летуны в Первую мировую сидели.
После разгрома и заключения мира. Стамбулу стало окончательно ясно, что Германия, отдала Османскую империю Балканскому союзу и России на убой, ради союза с ней. Ими, турками, немцы расплатились с русскими. Поэтому их лучшими друзьями теперь станут британцы и французы.
Корпус добровольцев наступал в центре. В октябре это делала одна из трех дивизии 1-й армии генерала Кутинчева, которая наступала от села Езетин и до берега Мраморного моря. Удар корпуса направлялся на участок турецкой позиции от форта Каракол и до форта Махмудие, ближе к центру всей Чаталджинской линии. Он протяженность около 5 км, так, что концентрация тяжелой артиллерии на 1 км была по тем временам очень приличная, в среднем 22 орудия. И это без полевой артиллерии. Правее добровольцев вновь шли болгары.
С одной стороны центр линии укреплений был самый удобный участок для наступления, равнинный, открытая долина реки Карасу, но, и поэтому и сложный. Он наблюдался и простреливался с турецких фортов, батарей и редутов. Вот это проблему и решали большие калибры. Я видел результаты артиллерийских обстрелов на суданском Шевардино, там были возведены серьёзные полевые укрепления, и то они пострадали от огня полевой артиллерии. На полигонах видел воронки от 150, 152 и 203 мм, и мог представить, что будет с турецкими редутами, окопами и солдатами в них после попадания таких снарядов. Как мне рассказывали офицеры участники штурма, от такого количества разрывов тяжелых снарядов земля не только дрожала под ногами, но, и колыхалась, когда падали несколько крупных снарядов один за другим. А они находились за несколько километров от позиций турок.
Болгары должны были наступать опять на левом фланге в направлении Лазарь -киоя к редутам на высотах против Ченакче и Кестеника, там где наступала до этого 3-я армия генерала Христова. Для этого в их армиях выбрали сами боеспособные части, тем более, что тиф и холера начала уже болгарам давать ощутимые небоевые потери.
Чтоб братушки чувствовали себе увереннее при штурме, им русские отдали осадные пушки в 107-мь мм, 24-е орудия. Они били на 8 700 метров, это примерно на 3 км дальше, чем 120 мм гаубицы Шнейдера, которые были у болгар. Благодаря этому теперь каждый редут, форт получал против себя несколько тяжелых орудий. К берегу около озера Деркоса как это было в прошлый штурм, теперь турецкие корабли подойти и обстрелять не смогут. Путь -дорогу туда им перекрыл русский флот.
Из РСЗО всё таки решили по туркам уе...ть. Потом спорили, стоили это делать или нет. Из четырёх установок дали по залпу. Но, не с 'катюш', а прицепных установок. Мощный грохот канонады, скрыл рёв ракет, но, болгары, которые были поближе слышали его, и видели, как натягивая огненные струны в небе при этом издавая звуки из ада ушли ракеты в сторону турок, и после этого встал огнённый лес взрывов на их позициях. Офицеры, кто неплохо знали военную историю, как они говорили сразу вспомнили о греческом огне, и поняли, глядя на этот ад на земле, что русские точно возьмут укрепления, а затем и Стамбул.
Добровольцы после переноса огня на вторую линию укреплений начали выходить на рубеж атаки. В первой волне шло около шести тысяч, плюс к ним батальон моих суданцев и эфиопов. Они были ... обычной штурмовой пехотой. Штурмовыми батальонами, и имели соответствующее вооружение и экипировку.
Суданцы были экипированы в 'Защитник-2'. Каска, броник закрывающий шею, плечи, живот и пах, перчатки, наколенники, налокотники, наручни и поножи, вставки на бедрах и плечах из плотной кожи. К этому добавлялась разгрузка, тканевая маска, тактические очки из целлулоида, на ногах усиленные берцы.
Вооружены были автоматами Федорова со складным прикладом, во взводе отделение, остальные СВС (самозарядная винтовка совместная), пистолет Парабеллум, гранаты, штык -нож. Пулемётчики с Мадсенами и ручными Максимами, гранатомётчики с РПГ, сапёры -взрывники со своими причиндалами, миномёты в 63 мм,их расчёты были с карабинами Мосина, снайпера, огнемётчики. Офицеры были с пистолет-пулемётами от товарища Маузера. И все, от рядового до комбата с суданским кинжалами. Выглядели они в 'Защитнике' конечно как пришельцы -завоеватели.
Русские штурмовики так же имели броник, но, попроще, каску, перчатки, защиту локтей и колен. Вооружены стрелки были большая часть винтовками, во взводе отделение с СВС, офицеры и унтера имели автоматы Федорова, и что меня удивило Кольты М1911, солдаты револьверы Нагана. К этому прилагались гранаты, ручные пулемёты и ракеты на станке. Были саперы, снайперы.
История с Кольтами получила приятное продолжение. В 1914 году на вооружение был принят 'русский Кольт' калибром 7,62 мм, под патрон 7,62х 25. За основу был взят маузеровский 7,63х 25. От него в дальнейшем пошли варианты для спецназа, флота, полиции и гражданские варианты. Джон Мозес Браунинг и его компаньоны были точно довольны, получив такой огромный рынок. Ведь с каждого выпущенного ствола в России им шли деньги на счёта в течение 5 лет.
Для своих штурмовиков даже бережливый Менелик расщедрился. Его солдаты из Кебур Забанга (гвардия негуса) получили броники и каски из стали. Из вооружения имели винтовки Мосина, гранаты, пулемёты и свои гилий афары, кинжалы. Перчатки и прочую экипировку они уже себе делали сами. Всё-таки решил старый скупердяей поберечь своих солдат, но, точно с расчётом. Чем больше останется в живых, тем больше они обучат новых солдат. Я тоже так делал. Ведь солдаты это будущие отцы, налогоплательщики, и далее по кругу.