Страница 194 из 276
-Попался ! Сукин сын !,- без злобы, но, довольным тоном сказал Макаров смотря в бинокль на то, что происходило по курсу его броненосцев.- Молодец Стемман ! Хорошо их подготовил Небогатов. Но, это ещё не всё, Камиммура -сан !' И крепко потёр руками поручни мостика. Было видно, что Макарова охватил азарт боя. Как, тогда на мостике "Великого князя Константина".
Он, когда начали падать вокруг 'Цесаревича' японские снаряды, с мостика уходить в боевую рубку отказался, сказав, -'Не броненосцы же!' Но, бронежилет одел, как и командир броненосца и офицеры штаба эскадры. Заметив, что японцы, скорее всего из-за попаданий в японский флагман сбавили ход, адмирал, повернулся к командиру 'Цесаревича' Бэру, и улыбнувшись сказал: 'Владимир Иосифович прикажите поднять сигнал для 'Осляби' и 'Пересвета'. То молча кивнул головой, и через минуту на мачтах русского флагмана взвился сигнал: 'Действуйте'.
У японцев первым шёл 'Идзумо' под флагом вице-адмирала Камиммуры, за ним 'Адзума', 'Токива' и замыкал строй 'Ивате'.
Русских вёл 'Цесаревич' под флагом командующего, далее 'Князь Суворов', 'Александр III', 'Бородино', 'Ослябя' и 'Пересвет'.
Получалось, что японский флагман получал против себя три русских бронепалубника и русский флагман, второй и третий по броненосцу, а последний, на десерт так сказать ... три броненосца.
Когда командиру 'Ивате', который шёл последним в строю, капитану 1-го ранга Такэтоми Куниканэ показали, что стали делать концевые русские броненосцы, он понял, что значит выражение 'все краски схлынули с лица'. Он реально ощутил, что он смертельно побледнел. И выражения лиц офицеров смотрящих на него в этот момент это подтверждали.
Он увидел, что идущие концевыми опознанные при визуальном контакте как 'Ослябя' и 'Пересвет', броненосцы хоть и с десятидюймовыми орудиями (254 мм) на самом полном ходу режут линии японских крейсеров хвост. И его 'Ивате' будут ставить палочку над 'Т' ... восьмью орудиями в 254 мм и не менее десятью шестидюймовками на борт. И всё это добавлялось к орудиям четвертого броненосца тип 'Бородино', который, к сожалению, не бесцельно вёл по нему огонь.
Пока бой шёл на больших дистанциях японские броненосные крейсера неплохо переносили попадания русских 12-ти дюймовых фугасов, они уже все получили по одному, только 'Ивате' был на особом положении, ему досталось уже три, два были десятидюймовыми. У асамоидов шкура была толстая. 178 и 87-89 мм главный пояс по ватерлинии, 127 мм над ВЛ, казематы шестидюймовых орудий, барбеты,башни главного калибра 152 мм, боевые рубки в 356 и 76 мм. 'Идзумо', 'Ивате', Адзума' имели броню Круппа, 'Токива' гарвей-никелевую. Одни из лучших броненосных крейсеров в мире. Построенные специально для войны с Россией. 'Рюрика', и его потомков 'Россию' и 'Громобоя', своих гарантированных больших, высокобортных противников, с по дурацки расположенном главным калибром. Их они должны были давить бронёй и огневой мощью. Любого русского бронепалубника при встречи с японскими броненосными крейсерами, если он не успевал выйти из под их огня ждало морское дно. И японцы рассчитывали, что их асамоиды способны в завязке боя главных сил, выдержать кратковременный бой даже с эскадренными броненосцами. Теперь это предстояло проверить на практике.
- Доложите дистанцию до головного,- сказал Макаров, Бэру.
- 48 кабельтов, Степан Осипович, - быстро дал ответ командир 'Цесаревича', -И мы продолжаем сближаться.
- Прикажите выжать из машин всё невозможное, нам нужна скорость. И дайте приказ отряду 'Бить бронебойными'. Пора заканчивать с Камиммурой -саном, и его крейсерами,- отдал распоряжения адмирал. Для японцев наступал финал.
Первым закономерно погиб 'Ивате', дюжина русских бронебоев в 10-ть и 12-ть дюймов один за другим начали рвать на куски японский крейсер с 45 кабельтовых. На 35 кабельтовых он уже тонул.
Следующим был 'Токива', в сумме он получил семнадцать крупнокалиберных снарядов. Его отправили на дно три снаряда, которые друг за другом пробили слабобронированную оконечность и, взорвавшись, распластали борт и внутренности крейсера. Остановить хлынувшую воду шансов не было.
Флагман японцев окончательно погубил снаряд его визави, 'Цесаревича', как и положено в бою между флагманами. На 33-х кабельтовых был пробит барбет носовой башни. Взрывом её артиллерийского погреба 'Идзумо' она была сорвана, и упала за борт. И судя потому как быстро ушёл носом под воду крейсер, от взрыва разломился корпус. Русские спасли только четвёрых человек из 672- х членов экипажа, наверно, у богов были вопросы к ним, и они их спасли, что спросить с них или они наоборот они были ими избранны для чего-то другого. Но, гибель своего флагмана вице-адмирал Камиммура уже не видел. Его и многих офицеров штаба и крейсера разорвал на куски русский фугас с 'Варяга', который до этого попал в мостик японского флагмана. После этого крейсер вошёл в историю российского флота с лёгкой руки адмирала Макарова под именём "погибель для адмиралов". Так он его назвал после подведения итогов сражения.
Быстрее всех погибла 'Адзума'. Оставшись в одиночестве после гибели своих боевых товарищей, на дважды поднятый русскими сигнал 'Предлагаем сдаться. Сохраните жизни моряков', крейсер отвечал огнём из уцелевших орудий.
-Если противник не сдаётся ... он уничтожается, -в ответ на стрельбу японцев резюмировал адмирал Макаров.
И получив от русских броненосцев в течение тринадцати минут двадцать два снаряда из главного калибра крейсер ушёл на дно. В 13 часов 17 минут бой главных сил закончился, русским броненосцам больше некого было топить.
После этого русские броненосцы и эсминцы бросились спасать жизни немногих японских моряков, которые уже начал забирать безжалостный зимний Корейский пролив своими холодными водами.
Командующий отрядом крейсеров 2-й Тихоокеанской эскадры, контр-адмирал Карл Петрович Иессен, стоял на мостике своего флагмана 'Олега', как это не кощунственно бы звучало, наслаждался войной ! Точнее её ходом для его крейсеров.
Оставив для приманки в одиночестве два вспомогательных крейсера, два клипера и аварийно-морские буксиры 'Свирь' и 'Онега', определив в прикрытие им три проданные России Суданом авизо, переделанные в крейсера аж 3-го ранга, а вокруг наживки расставил свои крейсера.
Контр-адмиралу С.Хосоя, был отдан приказ атаковать русские транспорты и связывать боём их крейсера, вот он его и выполнял. При этом он насторожился, почему противник оставил такую слабую охрану, всего три авизо. И всё равно повёл свой отряд крейсеров в атаку. Это были уже пожилые первые в истории Японии бронепалубные крейсера, 'Нанива' на которой он держал флаг и 'Такачихо', и как антитезис им новейшие 'Ниитаку' и 'Цусиму', последняя уже была построена в самой Японии. Но, добыча оказалась весьма ходкой. А старые крейсера с натугой выдавали более 17-ми узлов. И когда ему доложил, что с флангов и с тыла к ним идут крейсера, и понятно, что это русские крейсера, он понял, что попал в ловушку, и решил прорываться через как ему казалось более слабые корабли, опознанные как 'Светлана' и 'Роксолана'.
Но, русские крейсера оказались быстрее чем хотелось японцам. Первыми в огневой контакт вступили 'Жемчуг', 'Изумруд' и 'Штандарт'. Затем неожиданно для себя японцы были атакованы с тыла. Это дерзкие авизо догнали противника и завязали бой с концевой 'Цусимой'. Вскоре подошли крейсера 1-го ранга 'Олег' и 'Витязь. Отряд адмирал Хосоя в четыре крейсера был окружён семью русскими крейсерами, два из которых имели в сумме немного меньший тоннаж, чем все вместе взятые японцы. Что могло из этого следовать ? Избиение младенцев. Нет, адмирал Иессен предложил им сдаться, но, в ответ уже, по сути, погибшие японцы подняли сигнал,- 'Сыны Ямато не сдаются', и послали русских к такой матери со своим предложением.