Страница 23 из 53
У меня внутри все будто похолодело.
— И чем же вызвано ваше решение.
— Вы знаете, жалость вещь такая. Сегодня она есть, завтра проходит, а вы будете себя чувствовать обязанной. Так вот я не хочу вас обременять.
Глава 17
— Я делаю это не из жалости. Точнее, она была одной из причин того, что я вообще захотела здесь остаться.
Неужели он думает, что я их жалею? Но я уже привязалась к Коле. И Клейтон. Я ведь вовсе не обращаю внимания на его ногу. Хотя понимаю, что из-за этого у него тоже могут быть свои тараканы. Которые, судя по всему, выползли и давят на него. Или он вовсе не хочет больше заводить пару?
— Я не могу требовать от вас невозможного. Вы же сами сказали, что Марину искать, что в иголку в стоге сена. У вас своя работа и своя жизнь там.
— Но здесь есть ребенок, который нуждается в маме.
— Вы ему не мать, — ответил он спокойно. — Вам нет смысла здесь оставаться.
— Мы договаривались, — напомнила ему недавний разговор.
— Я помню. Николай остается дома.
Что значит, я здесь не нужна. И мне так нескромно об этом напоминают. Ну, конечно. Любовницей быть не захотела, вот и отыгрываются. Или дело не в этом? Иначе я просто не понимаю, чем ему может помешать женщина, которая от силы ест совсем немного. Я даже одежду сама себе в состоянии купить.
— Неужели вы бы не хотели развестись с Мариной? Ведь настанет тот день, когда вы захотите завести и свою семью. Просто порой на поиски уходит больше, чем пара дней или неделя, — продолжила я. — Я же не против ее найти и присматривать за Колей.
Хотя от такого я скорее двину кони. Просто ежедневная бешеная гонка точно до добра не доведет.
— Потому что это была моя мимолетная прихоть, — после небольшой паузы сказал он. — Вернуть сюда Марину, чтобы она воспитывала Колю. Вот только прошло семь лет.
Он потер пальцами глаза.
— Вы знаете, сколько драконы пытались заводить пару с людьми? Итог был один — человек мог всегда выбрать себе другую пару. Тем более, Терри и Марина не были той истинной парой. Хотя мой брат думал, что они истинные. Вот только истинные друг без друга не могут, когда создают связь. А с Мариной просто не получалось. Может, потому что ее тянуло и ко мне. Но я веду к тому, что у Марины там уже семья, дети, любимый муж в вашем мире.
Да, что-то я не подумала об этом. Марина могла обзавестись семьей. Если бы я была на ее месте и лишилась бы так ребенка, то я бы землю грызла ради него. А не так. Пропасть на семь лет. Мать бы не бросила своего ребенка. Осудить проще, чем понять. И Клейтон прав, если у нее там уже есть новая семья, то мы вновь лишь всколыхнем забытые воспоминания.
— Она уходила в мой мир с Колей? — спросила я.
А его тянуло к Марине. Я ощутила укол ревности. Мимолетный. С чего мне вообще ревновать этого динозавра.
— Да, — ответил Клейтон. — Мой брат забрал ребенка, когда тот родился. Николай все равно не смог бы жить в другом мире. Все бы закончилось тем, что он бы перенес Марину.
— И она его оставила? — с ужасом сглотнула я.
То есть по какой-то причине родители не смогли быть вместе, но при этом мать не смогла оставить ребенка себе. Просто потому, что разные миры. Или терпи мужика всю жизнь, или не рожай от него, или живи одна.
Да мне бы не захотелось ни с кем из здешних заводить не то что семью, так и отношения.
— Как видите, — ответил Клейтон, не сводя с меня взгляда.
— Проблема в том, что я уже во все это вмешана. Ребенок ко мне привык.
— Как к одной из постоянно меняющихся нянь, не более, — продолжил он, что лишь подняло волну протеста внутри меня.
Он-то хозяин этого дома, он вправе решать, кому тут оставаться, а кому нет.
Вот только я обещала ребенку, что буду рядом.
— Нельзя так сразу. Коля сейчас в слишком подавленном состоянии.
— Мы разберемся, — сказал Клейтон.
Какой же он упертый, как осел. Вот только и я не хуже. Я же лично понимала, что так нельзя. Я не могу бросить ребенка. И как ни странно, его дядю тоже. Ведь весь его разговор лишь о том, что он принимает обдуманные решения. Он не преследует цели выгнать ради собственного морального удовлетворения. Просто для него поступить лучше для всех — отказаться от своей личной жизни, лишь бы всем было хорошо.
Ведь он с похорон так ни разу не заговорил с Колей. То ли не знает, как, то ли еще что. Им нужен буфер.
И моим первым порывом стало — подойти к нему и положить руку поверх его.
— Я остаюсь, — хрипло прошептала я, глядя в его глаза.
Знакомое тепло промчалось по телу.
— Я же вам озвучил свое решение.
— Я вас услышала и ваше решение тоже. Но я взрослый человек, способный принимать и свои собственные.
И теперь оставалось понять, примет ли он его. Мне хотелось бы знать, будет ли он считаться с моим мнением.
Какие же у него красивые карие глаза, особенно, когда в них отражается блик свечи.
— То есть вы здесь хотите остаться? Подумайте, это очень смелое и безрассудное решение. Но если вы передумаете, я всегда могу вас отправить домой.
— Я знаю, — обрадовалась я и чуть не накинулась на него с объятиями.
Но вот поцелуй в щечку он точно заслужил. И только я склонилась, чтобы поцеловать его, как почувствовала, что немного поскользнулась и упала прямо на мужчину, который тут же подхватил меня за талию так, что я вновь оказалась на его коленях.
— Я случайно, — пробормотала я. — И это не то, что вы подумали.
— Я так и понял, — серьезно ответил мужчина, помогая мне встать. — Но и не против.
Кто бы сомневался!
— Одевайся, — сказала я Коле утром. — Пора на завтрак.
— А ты не оставишь меня с ним? — спросил ребенок, вцепившись в меня.
Платье тут же вспыхнуло пламенем, которое я поспешно затушила. Вот только осталось огромное черное пятно.
Да, если я думала, что взятое напрокат платье никто не сожжет, то я сильно ошибалась. Как оказалось, у маленьких драконов пламя просыпается, когда захочет, и сжигает все вокруг. Почти сжигает. Многие вещи в доме противопожарные. Кроме моих вещей. И я с грустью смотрела, как сгорала часть юбки, будто это сгорали деньги, потраченные на нее.
— Со своим платьем? — грустно спросила я.
— С дядей.
— Мы живем в его доме. Нам придется с ним остаться.
— Я не чувствую, что он мой папа. Вот мой папа со мной играл. По выходным мы ходили к реке, где он превращался в дракона. Огромного. Он говорил, что я вырасту таким же. А с дядей я вырасту?
— Конечно, вырастешь. И это твой дядя. Родная кровь. Вам надо попробовать подружиться.
— Но я не хочу, — замотал головой Коля. — Он не папа.
— Я знаю, он никогда не заменит тебе папу, — я погладила его по светлой голове.
Бедный ребенок.
— А маму? Ты бы хотел увидеть маму?
— Нет, — он посмотрел мне в глаза. — Ты моя мама. Это я чувствую.
***
— Господин Дафф сказал, что я должна отправиться с вами по магазинам, — к нам после завтрака подошла Лиза.
Девушка была одета в ужасное желтое платье, которое делало ее похожей на канарейку. Хотя я не лучше — у меня и вовсе почти сгоревшее.
— Продукты купить? — уточнила я.
— Нет. За платьями для вас. Сегодня прием у его друга, господина Скрива.
Точно, что-то из головы вылетело. Ах, да там же этот молодой. Как его звали-то? Ладно, не помню.
— У вас другого платья нет? — Лиза глянула на застиранное пятно.
— Вы видели мой гардероб, — усмехнулась я.
Я посмотрела на Лизу, которая немного губы поджала. Ну красивая деваха, что ж она себя так строит, как будто если немного расслабится, то весь мир рухнет.
— Кстати, а ребенку тоже купим? — уточнила у нее.
— Я с вами! — довольно крикнул Коля.
— Господин Дафф ничего не говорил на этот счет, — опешила девушка.
— Ну, ничего страшного. Купим мне одно платье и ребенку какую-нибудь одежду. Дети так быстро растут.
Сам Клейтон к нам не присоединился. И правильно — дал денег, и пусть девочки сами выбирают себе наряды. Все-таки дальновидный мужчина. Не каждый выдержит шоппинг, а этот и не пытается.