Синдикат

— Ну, тебе же сподручно было «юрговским» железом нашпиговаться, — Бес ответил, наугад выбрав один из двух государственных заводов, где могли бы сделать и украсть военный контрафакт для глубокого «никелирования» бойца.

— Армия — не законники, — парировал Бельды. — Купить «красного» не фольно. А с казны под гербом я ни рубля не получал.

Бес заскрипел зубами, превозмогая желание пристрелить глазастого урода прямо здесь, ну, или хотя бы попробовать. Если тот не блефовал, а действительно вычислил по аугментациям бывшего арбитра, то возможно «нанайцы» захотят вычислить кооперативного наемника по ломаным базам, в точности как сам Бес заказывал поиск старого буржуя через Кадьяка. И что они там найдут, да с какими последствиями — бог знает. Это Василю было невыгодно сдавать хорошего работника, а с «нанайцев» станется упороть любую хрень, например, для демонстрации возможностей.

Но мгновения уходили, следовало как-то отвечать, причем желательно «в кладку», быстро и красиво. Самым простым решением было перевести кий в сторону Василя, намекнув или заявив открыто, что кооператив так или иначе с законом и правоохранителями всех видов «на клиренсе», в один цвет крашены. Соответственно здесь не то место, чтобы беспримесной мастью понтоваться, а коли есть претензии, то высказывать их надо главному, что стол держит, а не подручному «мазику». Однако Василь подчеркнуто в блиц не вмешивался. Возможно, прикрылся помощником, чтобы оценить ситуацию и выработать стратегию. Возможно, оценивал как «сталевар» поведет себя в ситуации когда нужно быстро думать и в тему говорить, а не стрелять с двух рук.

— А я пусть и арбитр, но жил честно, — как можно спокойнее и рассудительнее сообщил Бес. — Ни гопу, ни коалицию по службе не ущемлял, даже шакалов и тюльников в накат не брал. Кто страдал от меня, так то шахматисты да игроцалы. Но коммэрсов катать за фол не считается. А если ты что-то можешь мне за пропих или нажим расписать, так не финти, клади шары с туза по порядку. Мы тут не шпилевые, партию дотошно разберем.

Бельды поджал губы, стиснул челюсти до желваков и склонил голову так, что теперь глядел на Беса как бык на тореадора, снизу вверх. Василь и Дерсу обменялись быстрыми взглядами, словно придя к некоему молчаливому согласию.

— Нормально ответил, — негромко вымолвил Дерсу, и пучеглазый сталевар мгновенно сдулся.

— Бес правильно сказал, — рассудительно и более детально заметил Василь. — Если без нажима, то кто башмалу снял, того и билль. А у нас партия ровная, киями не тремся. Все порешали?

Бельды выдержал паузу, ровно столько, чтобы обозначить норов и личное неприятие Беса, но в то же время не показать явную оппозицию начальству. Как будто нехотя, врастяжку протянул:

— Порешали…

Бывший арбитр счел за лучшее многозначительно промолчать. Красноречие не относилось к ярким достоинствам кибернетика, растратить положительный эффект от удачно сказанных слов было слишком легко.

— Ну что ж, коль у нас не лохи, а клапштосы при делах, о процедуре договоримся, — Василь подвел невидимую, но жирную черту под более-менее удачными переговорами.

— Пожалуй, и хорошо, что парни друг другу не глянулись, — усмехнулся Дерсу, словно желал чуть-чуть сгладить впечатление жесткой контры. — Лучше считать будут.

— Согласен, — Василь как принимающая сторона оставил за собой финальное слово и вытянул над столом крепкую широкую ладонь, предлагая закрепить уговор. Дерсу ответил тем же, несколько мгновений бандит респектабельный и бандит дикий незаметно, но в то же время, с душой, мерялись у кого ладонь крепче. Явный победитель не выявился, каждый показал себя настоящим мужиком даже в малом, и встреча была завершена.

— Бельды тварь злобная, — резюмировал директор, когда Василь и Бес снова остались наедине. — Но полезная. И прирученная. А ты себя хорошо поставил.

Гости засиживаться не стали, на баню и прочую атрибутику не отвлекались, сославшись, что к городским увеселениями не привычные, а от урбанистического воздуха им нехорошо становится. В устах нормальных цивилизованных злодеев это прозвучало бы как неуважение, за которое глянули бы косо и запомнили. Однако «нанайцам» было можно.

Бес опять промолчал, неопределенно шевельнув плечами. В сложившихся обстоятельствах что ни скажи, все не на пользу.

— Я то здесь зачем? — все же решил спросить он. — Если они так за строгость понятий стоят?

— Да финтил круглоглазый, — махнул рукой Василь, он явственно расслабился, выплеснул оставшийся настой и вернулся к виски, на сей раз щедро, со всей душой. — За бельдой много чего насчитать можно, если мелок покрепче взять. А зачем — узкоглазый все верно сказал. Мы с дикарями теперь плотно поработаем. Надо расширяться. Ты в кооперативе начал с малого, не форсил, себя показал хорошо, я тебя подниму. Денег добавлю.

Бесу не понравилось это демонстративное презрение к партнеру, но с другой стороны здесь была не его вотчина.

— Будешь контачить с бельдой этой, сначала понемногу, потом если дикари заколачивать в прыжке не станут, усугубим и расширим, — рассуждал Василь, шумно снимая напряжение «Сантори».

— Мы плохо сошлись, — счел за лучшее отметить Бес. — И дальше лучше не станет.

— А тут сын дикой тайги правильно сказал. Вам не дружбаниться, вам дело надо ровнять. Когда башмала на сукне лежит, нужно строгим глазом на все смотреть. Вот как у тебя.

Порядком захмелевший Василь заржал, ткнув горлышком бутылки в сторону пустой глазницы Беса.

— Все, свободен, — фыркнул директор, хлебая уже прямо из горлышка. Могучий нос покраснел, почти сразу перешел в стадию ярко-пунцовой окраски, став похожим на клоунский, из папье-маше.

— Завтра Ки еще отвезешь как обычно, потом она уже не твоя забота. Совсем.

— Понял.

Бес кивнул и вышел, перекатывая в кармане куртки искусственный глаз-камеру. Остро захотелось развернуться на пороге и влепить начальству классическую «двоечку» в живот. Бам-бам, на два сгибания указательного пальца. Продемонстрировать, так сказать, неприятие сомнительных шуток. Желание оказалось настолько сильным, что протез дернулся к скрытой кобуре сам по себе, реагируя на импульсы нервной системы.

— Буду ждать указаний, — сказал кибернетик и аккуратно прикрыл за собой дверь.