Немая смерть.

Я пообщалась с Удо-доно, тот вник в ситуацию и согласился помочь. Впрочем, что значит согласился? После того, как я вывела его сына из искусственной комы, поступить иначе означало для него чудовищную потерю лица. Моральный долг, и без того большой, достиг просто чудовищных величин. Поэтому мужчина объявил, что отправляется в деревню, скрытую в Горячих Источниках, дабы лично объясниться со старейшинами и принести извинения за беспокойство. Свита из его соклановцев, разумеется, следовала за ним, за исключением двух гонцов, отправленных в Коноху с донесением.

До Листа дошел только один гонец, второй где-то по пути потерялся. Зато безалаберная химе клана Узумаки Кушина, при неясных обстоятельствах покинувшая команду по дороге домой, наконец-то разыскала собственных генинов и немедленно начала командовать:

- Быстро собираемся и уходим. Происшествия были?

- Нет, сенсей!

- Сачико-чан, вас кто-нибудь видел?

- Нет, сенсей! Мимо пробежали четверо шиноби, но мы спрятались за барьером, и они нас не заметили.

- Прекрасно. Чего стоим?

Мелкие принялись сворачивать лагерь, время от времени искоса поглядывая на меня. Конечно же, они не удержались:

- Сенсей! А вы догнали тех похитителей?!

- Кого, Акайо-кун? Я всё время с вами сидела.

Круглые глаза шокированных детишек напомнили, что в работе наставника учебной команды есть свои приятные моменты.

- Шиноби Курама ичизоку под предводительством Удо-доно догнали нукенинов, похитивших ребенка из правящей ветви клана. Нукенины были уничтожены, мальчик возвращен. Представители Узумаки ичизоку в бою не участвовали. Вы всё время находились внутри укрепленного лагеря, я иногда выходила наружу и с помощью сенсорных способностей издалека наблюдала за схваткой. Понятно?

Придавленные яки, детишки только и смогли, что пропищать «Да, сенсей!». Я тут же сменила гнев на милость.

- Прекрасно. Что писать в отчете, вы знаете, насчет всего остального я переговорю с кем надо сама. Вопросы?

Троица запереглядывалась, и на сей раз мальчишки делегировали право голоса прекрасной даме:

- Кушина-сенсей, а почему мы не вмешивались?

Пацанов я люблю, они мои личные ученики и дети близких мне людей. Но капитаном надо ставить Сачико. Правильные вопросы задает девчонка.

- Потому что девятеро шиноби, погибших вчера, носили хитайате Кумогакуре-но-сато. У нас сейчас очень сложные отношения с шиноби страны Молнии, на грани войны. Нам война не нужна, мы ещё от прошлой не оправились. Поэтому Узукаге-сама издал указ, запрещающий нападать на облачников или как-то их провоцировать.

Обвела притихших генинов внимательным взглядом. Чем грозит нарушение приказа владыки клана, они знают прекрасно.

- Я не могла отказать Курама – они наши союзники. Однако я стребовала с них клятву молчания, и они будут молчать, потому что это в их собственных интересах. Все будут считать, что клан своими силами разобрался с ситуацией, не привлекая посторонних. Это почет, это честь.

Тут тоже непонимания не возникло. Заботиться о статусе клана и добиваться роста его влияния детей учат едва ли не с младенческих пеленок.

- Правда будет известна немногим. Выжившим участникам, немногим старейшинам Курама и Узумаки ичизоку, и ещё вам троим. – Я усмехнулась. – Поверьте, старейшины не проболтаются. Вам, чтобы молчалось легче, слегка модифицируют печать на спинках.

Генины дружно вздохнули и потупились.

- Так и быть, - решила я подсластить пилюлю. – После изменения настроек печати расскажу подробности боя.

Учебные команды почти всегда получают миссии в филиалах и отчеты сдают там же, редко когда у разведки или центрального командования возникают вопросы, связанные с выполнением Цэшек. Ну что такого особенного может быть в лаконичном описании пути из точки А в точку Б с запечатанной в свитке посылкой или в сопровождении обоза с грузом расписных горшков? Ничего, правильно.

Стандартную отписку мы действительно сдали в филиале, однако дальше привычный сценарий слегка нарушился. Вместо того, чтобы распустить команду по домам, я повела их в неприметное здание на окраине порта. Пристанище Глубины, одно из. Больше напоминает обшарпанную контору деревенской администрации, собственно, на первом этаже именно чиновники и сидят. Зато на втором, в кабинетике за тонкими деревянными дверьми, расположился представитель совсем другой службы. Он не принимает докладов, ни о чем не расспрашивает, задача у него ровно одна –сообщить по инстанции о ЧП. Настолько быстро, насколько необходимо.

Информация о случившемся должна дойти до всех заинтересованных лиц, вопрос только, до каких именно. У дипломатической, внешней разведок и структур Глубины сложные отношения между собой, они контролируются разными семьями и то враждуют, то помогают друг другу. Обычно сведения поступают во все три организации, однако при желании доступ можно ограничить. В моем случае хватило упоминания о том, что есть кое-что интересное для Саске-сама, и мне сразу пообещали, что в ближайшее время его посыльный сообщит время аудиенции. Хорошо принадлежать к правящей ветви.

Тонкостей в общении с выше- и нижестоящими тоже хватает. Например, моим непосредственным господином является Кейтаро-сама, поэтому прежде, чем рассказывать о происшедшем кому-либо ещё, я обязана обговорить ситуацию с ним. И он уже решит, какую версию представить почтеннейшей публике. Причем заявиться к нему домой прямо с миссии означает грубейшее нарушение этикета и непременно привлечет внимание наблюдателей. Зато можно клона послать, который уведомит о необходимости встречи, теневики считаются кем-то вроде ходячего письма-приглашения и воспринимаются всеми именно так.

Хм. Если подумать… Со стороны здорово похоже, будто я только приехала и сразу бегу повидаться с милым дружком. Опять сплетни поползут. Ай, не впервой!

Прибыли мы вечером, и встречу Кейтаро-сама назначил на следующий вечер. Не знаю, чего он ожидал, но на распечатанную из свитка голову отреагировал легким удивлением:

- И кто же это?

- Принц Марои из ветви Го.

Патрон мгновенно подобрался, на глазах теряя состояние расслабленности. Ещё бы!

- Рассказывайте.

Выслушал он меня, не перебивая, помолчал с закрытыми глазами и потребовал рассказать снова, только на сей раз задавал по ходу повествования вопросы. Признаю – из всех его слуг я, пожалуй, приношу больше всех беспокойства. Так ведь и пользы от моих выходок немало.

- Я правильно понимаю – о вашем участии в бою знают только ваши ученики и Курама? Вы уверены, что никто из облачников не ушел?

- Абсолютно, Кейтаро-сама. Даже если там и был наблюдатель, находился он далеко и разглядеть применение врат Хачимон не мог. Остальные техники, использованные мной, известны многим.

Мужчина тяжело вздохнул и прикрыл глаза:

- Почему вы не отказали в просьбе Удо-доно?

- Соблазн заиметь должника в ближайшем окружении Сандаймё оказался слишком велик, - честно призналась я. –Да и не думала я, что в группе прикрытия окажется кто-то значительный.

- Значительный, - без всякого выражения Кейтаро-сама покосился на голову Марои. – Да уж. Я запрещаю кому бы то ни было сообщать о произошедшем, Кушина-химе.