Немая смерть.

Начать сначала

Климат побережья моря Кайзоку в наших краях очень похож на средиземноморский. Мягкая зима, теплое лето, обилие зелени и разнообразие живности привели к тому, что практически везде, за исключением берега Страны Молний, живут и промышляют морем люди. Рыбаки, торговцы, пираты. В любой мало-мальски удобной бухточке можно найти поселение или хотя бы признаки стоянки корабля, с которого спускались матросы за водой и припасами.

Наша группа третий день скрывалась на одном из мелких островков, стараясь не выходить за периметр действия маскирующего барьера. Кто его знает, кто там находится на борту проплывающей мимо джонки? Внимание чужих сенсоров нам совершенно ни к чему, из отряда только трое шиноби боеспособны, причем все – генины.

Побег прошел удачно, с острова мы вырвались. Правда, как оказалось, кроме внутреннего кольца блокады существовало и второе, внешнее, корабли которого тоже пытались нас задержать, но они поздно среагировали и не успели на перехват. Куда хуже было то, что испортилась погода. Со стороны волнение казалось небольшим, однако для людей, в прямом смысле бегущих по волнам, эти два-три балла представляли существенную проблему. Кроме того, пока уклонялись от встречи с преследователями, наша четверка вынужденно рассыпалась и где теперь Иссей-сан, неизвестно. Хорошо ещё, что Кенсиро-сан и Ичи-кун отбежали недалеко и позднее держались рядом со мной, словно приклеенные.

Спустя около двух часов быстрого бега мы почувствовали – Узушио умер. Не было никаких внешних признаков, ничего не грохотало, темные тучи не собирались над островом… Просто в затылок вонзился неимоверно холодный и равнодушный взгляд, словно в спину глянул некто безмерно могучий, чужой. Владыка всё-таки призвал Покровителя. Интересно, много захватчиков пережили Его приход? По идее, чем больше у человека чакры, тем крепче его душа связана с телом и выше шансы остаться в живых. Джинчуурики так точно выжили. С другой стороны, расстояние тоже имеет значение, а большая часть врагов находилась относительно недалеко от места проведения ритуала.

С этого момента начались проблемы. Если до него мы более-менее сохраняли ритм бега, то явление Покровителя и, главное, осознание гибели места, тысячелетиями служившего клану домом, выбили из медитативного транса. Бежать, как прежде, уже не получалось. Дыхание норовило сорваться, организм начал уставать, и если мне с Кенсиро-саном за счет опыта удалось взять нервы в кулак и вернуться к прежнему темпу, то Ичи-кун явно сдал. Он постепенно замедлялся, дважды упал, снова вставал на воду и в конечном итоге утонул бы окончательно, не успей я закинуть его на плечо.

Спустя десять минут Кенсиро-сан поравнялся со мной.

- Вы не сможете тащить его долго, химе, - прокричал он, перебивая свист ветра. – Это карма. Подарите ему лёгкую смерть!

Вместо ответа я показала ему печать-накопитель. Конечно же, он прав – в такой ситуации, как наша, правильным ходом будет избавиться от слабого элемента и обеспечить выживание остальных членов группы. Именно так я и сделаю, если пойму, что не справляюсь. Тем не менее до тех пор, пока есть надежда, мальчишку надо вытаскивать.

Ещё через четыре часа очаг начал подавать признаки истощения. Мы к тому времени старались экономить силы и шли «волчьим скоком» - сто шагов шагом, сто шагов бегом. Ичи-куна несла в основном я, потому что чакры у Кенсиро-сана изначально было поменьше, да и контроль над ней хуже. Хорошо быть ирьенином, происходящим из правящей ветви Узумаки! Судя по некоторым признакам, до островов оставался примерно час, поэтому мы приняли очередную дозу стимулятора, более жесткого, по сравнению с прежним, заглотили по таблетке пищевого рациона и продолжили бег. Распечатывать плотики и устраивать короткий отдых было не самой лучшей идеей, ведь тем самым терялся взятый темп, плюс существовала опасность появления враждебных шиноби. Судоходство здесь довольно оживленное, и в обычные дни корабли ходят часто, это только сейчас Туман и Облако вычистили море от возможных наблюдателей.

Короче говоря, под конец пути оба мы шли пустыми, выдаивая последние капли чакры. Достигнув берега, просто рухнули на песок. Отвратительное чувство – вроде ничего не болит, а мизинцем не пошевелить, тело словно ватное. Сил нет вообще, в голове мысли путаются и упрямо ускользают, отправляя в сон. Последним усилием распечатала свою троицу, отдала указание замаскироваться и отрубилась.

В отключке, как выяснилось, прошло два дня. Я бы и дольше провалялась, не делись со мной Сачико-чан чакрой. При истощении делать что-то ещё бессмысленно – после того, как перенапрягшийся очаг снова начнёт вырабатывать нужное количество энергии, организм сам придёт в норму. Ну а если очаг заглох окончательно, то что-то делать бессмысленно тем более.

Генины не стали задерживаться на ближайшем к Узушио островке и перебрались на соседний, более скалистый. Места на нём оказалось достаточно, чтобы обустроить небольшой лагерь на шестерых человек. На шестерых – потому что распечатывать детей и раненых они не стали, решили дождаться более спокойной обстановки. Барьеры и сенсорный комплекс установил Акайо, он среди троицы в фуин самый лучший, так что Сачико большую часть времени сидела внутри мощной печати и сканировала окрестности, тогда как мальчишки терзали старших шиноби, вызнавая подробности бегства. Да, оба моих спутника уже находились на ногах. Кенсиро-сан очнулся сутки назад и довольно бодро скакал внутри периметра, находя занятия себе и окружающим, Ичи-кун, наоборот, сидел мрачный и предпочитал отмалчиваться, не вступая в разговоры.

Мне тоже поначалу всякие мысли в голову лезли. Сестру с племяшкой точно должны были вытаскивать одними из первых, насчет её мужа и Юмико-сама у меня есть сомнения. Один – воин, джонин, вторая инвалид, хоть и член правящей ветви. Даже если им предложили запечатывание, вполне могли отдать свои места в свитках более ценным членам клана, поступить иначе значит признать себя трусом. Да и прорвалась ли воздушная лодка сквозь посылаемые с земли дзюцу?

Жутко хотелось вскочить и заметаться по лагерю, выплескивая напряжение. Нельзя. Ты, Кушина, теперь не просто химе.

- Сенсей, вы проснулись! – заметив, что я открыла глаза, рядом присел Хироши.

Я кивнула, осторожно пошевелилась и вылезла из-под одеяла. В отличие от первого раза, теперь тело слушалось и мне удалось сесть без посторонней помощи.

- Что в округе?

Раз Узукаге мертв, о его реакции на нарушение запрета можно не волноваться. Тем не менее, говорить с учеником вслух я не стала – сейчас не самое лучшее время для сюрпризов. Распечатала доску и стала писать на ней. Не то у меня состояние, чтобы общаться привычным способом, при истощении каждая капля чакры дорога.

- Сачико-чан трижды замечала корабли с многочисленными источниками чакры. К острову они не приближались, крейсировали со стороны побережья, - доложил генин. – Последний корабль проплыл шесть часов назад и больше не появлялся.

- Коноха?

- Какие-то сигналы на западной стороне есть, но сказать, кто это, Сачико не может.

- Она в трансе?

- Да, только что в печать залезла, - понятно тогда, почему докладывает мальчишка. Который, кстати, немного помялся и тихо спросил. – Кушина-сенсей, что нам делать?

Хороший вопрос. Для начала – оценить доступные ресурсы и узнать, что вообще происходит.

- Позови всех.

Собравшаяся вокруг лежанки компания оптимизма не внушала. Сильнейший шиноби, на уровне джонина В или даже А ранга по классификации Листа, Кенсиро-сан страдал от истощения и множества мелких ран, не до конца залеченных и в результате трудного пути снова открывшихся. У его младшего коллеги физическое состояние чуть получше, зато психологически оправится он не скоро. Троица генинов, которых тоже надо бы подержать в госпитале недельку. Ну и я, однорукая, с тем же истощением и с потрепанной кейракукей.