Страница 25 из 29
- Пока, Стела.
- Пока.
- Я пойду?
- Иди.
- Как-нибудь встретимся?
- Зачем?
- Ну ... Фиолент показать.
- Ах это? Ты служи, Кирилл, - неопределённо сказала она. Девушка сунула ему пакет с остатком торта и открыла дверь.
Испытывая двоякое ощущение, Кирилл вышел на улицу. Вроде он страстно хотел остаться, но в тоже время с облегчением выдохнул.
Первым делом Кирилл пошёл на свою стройплощадку. Ба! Он в удивлении присел. У забора стояли ровные кубы из кирпича, и они были распределены даже по оттенкам. Полковник сдержал слово. Скоро должен прийти прапорщик Бондар. А вот и он, лёгок на помине, грузно шествовал со старшим сержантом Селеховым. Кирилл быстро схватил пару кирпичей. Как только они показались, натужно пыхтя, с тягостным кряхтением положил их на прежние места и вытер со лба несуществующий пот. Немая сцена. Челюсти у товарищей с грохотом вывалились из суставов, глаза выкатились и едва не упали вниз.
Кирилл стряхнул невидимую пыль, строевым шагом пошёл к прапорщику и лихо доложил:
- Товарищ прапорщик, рядовой Стре... Панкратьев ваше приказание выполнил! Кирпичи сложил в штабеля по оттенкам!
- М-да, - пожевал губы прапорщик Бондар, - многое на своём веку видел, но чтоб так меня ошеломить?! Что скажешь, Селехов?
- Поощрить надо бойца, - старший сержант в удивлении даже присел. На фоне этих кирпичей даже его многочисленные значки на гимнастёрке потускнели.
- Хорошо. Я согласен на твои индивидуальные тренировки, - прогудел прапорщик Бондар.
- На полчаса раньше до подъёма можно вставать? - в конец обнаглел Кирилл.
Прапорщик окинул взглядом незыблемо стоящие кубы из кирпича и неожиданно вздохнул:
- Добро, на полчаса можно. Но на завтрак без опозданий!
Кирилл невероятно обрадовался. Ему страшно не нравилось по утрам слышать: "рота подъём!!!" Затем толчея, суета. Пихая друг друга, все лихорадочно одевались, затем построение и не дай бог кто-то опоздает! Тогда прозвучит команда: "рота отбой!!!" - затем снова: "рота подъём!!!" - и так до десяти раз. Сержанты любили поразвлечься над молодыми. Старший сержант скривился, но оспаривать решение старшины роты не посмел.
В роте, как и прежде, дневальные ползали на четвереньках. Они натирали и без того сияющие полы. Ефрейтор Матвеев крутил на турнике "Солнышко", а старослужащие собрались кучкой и разбирали посылку молодого бойца. Тот стоял рядом и терпеливо ждал, когда они что-нибудь ему выделят из его вещей. Рядовой Ли промчался с половой тряпкой. Кирилл не понимал его. Все правдами и неправдами пытались увильнуть от работ, а он всегда: "Есть, товарищ сержант! Разрешите выполнять!" - и... шуррр, бежит мыть полы. Кирилл с ним уже почти не общался и перестал верить, что тот обладатель чёрного пояса по каратэ.
У гардероба Кирилл заметил сослуживца, Османа Магомедовича. Как все горцы тот обладал осиной талией и мощными плечами, а его шея плавно переходила в тяжёлую голову. Он был тоже студентом, но в институте не было военной кафедры и его забрали в армию со второго курса. Осман жил далеко в горах в селе Кувик, это в двухстах километрах от Махачкалы. Он рассказывал, что у них такие дикие места, что в каждом доме приходилось иметь оружие: карабины, винтовки и даже автоматы. А на соседней горе под названием Седло Осман утверждал, что там обитают снежные люди. Все его поднимали на смех, а он, вращая выпученным глазами, начинал доказывать, что и дед его видел, и отец, а лично он натыкался на огромные следы. Вот балабол! А ещё часто сослуживцы подкалывали его по поводу того, как тот стал мастером спорта по вольной борьбе. Осман, не рисуясь, рассказывал, как из своего селения на плечах барашков таскал, а это километров восемьдесят. А в одно прекрасное время спустился с гор, поступил в институт и пришёл на тренировку по вольной борьбе. Не обладая ни какими навыками, уложил на лопатки чемпиона СССР. Вот так и стал мастером спорта.
Осман стоял у окна, а в глазах виднелась печаль. Кириллу стало жалко его. Он догадался, что тот сильно хочет есть. Молодые солдаты всегда были голодные. Кирилл вложил ему в ладонь кусок торта.
- Что это? - удивлённо выпучил он глаза.
- Торт.
- А почему мне его даёшь?
- Просто так.
Он проводил Кирилла удивлённым и благодарным взглядом. Из умывальника появился Филатов Миша с переброшенным через плечо полотенцем. Он заметил Кирилла и хлопнул по плечу, с шутливой издевкой спросил:
- Как индивидуальные тренировки?
- Откуда узнал? - удивился Кирилл.
- Мимо кабинета командира проходил, дверь была открыта. Ну ты даёшь, Кирилл! Зачем тебе всё это надо? Наверное, кирпичи заставили складывать? - прозорливо заметил он и мощно вздохнул грудью.
- Да было такое дело, но своей цели я достиг, индивидуальные тренировки мне разрешили.
- Неужели? Каким же образом? - Миша сдёрнул полотенце, не торопясь вытер лицо.
- Я все кирпичи уложил. Бондар, как это увидел, даже слезу от умиления пустил, а старший сержант Селехов от удивления до сих пор заикается, - улыбнулся Кирилл.
- Гонишь? - глядя на друга добрым бычьим взглядом, хрустнул суставами Миша.
- Знаешь, почти нет. Правда, мне стройбатовцы чуток помогли, пока я был в особом отделе.
- Так, а с этого места подробнее, - нахмурился друг.