Страница 7 из 9
– Майя Викторовна! – Аля чуть не бегом побежала к ней в комнату. – Майя Викторовна! Я только сейчас поняла! Я чувствую ноги! Это бредом кажется, но я раньше ходила, а ноги не чувствовала. А сейчас они живые! Я всё ими чувствую! Наверное, я с ума сошла!
Майя Викторовна рассмеялась, украдкой вытирая слёзы.
– Нет, ты не сошла с ума. Это жизнь возвращается к тебе.
Раздался звонок в дверь. Майя Викторовна хотела открыть, но бдительная Лёля первой подлетела к двери и зарычала. Шерсть у кошки встала дыбом, хвост распушился. Майя Викторовна остановилась. Заглянула в глазок. Это был не Саша.
Майя Викторовна не знала человека, стоящего за дверью, но чутьё подсказывало ей, что он опасен. Лёля рычала, рвалась в бой. Аля испугалась.
Звонивший позвонил ещё раз, и ещё раз. В дверь забарабанили.
– Эй, хозяйка! Открывай! Мы соседи снизу, вы нас заливаете!
Майя Викторовна приложила палец к губам. Аля кивнула.
На всякий пожарный Майя Викторовна зашла на кухню, заглянула под раковину. Туалет, ванная – никакой воды, конечно, не было. Она набрала Сашу.
Саша приехал через пять минут. Увидев его, человек, несколько минут звонивший и стучавший в дверь, спешно ретировался.
– Майя Викторовна! Аля! С вами всё в порядке?
– Всё хорошо, Саша! Как нам повезло, что ты был рядом!
– А я уже подъезжал, поэтому так быстро получилось. Не нравится мне всё это, ой, не нравится… Майя Викторовна, у Вас есть куда уехать на несколько дней?
Майя Викторовна задумалась.
– Да, пожалуй.
– Поживите там какое-то время, а я понаблюдаю за домом.
– Хорошо. Так что ты узнал такого, что решил приехать в тот же день?
Саша улыбнулся.
– Это скорее хорошие новости, чем плохие. Аля, ты рассказывала, что твои родители погибли?
– Да. Какое это имеет сейчас значение?
– Имеет. Твоя мать – Ольга Андреевна и отец – Александр Борисович Литвины?
– Да, всё правильно, – Аля напряглась.
– Аля, твои родители не погибли. Они живы, вполне здоровы. И живут по своему старому адресу.
– Как это? – Аля ушам своим не верила, – Ты уверен? Но я же сама, сама их видела, понимаешь?! Я тела опознавала…
– И тем не менее, это факт! Вот, смотри, – Саша протянул ей телефон, – Я лично съездил и проверил. Это ведь они?
Аля посмотрела на фотографию. Никаких сомнений у неё не было. Это действительно её родители. Живые.
– Но… Как же так?.. – Аля плакала. – Майя Викторовна, я же видела… И похороны… Меня Леонид Маркович отвозил…
– Алечка, а кто такой Леонид Маркович? – Саша тут же выхватил это имя из потока Алиных слёз и невнятных обрывков фраз.
Майя Викторовна принесла что-то в чашке.
– Вот, выпей. Это успокоительное.
Аля выпила залпом.
– Мне надо поехать к ним!
– Нет, подожди. – Саша остановил её. – Это плохая идея. Сначала нужно понять, почему произошло то, что произошло. Расскажи мне лучше, кто такой этот Леонид Маркович.
Аля отмахнулась.
– Это двоюродный брат отца по материнской линии. Мы просто жили когда-то в соседних подъездах, поэтому и общались часто, несмотря на дальнее родство.
Майя Викторовна спросила:
– А как так получилось, что он тебя возил на опознание?
Аля задумалась.
– Майя Викторовна… Так странно – всё, что я могу вспомнить – это какие-то туманные обрывки… Кто-то куда-то ехал, что-то говорил… Лицо Леонида Марковича я хорошо помню. А остальное – просто наваждение какое-то…
Майя Викторовна усмехнулась.
– Правильно ты говоришь – наваждение. Вопрос в другом: кому было нужно, чтобы ты не общалась с родными и зачем это ему или ей было нужно?
– Вы знаете, а ведь у меня даже телефона нет. Того, который знали все мои родные и друзья. Старые друзья, ещё до Виталика. А куда этот телефон делся – я не помню. Помню, что почему-то Виталик телефон поменял. Но я тогда в таком состоянии была – вспомнить страшно. Саша, хоть издали я могу посмотреть на маму с папой?
На следующий день утром Саша отвёз Майю Викторовну, Алю и Лёлю в соседний городок – там у Майи Викторовны жила сестра.
По дороге они заехали к Алиным родителям. Постояли около дома. Аля знала, что в это время мать с отцом уходят на работу. Так было и на этот раз. Аля смотрела на родных, которых по чьему-то злому умыслу она похоронила, и плакала. От счастья, что они живы, и от невыносимой боли, что столько времени жила в её сердце.
Майя Викторовна обняла её.
– Не плачь, моя девочка. Они живы – это главное.
– Майя Викторовна! Но почему же они меня не искали?! Или им тоже сказали, что я умерла? Но зачем?! Какой в этом смысл?
– Мы обязательно всё выясним. Поедем, Саша, нам пора.
Сестра Майи Викторовны жила в двухэтажном доме на окраине города. Она жила в этом доме только летом, осенью уезжала к сыну – не любила холод и снег.
В доме было прохладно – отопление работало на минимуме, а на улице было ещё холодно. Майя Викторовна включила отопление и воду.
– Пойдём, нам нужно продолжать заниматься. Сломав плиту, мы выиграли лишь одну битву. Нужно продолжать.
Аля была расстроена, её знобило. Майя Викторовна, покачав головой, поставила чайник.
Они попили чай с бутербродами, Майя Викторовна дала Але какую-то таблетку.
– Это витамины, пей.
После еды Але стало полегче. Настроение поднялось, силы появились.
Майя Викторовна, заметив это, позвала Алю. Она отлично знала – мороку нельзя давать ни единого шанса.
– В прошлый раз мы с тобой не доделали медитацию. Морок остановил нас в самом начале. Слушай меня внимательно, и, если что-то пойдёт не так – мы справимся вместе.
Аля кивнула. Ей было страшно. Она очень боялась, что та плита всё ещё там, под ногами. У неё сердце проваливалось куда-то вниз, когда она думала об этом.
– Встань прямо, так, чтобы тебе было удобно стоять. Дыши свободно, медленно. Представь, что из ступней в землю уходят корни. Так глубоко, как сейчас получается.
Аля боялась. Но в ступнях что-то покалывало и словно само рвалось вниз. Аля закрыла глаза и отпустила это странное чувство на волю. И в тот же миг она почувствовала, как прорастают, пробираются вглубь и вширь корни, и это было так удивительно.
Она была одним целым с Землёй, и стояла на ногах так прочно и крепко, как никогда в жизни раньше. Откуда-то услышала она голос Майи Викторовны.
– На вдохе впусти силу Земли в свои ступни. Три вдоха.
Аля представила, как сила Земли по корням течёт в ступни. Покалывание усилилось.
– Хорошо… Теперь пусти силу Земли дальше, до колен… На вдохе – впускаешь, а на выдохе отпускаешь то, что тебе не нужно, что не твоё. Три вдоха.
Сила Земли, сила жизни легко пробиралась выше. Аля пыталась отдать то, что не её, но оно цеплялось за ноги, чёрной ртутью растекалось по ней и собиралось снова.
– Майя Викторовна! Не получается отдать…
– Постепенно, Алечка. По кусочку, по крошке. Отпускай. Пусть Земля заберёт то, что тебе не нужно, что чуждо тебе и мешает жить.
Але казалось, что у неё ничего не получается, но ей всё равно становилось легче. Она слушала слова Майи Викторовны и шла за ними, поднимаясь всё выше, до сердца, горла, и головы.
Постепенно энергия весенней Земли заполняла её, неся с собой жизнь. Земля забирала то, что было не нужно Але, по чуть-чуть, по капельке. И Але становилось лучше. Напряжение исчезало, жизнь – возвращалась.
Аля чувствовала себя значительно лучше. Здесь она не боялась выходить из дома, и они с Майей Викторовной подолгу гуляли по весеннему городу. Снег таял, хотя зима определённо задержалась в этом году.
Удивительно, но морок не появлялся. Аля уже начала успокаиваться.
Сегодня они гуляли недолго – ждали Сашу с новостями. Ожидание тревожило Алю: едва ли Саша мог узнать что-то хорошее.
Саша приехал как раз к обеду. Майя Викторовна сразу же предупредила:
– Война – войной, а обед – по расписанию. Сначала пообедаем, а потом – дела и расследования.