Страница 32 из 36
Три дня бега без отдыха дались очень тяжело. Нежить волновала меньше всего, ее можно было убивать, вообще ни о чем не думая. Но Саджи шел как танк, выжигая все и всех, кто встанет на пути, и чем дальше, тем больше нежити перекрывало дорогу. Начался артобстрел фаерболами, булыжниками и выжигание нежити целыми группами.
В последний день была только химерная нежить. Огромная армия, собравшаяся под стенами крепости, расступилась, давая пройти под щиты крепости. Трое суток без сна и отдыха, голова напряжена от усталости, Саджи гудел и постоянно шептал.
Леон стоял на стене крепости и смотрел на Саджи и его подругу, которых пропустила нежить. Между стенами крепости и полем действия щитов было около тридцати метров свободного пространства. Именно тут поставили небольшой домик, в который поместили плененных родителей мальчика. Леон старался избегать подобных боевых операций, но это было исключение из правил и требовалось для выживания клана и его самого. Послание для Таламея позволило отложить очередную атаку на крепости клана и дало возможность собрать больше сил для генерального сражения у стен крепости Айрис. Уже третью неделю в эту крепость стекались самые сильные бойцы клана с континента и просто сильные добровольцы, желавшие поучаствовать в этом сражении.
Для нейтрализации угрозы третьей стороны пришлось просить помощи у Маргула, повелителя драконов. Вокруг крепости магофон гудел от такого количества богов в одном месте. Маргул, Леон, Таламей и еще несколько богов ощущались в пространстве около крепости. Они не просто наблюдали, они были тут в своих телах и сейчас парили в небе, используя невидимость. Приход Саджи был спусковым крючком для начала действий.
Ощущение того, что тебя прикрывает такая могучая сущность, как Маргул, сильно успокаивало. Он тоже был в невидимости и сейчас парил над крепостью в образе огромного дракона. Рейчел и ее отряд паладинов прикрывали крепость и комнату управления на случай диверсии со стороны Таламея и его союзников.
Один шаг к могуществу и славе, и главное, к большому пантеону богов.
— Саджи, ты стал моей первой и последней ступенькой к могуществу.
Мы с Фи стояли перед стенами крепости Айрис. Тут был небольшой домик без окон, только одна дверь. Родители с сестренкой точно в нем, живы, здоровы, а значит, я мог их отсюда увести. На меня смотрели… боги… несколько. На стенах стоял Леон, на стороне нежити — Таламей в теле нежити. Рядом с ним открылся портал, и вышла… Миридия. Та же одежда, что была на ней у озера, но голый череп с длинными рыжими волосами. Размеры ее аватара не уступали Таламею, те же сто метров безобразного тела нежити.
О, а почему я чувствовал смерть и дьявола тут? Они в небе парили, видимо, использовали невидимость. Ох ты, а эта огромная штука в небе летает? Вот тебе и чудо природы, головой вертел, но никого не видел — дурак, одним словом. О, да тут еще боги есть. Чего эти гады в одном месте собрались?
Таламей подошел к самой границе щита.
«Поняла».
Таламей подошел к щиту крепости и выпустил тысячи молний разом. Весь щит опутало мелкими молниями, и через пару секунд он лопнул. Часть молний угодила в стены крепости и бойцов. От разряда молний шел дикий грохот, перекрывавший крики со стен крепости. Битва началась!
Фемида рванула к дому, а я метнул в Таламея самый сильный фаербол, пусть смотрит на меня.
— Я помню тебя, червь. Ты посмел ранить меня и сбежать. — Таламей противно расхохотался. — Но боги держат слово, и я заставлю тебя заплатить за твою наглость.
Фемида рванула к домику с родителями, как только я метнул в бога фаербол. Десятикратное усиление — и дверь слетела с петель. Она уже выводила их из дома, когда Таламей метнул в дом огромный метеор.
Я видел все собственными глазами. Фемида прикрыла родителей от удара метеора, и ее откинуло в сторону на пятьдесят метров. Но последующий взрыв смял фигуры родителей, Рози вылетела из рук матери и безжизненной куклой упала на землю. Родители лежали на земле и не шевелились, индикатор их здоровья был пуст.
Я стоял на месте и вообще никак не реагировал, казалось, сама душа покинула мое тело. Гул вокруг меня становился все сильнее, я больше не шептал, но сам гул сливался в шепот и становился громче с каждой секундой. Все эмоции во мне словно умерли. А потом я упал на колени и горько заплакал. Гул становился все сильнее.
— Я вас всех простил! Я не желал мести! Не давал повода меня искать! Я скрывал сам факт своего существования! Я ушел так далеко, как только можно! Но вы нашли самых близких мне людей… и… и убили их. — Мой голос перерос в крик, злой жестокий крик. — Леон… Я убью тебя! Я убью каждого бога этого мира. Я вас всех убью!
С каждым словом гнев во мне рокотал, хотел вырваться наружу и убить их всех. Появился кровавый туман, весь мир теперь был только в красных оттенках. Трава, земля под ногами, люди, магия — все стало красным. Сознание погружалось в черную дыру, и единственной мыслью на всех потоках сознания было: «Убить! Убить! Убить!» Легкий шепот теперь заполнял все мысли, сознание погрузилось в забытье. Я начал видеть полупрозрачных тварей, появляющихся из неоткуда и летающих вокруг меня.
Нет, я не умру так глупо. Я заберу всех вас с собой в Ад!
— Метеор! Максимум. — Во рту появился привкус крови. Из глаз, носа, ушей потекла кровь.
И тьма поглотила меня.
Фемида лежала на земле, ударной волной метеора ее почти убило. Доспех выпил много крови, так еще и пара обломков дома привалила ее сверху. Крайне неудобное положение, и вылезать было очень сложно. Бревна весили по тонне.