Страница 13 из 15
− Ты думаешь, я бы так поступила?
− Ну… − задумалась девочка.
− Я дала обещание твоей матери, что ты доберешься до Тропы. Твоя задача − пройти ее, а до тех пор я буду рядом.
Кила вздохнула от облегчения и наконец улыбнулась. А потом как ни в чем не бывало вскочила на ноги и запела себе под нос какую-то детскую песенку. Летти моргнула от столь резкой перемены.
Завтракала девочка с осторожностью, внимательно рассматривая пироги с финиками и курагой. Второго промывания желудка она точно не вынесет. За полчаса до завтрака Нельда заварила девочке специальный отвар, чтобы к той вернулся аппетит и ушла усталость. На деле же, после отвара Килу так и не тянуло к еде, но Летти сказала, что впереди долгая дорога и лучше хорошенько подкрепиться. Поэтому девочка выпила чай с фенхелем, съела пирожок и засунула в кармашек своей серой кофты леденец на палочке.
Нельда собрала им в дорогу еду: сухарики с сушенной клюквой, лепешки, вяленое мясо, сухое печенье и сытные сдобные кругляшки. Хозяйка лишь хитро подмигнула и сказала, что приготовлены они по ее особенному рецепту. Когда голод даст о себе знать и иссякнут силы, эти кругляшки окажутся кстати.
Летти едва сдерживала слезы, когда прощалась с Нельдой и Грегом и не помнила, чтобы за последние годы кто-то относился к ней с такой добротой. Она хотела поблагодарить пожилую пару купюрами, но те лишь одновременно поджали губы и даже обиделись на нее. Пришлось засунуть свои бумажки обратно в рюкзак.
Киле не терпелось уже ступить на ту самую Тропу. Мама ей все уши прожужжала, насколько это важно! Кила и сама понимала, зачем все это делает. Но по большому счету, у нее не было большого желания идти пешком по загадочной Тропе. Только вот маму огорчать она не хотела, поэтому ждала, когда все это поскорее начнется и закончится!
Местность оглушил такой резкий звук, что птицы испугались и упорхнули с веток. Лес исчез, вот так просто взял и испарился, а на его месте образовался пурпурно-изумрудный купол, под которым появилась Тропа, с виду напоминающая обычную пыльную дорожку, по обе стороны которой тянулась высокая трава, достающая Киле до пояса.
Летти сглотнула, поправила лямки рюкзака, еще раз обняла Нельду, взяла девочку за руку и поспешила к Тропе. Как только они подошли к куполу, он замерцал еще сильнее, а, когда Летти, сглотнув ком в горле от переживания прикоснулась к нему рукой, он поглотил обеих.
Испытание для них началось прямо сейчас.
Глава 9
План Киргиандра был настолько дурацким, что Мильке не верилось, что он сработает. Она должна притвориться, что ей стало плохо на виду у всех: официантки, громилы, гваргов, окружающих их. Ей-то по сути нельзя нужно сидеть тише воды, ниже травы, а не привлекать к себе внимание, но ее новый знакомый решил, что это единственный шанс сбежать отсюда.
Она повторяла за парнем необходимые жесты и пыталась изобразить, что давится едой. Но как бы она ни старалась, походило это больше на кудахтанье. Наконец они с гваргом решили, что Мильке нужно просто лечь лицом вниз на грязную тарелку, чего конечно ей совсем не хотелось. Ее телу требовалась вода, а не лишний жир, но Киргиандр пообещал, что как только они окажутся у него дома, она сможет привести себя в порядок.
Милька сделала все в точности, как сказал гварг. Дело оставалось за ним. Он вскочил на ноги, навел шуму, что его знакомая скончалась на месте. Не обращая внимания на испуганную до смерти официантку Лирну, на крики и возмущения посетителей таверны и перешептывания, Киргиандр подхватил рильфу на руки и помчался к себе домой. Милька старалась не чихнуть. У нее противно зачесалось в носу, жир с лица немедленно хотелось смыть, но, сжав зубы, она терпела как могла.
В большом двухэтажном доме, с виду больше похожим на грозный танк, мать и бабушка Киргиандра стирали грязную одежду в тазах с водой. Матери парня месяц назад исполнилось сорок лет, ее густая длинная каштановая по пояс коса привлекала внимание, а лицо оставалось юным и прекрасным, − со стороны она выглядела ровесницей Мильки. Бабушка напоминала мудрую жрицу с лицом, усеянном морщинами, и седыми, собранными в пучок волосами.
На точеных фигурах красиво сидели длинные шерстяные платья.
Киргиандр с криками внес девушку в дом, обрадовавшись, что ни отца, ни деда в доме нет. Обмануть этих двух женщин куда проще.
Мать тут же кинулась к сыну. Она осмотрела Мильку, которая по наставлению парня прикусила «Черную ягоду», останавливавшую пульс на несколько секунд. Испугавшись, мать помчалась за знахарем, причитая, что еще этого им не хватало! Бабушка же смотрела на внука пронзительными темно-синими глазищами и со словами: «Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь», отошла в сторону. Она позволила ему взять уже заранее приготовленный мешок с едой и всем необходимым.
Милька на скорую руку вытерла тело мокрыми тряпками, вымыла в тазу волосы и плеснула в лицо холодной воды. Все это заняло у нее не более пяти минут. Сытая, относительно чистая, она последовала вслед за Киргиандром, чтобы совершить главное в ее жизни приключение.
Запасной ход обнаружился в деревянном полу. Бабушка вышла из дома, не мешая внуку творить, что ему вздумается. Только она из всего семейства считала, что внук должен набить свои шишки. Остальные же пеклись о мальчике как об умирающем цыпленке. Из-за этой опеки, − в его-то двадцать один год, − мать с бабушкой стирали одежду в доме, а не у реки, как это принято у гваргов.
Киргиандр открыл тайный ход, подал Мильке руку и уже оба осторожно спустились вниз по деревянной лесенке.
Девушке это место совершенно не понравилось. Темное, пахнущее землей и плесенью подземелье не внушало ей безопасности. А когда Киргиандр ненадолго отпустил ее руку, она так запаниковала, что случайно ударила его по причинному месту. Она закрыла уши руками и виновато попятилась назад, когда он взвыл.
С каждым шагом в теле нарастало напряжение. Милька уже приготовилась умереть на месте от страха, когда вдали показался дневной свет, и они, − хвала Рандорфу, − оказались на свежем воздухе.
− Ну вот мы и вырвались! − обрадовался до сих пор молчавший Киргиандр.
− Слушай, я одного понять не могу: зачем весь этот спектакль? Твоя бабушка легко нас отпустила. Какой смысл во всем этом?!
Киргиандр покачал головой.
− Ты мою мать не знаешь! А сбежать мы могли только через тайный ход. Последнее время его стерегло все мое семейство. Бабушка делает вид, что поддерживает остальных. На деле, она ни помогает, ни мешает мне. И на том спасибо. Я думал, что она поднимет крик.
Милька так удивилась, что открыла рот, а все слова застряли в горле. Ее так не опекали, она стала самостоятельной еще с раннего детства. А вот широкоплечего взрослого парня на вид одного с ней возраста оберегали как дитя малое. Уму непостижимо! Он ведь гварг, а гваргов боялись, их обучали защищаться в случае нападения врага!
Милька осмотрела неприметную поляну с пожухлой травой.
− Нам туда, − гварг указал пальцем на лес.
Они молча дошли до того места и сели на холодную землю.
Купол появился через несколько минут. Девушка зачарованно смотрела на его внушительные размеры и ей резко расхотелось ступать на Тропу. А вот Киргиандр заулыбался и даже присвистнул. Окруженному заботой до тошноты, ему не хватало рискованных действий, а тем более − опасных приключений! Он схватил Мильку за руку и потянул за собой.
Глава 10
Горри второй час подряд читал книгу, проигнорировав еду, которая простояла без внимания. Засохшая коркой каша на фарфоровой тарелке испарилась также незаметно, как и появилась. Маг же напрочь забыл о голоде. Сколько времени у него осталось, он не знал, но надеялся, что это не считанные минуты. Под рукавом его одеяния снова невыносимо зачесалась кожа. Сжав зубы от раздражения, он задрал рукав и обнаружил там выросший хвост размером с кончик мизинца. Мужчина протяжно вздохнул. По крайней мере, он все еще мог держаться на ногах и соображать!
Из книги он ничего толкового не узнал. Там лишь хранилось описание Темного принца по имени Зильгерд, могущественного белого мага, которого люди в его поселении пытались сжечь за колдовство, а тот за минуту до смерти заключил сделку с Темной силой. С тех пор Зильгерда больше никто не видел. Люди в его поселении искали его несколько лет, пока не сдались. Его дом, в котором маг жил, они сожгли, чтобы тот никогда не вернулся обратно и не отомстил своим недругам, если он жив.