Страница 24 из 27
Я давно уже не злилась и не обижалась на Симку: я ее не столько простила, сколько осознала, что прощать мне ее, в сущности, было и не за что. Так уж сложились обстоятельства, что по приезду в столицу мне было абсолютно некогда скучать, к тому же меня всецело поглотили набирающие обороты отношения с Джулсом, но выпади мне тогда чуть больше свободных минут, я бы, однозначно, еще долго тосковала по лучшей подруге, рядом с которой прошло мое детство и отрочество. Но на тот момент моя жизнь была до такой степени непредсказуемой и напряженной, что у меня просто не оставалось сил грустить, и я достаточно безболезненно перенесла окончание многолетней дружбы, а вот, что ощущала до последнего не верившая в подобный исход Симка, я даже не пыталась предположить. Как бы там ни было, никто из нас не нашел в себе мужества первым протянуть руку, каждый пошел своей дорогой, и я уже смирилась, что у нас больше не будет точек соприкосновения, но сегодня на меня внезапно накатила ностальгия.
Я удалила свою старую страничку из всех социальных сетей, и отныне найти в интернете Ноябрину Смородскую совершенно не представлялось возможным. Новую страничку я тоже завела, но уже на фамилию мужа, и пользовалась ею в основном по работе. Кроме наших общих с Юлианом друзей, пятерых сокурсников, коллег по «Грате» и сотрудников образовательного центра в списке контактов никого не было, и бывшие одноклассники, шапочные знакомые и прочие любопытствующие товарищи из прошлого напрасно искали мой профайл на просторах всемирной паутины. Если Джулс активно пиарил через соцсети свой бизнес, то я преимущественно обменивалась деловыми сообщениями с коллегами и иногда с заказчиками – мы оба не выставляли свою жизнь напоказ, не выпячивали каждое мало-мальски значимое достижение и видели в популярных социальных сетях главным образом эффективный инструмент коммуникации и маркетинга, а не удобное средство вызвать массовую зависть отретушированными фотографиями из отпуска. Симкина же страничка была открыта для всех желающих, благодаря чему мне даже не понадобилось создавать «левый» аккаунт, чтобы краем глаза взглянуть, как живет моя подруга.
В виртуальном мире Симка проявляла ничуть не меньшую коммуникабельность, чем в реальности, и общее количество ее интернет-«френдов» переваливало за тысячу, причем, из этого числа я знала максимум человек двадцать и с одной половиной вместе училась в гимназии, а с другой когда-то регулярно пересекалась в школьных компаниях. Кем Симке приходились все остальные люди, у меня не было ни малейших идей, да и это меня особо и не волновало. Я могла спокойно пролистать записи на стене и посмотреть фотоальбомы без необходимости вводить свои регистрационные данные, а больше мне ничего и не требовалось. Хотя Симка и не делала из своей жизни тайны, я все равно чувствовала себя воровкой, под покровом ночи прокравшейся в чужой дом и неожиданно обнаружившей там множество различных сюрпризов.
Выглядела Симка совсем иначе, чем в школьные годы, да и вообще мало походила на себя прежнюю. На смену заводной девчонке с непокорной копной мелких рыжих кудряшек и круглогодичными веснушками на круглом, щекастом лице пришла женственная и элегантная молодая дама: золотистый блонд исключительно удачно окрашенных волос, модная стрижка, неброский, но продуманный макияж, со вкусом подобранные украшения. Даже одеваться Симка стала по-другому. Раньше она и в пир, и в мир не вылезала из широких джинсов и клетчатых рубашек, откровенно комплексуя из-за своей мальчишеской нескладности, а теперь ее ладную фигурки красиво облегали узкие брючки, выгодно подчеркивающие стройные ноги. Пышными формами моя подруга так и не обзавелась, но отсутствие внушительного бюста ее не только не портило, но и, наоборот, выделяло на фоне неумолимо расплывающихся одноклассниц. К счастью, фирменная Симкина улыбка никуда не исчезла, и это не могло меня не порадовать – так искренне и задорно улыбаться на моей памяти больше не умел никто, и я по-настоящему скучала по звонкому смеху, которым неунывающая Симка мгновенно заливалась по поводу и без.
Не меньше кардинальных перемен во внешности меня поразил Симкин избранник: расхваленный мамой на все лады Антон на поверку оказался обладателем типичной азиатской наружности, десятка килограммов избыточного веса и непроизносимой фамилии Ыттыров. Как и полагается уважающему себя кандидату наук, Антон безнадежно испортил зрение, сидя за книгами в библиотеках, и вынужден был носить очки, за счет чего, по всем признакам, и привлек Симку, с юности питающую слабость к «четырехглазым» заучкам. Если без шуток, то я охотно допускала, что сей выходец из Якутии был отличным парнем, и Симка нашла в нем свою вторую половинку, но вдвоем они смотрелись уж чересчур экзотично. У меня с огромным трудом укладывалось в голове, что весьма консервативно настроенные Симкины родители сходу приняли зятя с распростертыми объятиями и без возражений согласились на то, чтобы их дочь стала Серафимой Ыттыровой (а она ведь стала, и лишь девичья фамилия, указанная в скобках, позволила мне отыскать нужный профайл!). Но, видимо, светилу якутской науки удалось обаять новых родственников, и на семейных портретах тетя Оля и дядя Ваня обнимали Антона буквально как родного, и их нисколько не смущал разрез глаз у будущих внука или внучки.
Я залипла на Симкиной страничке почти до двух часов ночи: жадно рассматривая рассортированные по тематическим альбомам фотографии, я словно по крупицам восстанавливала хронику прошедшего десятилетия. Мои действия здорово напоминали подглядывание в замочную скважину и невольно вызывали у меня запоздалое смущение – я оправдывала себя тем, что Симка сама выложила всю информацию в сеть и не сочла нужным ограничивать доступ для желающих «приобщиться к прекрасному», но на душе всё равно было как-то некомфортно, и вскоре я сообразила, почему. Я испытывала стыд вовсе не за проявленный к Симкиной жизни интерес, а за свою трусость, не позволяющую мне зайти на страничку под своим аккаунтом. Я боялась даже не того, что в этом случае Симка немедленно узнает моем посещении, а в большей мере страшилась ее ответных шагов. Вдруг Симка решит, что я одумалась, и примет мое поступок за побуждение к возобновлению дружбы? Вдруг она мне напишет? И что я буду делать? Отмалчиваться? Игнорировать сообщения? В панике удалю еще и рабочий профайл, чтобы теперь меня никто уже наверняка не нашел?
Услужливо подброшенная разыгравшимся воображением картина оказалась до такой степени яркой, что я инстинктивно захлопнула крышку ноутбука и в изнеможении откинулась на пружинящую спинку кресла. Пару минут я неподвижно сидела с закрытыми глазами, не в силах поверить, что меня так проняло на ровном месте, а потом всё же заставила себя разомкнуть веки и шумно перевела дыхание. На незримый миг в мозгу мелькнула предательская мысль вернуться к просмотру закрытой странички, но я принудительно задушила в себе эти опасные поползновения. Единственное, что я могла сделать в данной ситуации, так это искренне порадоваться за Симку и Антона, однако, напоминать бывшей подруге о своем существовании мне, однозначно, не стоило. Я не зря создавала вокруг себя отдельный мир, мне было легко дышать внутри этого искусственного кокона, и я упорно не желала выбираться за его пределы, где от избытка свежего воздуха у меня неизбежно кружилась голова и начинались галлюцинации. Я выстроила свою жизнь так, чтобы никогда более не ощущать, как превращается в кровавые лохмотья разрывающееся на части сердце и стонет от невыносимой боли моя исполосованная шрамами душа, и хотя мне было очень горько это признавать, Симка и наше общее прошлое олицетворяли собой полную горсть соли, безжалостно просыпанную прямо на зияющую рану.
Джулс сейчас находился где-то в дороге, и плохое покрытие сотовой связи, к моему вящему сожалению, приводило к тому, что оператор не мог доставить мои СМС. Я надеялась, что Юлиан не слишком встревожится, когда по прибытии поезда в относительно крупный населенный пункт на телефон разом посыплются мои сообщения, но, судя по всему, за годы совместной жизни мой муж изучил меня достаточно хорошо. Джулс перезвонил мне в третьем часу ночи в твердой уверенности, что я еще не сплю, и его голос пронизывало заметное волнение, хотя ранее отправленные СМС не содержали ровным счетом ничего подозрительного – я просто спрашивала, всё ли нормально и желала удачно доехать, но недремлющая интуиция подсказала Юлиану, что сейчас я остро нуждаюсь в его звонке.