Страница 2 из 3
Так и есть, через минуту он, покачиваясь, стоял в дверях и сонным взглядом смотрел на двух сидящих за столом людей.
- Ну, проходи, раз, пришёл - громко позвал батя - Садись, отпей с нами чайку.
Гость почесал в затылке, скривился, словно от боли и тяжело помотал головой.
- Не, что-то плохо мне.
- А от чего же тебе плохо, мил человек - голос старика был звонкий и уверенный - Аль не нравится у нас?
Алексей собрался, было развернуться, чтобы пойти в противоположную сторону на выход из дому, но тут отец поднялся и перегородил ему дорогу. Он был ниже гостя и гораздо уже в плечах, но какая-то внутренняя сила была в его маленькой сухой фигуре, преодолеть которую не мог бы даже такой богатырь как Леха. И хотя гость в этот момент не видел глаз старика в полумраке кухни, он уже тогда вдруг понял, что смотрят они на него, ой как не по-доброму.
- Батя... - Анатолий хорошо знал, что обычно следует за таким взглядом.
- Погоди, сын, я сам скажу.
Гость остановился в дверном проёме, не в силах двинуться дальше. Какая-то неведомая сила словно пригвоздила его к месту и не отпускала ни на шаг.
- Я тебе, хороший человек, вот что скажу. Езжай-ка ты домой к себе.
Анатолий заёрзал на месте, но прервать речь отца не решился. А батя продолжал говорить, обращаясь к гостю. Хлесткие слова его били верно и точно, будто стрелы, попадающие в самую цель:
- Возвращайся к семье. Объясни всё, жена простит. Бизнес, говоришь, не идёт? А ты попробуй! Знаю, что сможешь, если захочешь! Вон, когда молодые были, ещё и не такое с Толиком могли. Я ведь всё помню! Возьми свою никчёмную жизнь за горло и не отпускай, пока силы есть. Если хорошо держать будешь, не она тебе, а ты ей рога обломаешь.
Изумлённый такими безжалостными словами в свой адрес, Алексей стоял прямо, даже покачиваться перестал. Он попытался, было, возразить, но старик не дал.
- Что? Трудностей у тебя много? Да какие это, к чертям собачьим, трудности. Все ваши беды, если голова есть, да руки на месте, решить можно в два счёта. Ой, жизнь вас балует, видать, сильно! Кредиты им, понимаешь, субсидии. Когда мы молодыми были, только на себя одних рассчитывали, и ни на что не жаловались. Никто нам просто так ничего не давал. Ни в долг, ни задаром.
Проблема, ты сказал? Да разве это проблема! Тфу, мелочь какая! Вот когда б у тебя три дня как умерла жена, а на твоих руках двое детей малолетних остались, тогда б ты что делать стал? Да ещё если бы при этом начальство разнарядку тебе прислало в командировку лететь сроком на две недели. Вот это, брат, действительно, проблема! Поэтому не ной-ка ты, поганец и сопли утри свои. Езжай, друг дорогой к себе и поднимайся помаленьку. Учти только, что не выгоняю я тебя сейчас, и рад буду видеть всегда, если ты со всей семьёй и детишками надумаешь сюда приехать.
Батя поднял руку и крепко похлопал Леху по его широкой груди. От этого гость закачался, но на ногах всё же устоял.
- Да я-то что? - промычал он, когда старик закончил свои увещевания - мне бы сейчас только в туалет сходить...
- Сходи, милок, сходи - согласился батя, пропуская гостя за дверь - Проблемы у них, видишь ли... - пробормотал он уже совсем тихо, словно не обращаясь ни к кому. Скрипнув ногой, он сел, наконец, за стол, чтобы допить свой чай.
***
С Алексеем они встретились спустя примерно год после того случая. Анатолий ездил на конференцию по строительному бизнесу, когда совершенно случайно он нос к носу столкнулся со своим старым другом. Обнялись. Анатолий осмотрел товарища со всех сторон и цокнул языком
- Да ты просто франт, Леха! Костюмчик-то, небось, не одну сотню больших-пребольших денег стоит?
- А то, как же! - друг улыбался и весь сиял. О том, что приключилось с ним год назад, он не очень хотел вспоминать, поэтому говорили только о хорошем. Выяснилось, что потихоньку жизнь у Алексея вошла в прежнюю колею, бизнес вновь двинулся в гору, да и с женой отношения наладились.
В конце беседы, сидя в дорогом кафе, они уже собрались закругляться, когда Алексей всё же не выдержал.
- Знаешь, - сказал он - твой батя, он... особенный. Здорово он меня тогда мордой об стенку размазал. Если бы не тот разговор, я б, наверное, так и не задумался над свой бестолковой жизнью. Так и спился бы окончательно. Как он поживает, кстати? Привет ему от меня предавай.
Анатолий закусил губу и отвернулся. По тому, как медленно и безнадёжно он покачал своей головой, друг всё понял. Поздно!