Серия 5. Книга 3. Новый мир, новые возможности.

Часть 17

Время полетело совершенно незаметно. Я продолжал тренироваться строить новые модули. Теперь, имея всю информацию из головы Прохора, я понял, насколько наивен был. То, что я делал до сих пор, лишь позволяло мне подключаться к одной из существующих структур, а вот сами эти структуры были скопированы с мыслящих элементалей и упрощены.

Да что тут говорить, я даже свои арифметические операции делал на вот таких вычислителях, причём создавал целый вычислитель для каждой цифры и операции, что, конечно, работает, но очень и очень неоптимально. Если мне нужно сложить 3 + 4, то я загружал работой три огромных псевдоразума. В два из них я записывал 3 и 4 соответственно, а в третий переносил результат сложения. Создать три разума только ради того, чтобы сложить пару чисел, это сильно.

Причём разумы эти построены так, что они весьма неоптимально делают именно математические операции. Вот как это делал бы обычный человек. Помните ещё арифметику за первый класс? Ту, что на пальцах? Ну вот что-то такое. Главное, что структуру этого вычислителя мне нужно построить всего один раз на нужном слое. Там за счёт энергии астрала она будет держаться бесконечно долго. Я строил, выплетал, делал артефакт подключения и тестировал, проверял. Сравнивал результаты, переделывал, снова строил, снова проверял. Этот процесс был очень захватывающим и увлекательным.

А в мире паника лишь нарастала. И в магическом, и в обычном мире новости шли почти лавиной. Маги, скинув нависшую угрозу со стороны инквизиторов и Отдела тайн, начали вначале робко, а потом всё быстрее и быстрее отменять законы, запрещающие занятия определёнными направлениями магии. Разные страны, разные министерства, а законы были до безобразия похожими. Лобби против всех этих законов и так было огромным.

Эти маги изначально пытались продавить отмену этих законов, но, когда была жива такая организация, как Отдел тайн, их голоса тонули в пустоте, а теперь над их головами пропал меч, который держался там. Открывались целые направления. К примеру, такие, как магия крови, некромантия и даже демонология. Конечно же, всё это по строгому учёту и под надзором правительства. Клятвы, всё серьёзно, но учитывая, что огромное количество магов, особенно среди наследственных, занимались всеми этими областями и до этого, просто не афишировали свои знания, а свидетелей закапывали поглубже, ещё десяток лет, и это отменят за ненадобностью.

В мире обычном было чуть более шумно. В основном, все концентрировались на бесплодии и импотенции, которые никуда не делись. Учёные наперебой изгалялись в теоретизировании причин отказа фертильных функций у большинства, а те, у кого эти функции остались, уже почувствовали на себе сильное давление. Зависть — плохое чувство. И быть в меньшинстве очень неприятно. Сейчас был как раз достаточно острый этап. Хотя, конечно, тут всё более интересно, ведь в Китае и арабских странах вкупе с Индией и Пакистаном целых геномов почти не осталось вовсе. Там не на кого было орать, все были в очень похожей ситуации. Даже после всех моих походов по инквизиторам я так и не сумел понять, почему же так произошло. Что послужило такому сильному изменению именно в этих странах? Возможно те, кто всё это делал, не спешили лезть в Европу, ну или оставили её напоследок. Ведь именно там инквизиторы были наиболее активны.

Разные политики реагировали на сложившуюся ситуацию по-разному. Раздавались голоса в сторону того, что надо заставить женщин рожать, рожать и рожать, но тут уже были против и сами женщины. Чувствую, скоро мне придётся снова проредить некоторых особо прытких крикунов, и, что самое главное, крики эти раздавались именно из “просвещённой” Европы.

Я вообще не понимаю, ну какое им дело до чужих семейных отношений? Я бы понял, если бы хоть где-нибудь наблюдался демографический бум, и только в их стране был сильный спад, но это ведь не так. Остальные страны страдали не меньше, а чаще и больше. Это значит, что, по большому счёту, сократится население всех стран, и на Земле явно станет намного просторнее. Так же по моим подсчётам населения от тех, кто остался, с лихвой хватит для полной репопуляции вида. А потому превратить женщин в инкубаторы на ножках я не дам. Просто уничтожу всех, кто попытается эту идею законодательно закрепить. Политиков мне не жалко. Это дерьмо ещё найдётся. Это качественных врачей, учителей или инженеров трудно воспитать, а вот такая накипь, как политики, и сами полезут изо всех дыр.

***

— Ну что, как идут дела, солнышко? — спросил я у вернувшейся домой девушки.

Жили вместе мы уже второй год, и я ни на секунду не пожалел о том, что сошёлся с ней. Да, за всё “хорошее” ассасины пытались вовлечь меня в оборот… и вовлекли, чертяки! Но не полностью. Если говорить по сути, они себя отдали мне. Конечно, обставили это всё витиевато и красиво. Меня назначили старейшим старейшиной всей организации. У меня создаётся такое впечатление, что эту должность они просто на ходу придумали. Для меня только дополнительный геморрой. Шутка ли сказать, я убрал три самых мощных и самых сильных угрозы магам и стабильности в мире и купировал остальных. Есть за что меня поблагодарить. Иначе меня было не привлечь.

Деньги мне неинтересны. Звания и титулы тоже. Зато вот так… Как оказалось, была там у них целая “дискуссия” между умудрёнными опытом, заслуженными и так далее. Когда я говорю “дискуссия”, имеется в виду с вырыванием бород и битьём посуды. Всё, как полагается в цивилизованной организации. Фишка была в том, что все понимали какой лютый звиздец начинается сейчас в обычном мире у простецов, и пересидеть его без моей помощи ни у кого не выйдет.

Это я могу в космосе посидеть. Стазис-склад забит продуктами на сотни лет вперёд, можно просто курить бамбук, а вот у остальных так не выйдет. В общем, обо всём этом я узнал уже потом. Так сказать, постфактум, но баталии в совете шли нешуточные. Навряд ли мне бы доверили управление такой организацией в любом другом случае. Просто похлопали бы по плечу, сказали бы спасибо, мило улыбнулись и пошли дальше, однако выбора у них осталось немного.

Теперь мне стали доступны ресурсы ассасинов по первому требованию, но я старался там не появляться без веской надобности, хоть и был одним из главных шишек или пней. Не знаю, как правильно. В общем, моё слово было одним из пяти решающих для всех, а второй была моя жена. Мы сошлись на помощи с моей стороны и иногда, в сложных случаях, я работал по устранению слишком уж важных клиентов, как, в принципе, и Кайла. Её основная работа точно так же была в штабе, но иногда она брала миссии на проникновение, промышленный шпионаж и устранение. Жили мы с ней, как этакие мистер и миссис Смит, и это бодрило кровь. Но вот со временем пришлось вмешиваться гораздо сильнее, ведь кризис в обычном мире разразился нешуточный. Участие моё заключалось в производстве артефактов и печатей в промышленных масштабах. Их они сами не могли произвести. В этом мире ни у кого не было достаточно духовной и биоактивной энергии или по-простому — чакры.

Именно поэтому главное отличие моих печатей было в том, что они работали и на обычных людях, не способных к магии вообще. К примеру, печать клятвы могла заставить исполнять данное слово и не мага, печать парализации могла парализовать врага, или взрывная печать, как ясно из названия, могла чего-нибудь взорвать, а уж упаковывающие печати пользовались огромным спросом для проноса того, чего не пронесёшь никак иначе туда, куда вообще с взрывчаткой не пройдёшь. Кто же такое заметит? Это ведь просто листок бумаги с рисунком, хотя там не совсем простая бумага, но кто же вдаётся в такие подробности? Никто и не отличит. А клепать я их мог на печатном станке любыми тиражами. Главное наполнять чакрой, а уж её у меня ну просто завались.