Страница 74 из 83
В каждом человеке всегда сидит мерзавец, но всё зависит от того, насколько сильно контролирует его сам человек. К примеру, представим закрытую комнату, в которой стоит стол, и на нём лежат чужие сто баксов. Вы в неё заходите, и кроме вас там никого нет. Никто не узнает, что вы их украли. Украдёте? Или оставите? Вы же их не заработали. А если не сто, а тысячу? А если десять тысяч баксов? А если миллион? И никто никогда не узнает, что это сделали вы? Одно быстрое движение, и вы решите многие свои проблемы. Соблазнительно, правда? Вот та самая сумма, на которой каждый сломается… она есть у всех.
У всех она разная. У таких мразей это что-то вроде ста баксов. Слишком дёшево они продали свою совесть. Слишком быстро забыли, что они люди. Что у них есть отличия от обезьян. Точнее, они об этом отличии помнят. Хорошо помнят, но пользуются как-то однобоко. Только в одну сторону. Загребать на себя. Захапать, пока смог урвать. Хапнуть, пока не успели поймать. Ведь его крысиный разум понимает, что таймер уже начал отсчёт, и очень скоро за ним придёт более удачливый. Более проворный. Более наглый. Вот он его и придавит. А потому преступления с каждым днём становятся всё наглее. Всё разнузданнее.
Вчера он украл стольник, и ему ничего не было. Сегодня он украдёт тысячу. Если снова ничего не будет, он станет пытать и выдавливать последнее. Выбрасывать стариков, женщин и детей из квартир, подсовывая им на подпись липовые бумаги. Ну а потом вот и работорговлей не побрезгует. Ведь тут, если пройдёт, можно урвать больше всего.
Ладно… всё это философия. Посмотрю, как дальше будут развиваться дела, там и решу, стоит ли продолжать и дальше вмешиваться. Я ведь прекрасно понимаю, что если мне разойтись, население Земного шара резко пойдёт на убыль, причём просто катастрофически. Что мне стоит то проклятие, которое я направил на стерилизацию людей, направить на убийство? Да это же пять минут работы на внесение изменений, а потому стоит ограничить пределы вмешательства. Остановиться и осмотреться, а возможно и посоветоваться с кем.
Я медитировал и работал над схемой своих первых модулей, применяя те протоколы, которые наметил себе ещё в Хогвартсе. Арифметические модули делали математические операции чисел любой системы счёта. Что двоичной, что десятичной прямо по правилам обычного сложения, вычитания, умножения и деления.
Модуль связи по шине обмена я упростил, использовав основу протеевых чар, как ими пользовались местные маги. Напоминало это то, что физики бы назвали квантовой запутанностью, но только в магическом или астральном плане в общем виде. На уровне физического мира или низкого астрала два заклинания или два артефакта были раздельны, однако на высших слоях, где я их сейчас и мог наблюдать, это была одна целая и неделимая единица.
На самом деле, никакой быстрой передачи на огромные расстояния и не было. Можно было бы представить такое, как если бы перед разъёмом, в который я хочу подключить обычный компьютерный кабель, открыли портал и прямо через портал воткнули кабель. Физически компьютер находится где-то далеко от пользователя, но по факту кабель торчит прямо внутри разъёма, где бы клиент ни находился.
Вот что-то подобное и было с протеевыми чарами. Предмет один, цельный и неделимый, но разнесён в две различные точки. Да такой фокус с кабелем работал даже с передачей электричества. Сам пробовал. Берёшь обычный провод, наносишь на проводники протеевы чары, и можно разрубить провод пополам, одну половину воткнуть в розетку, а вторую в чайник, и этот самый чайник будет работать где угодно.
Как мне пришлось потеть следующий год, чтобы правильно коммутировать разных пользователей, особенно если их будет много, это будет история на отдельные матерные частушки. Но сейчас обо всех предстоящих трудностях ещё не знал, а потому радовался каждому следующему прорыву.
***
— …да твою-то мать! Не, я на это боюсь смотреть!
Голос моего друга Джона послышался со спины, выбивая меня из медитации. У него был постоянный доступ в мой дом при помощи амулета, который я ему выдал. Он всегда перемещал его правильно на маяк, где бы мой дом ни находился, ведь я периодически сменял локацию. Вот на этот раз его выкинуло тут. Бедняга вышел на балкон и увидел перед собой земной шар. Нашу голубую планету. Когда я вошёл в дом, он сидел за столом и мелкими глотками пил воду.
— Ну ты и забрался, Гарри. Я тут в астронавты не записывался.
— А чем плохо? Можем и на Луну слетать!
Он неприлично выпучился на меня и замахал руками.
— Это без меня. Я человек приземлённый.
— Эх, Джон, нет у тебя полёта фантазии. Это же космос! Это же простор! Триллионы километров, которые ничем не ограничены.
— Возможно ты и прав, но мне как-то не по себе.
— Странно, а мне нравится. Ну я посижу тут и вернусь обратно.
— Ладно. Я это… чего пришёл-то. Кайла с тобой хотела поговорить. Ты сможешь?
— Да запросто. Я с ней тоже хотел поговорить.
Я положил на стол ещё один артефакт гримуара.
— У меня столько новых данных появилось!
— Я так понял, королева и её семья — твоих рук дело?
— Ага, моих. Прервал их порочные жизни. Столько войн они спровоцировали за эти столетия…
— Ты имеешь в виду, их предки?
— Нет, как раз таки именно они. Им по тысяче лет почти было. Каждому. Они жизненную энергию из жертв перекачивали в себя, восстанавливая свою молодость. Ведь война всё спишет.
Джон посидел и посмотрел в полном шоке на меня.
— Не думаю, что я должен был это узнать. Это информация уровня наших старейшин.
— Им я до этого говорил уже, но ты мой друг. У тебя есть некоторые бонусы.
— Да, но всё-таки королева…
— Она тоже человек. Маг и довольно сильный. Вся её семья — тоже. Чем это таким она заслужила быть вне закона? Почему они возомнили себя выше всех? Допустили, что им дозволено всё что угодно просто по происхождению. В общем, я им объяснил, что это не так.
— Хех, да я заметил. Да и весь мир заметил. Знаешь, это хорошо, что ты сидишь тут. Там, — он ткнул пальцем в зависший напротив шар Земли и сглотнул, — тебе всё равно лучше не появляться.
— Да я как раз думал сменить внешний вид. Буду выглядеть по-другому, а мальчик Гарри исчезнет.
— И не жалко тебе?
— Да с чего бы? Я так постоянно делаю, — пожал я плечами. — А если что, поменяю всё обратно.
— Эх, ладно, вот тебе место встречи, — он протянул мне бумажку с адресом, — сможешь послезавтра подойти?
— Чего нет? Смогу.
— Ну тогда ладно. А я это… пойду. Не могу я больше.
Джон заполошно взглянул в окно и скривился.
— Ну давай, — улыбнулся я.
***
Гермиона позвала меня через артефакт на следующий день. Перемещал я своего клона, причём за пределы её дома, так как моя интуиция уже шептала мне о проблемах. Именно так всё и оказалось. В гостях у девочки сидел полицейский, который как раз беседовал с её родителями, а её саму они прогнали в свою спальню. Вот она и решила со мной связаться, от греха подальше. Подойдя к дому, клон усыпил всех, кроме самой Гермионы, и телепортировался внутрь. Нужно было поговорить без свидетелей.
— Понимаешь, Гарри, когда меня похитили, родители тут же заявили в полицию, — рассказывала не находящая себе места девушка, — они, как полагается, завели дело, всё-таки вооружённый киднэппинг. Вот теперь я вернулась, полицейский дал мне несколько дней прийти в себя, а теперь захотел меня допросить. У меня было несколько бесед с родителями. Я пыталась им объяснить, что стоит это спустить на тормозах, что так будет лучше для всех, но они сказали мне, что они обязательно расскажут всё как полагается. Но тогда им придётся рассказать и про магию, и про инквизиторов, и про то, что ты их убил, но они считают себя правыми. Ведь ничего противозаконного они не совершали и делали всё как сознательные граждане.