Страница 16 из 27
Наше с Екатериной житие оставалось прежним. Я чуть ли не сутками порой пропадал в КБ, а она чуть меньше, но тоже немало времени проводила в своей химлаборатории. К этому времени я зарабатывал очень прилично. Но основную сумму составляли многочисленные отчисления от изобретений. В общем денег было много, а тратить их в Иркутске было негде. Это в Москве коммерческие магазины и рестораны, а тут… А! Без слез не взглянешь. Как на ассортимент, так и на цены. Складывать деньги в подушки или покупать облигации Государственного займа? Да ну, ерунда это. Тем более, что часть зарплаты ими и так выдают в добровольно-принудительном порядке. В общем однажды посоветовавшись с женой, я решил сделать подарок от нас фронту. Что может купить начальник КБ моторостроительного завода для фронта? Конечно, истребитель! В общем истребитель мы и купили. Смех смехом, но своих денег немного не хватило и пришлось даже занимать в долг. Наш именной «Иркут» мы торжественно вручили одному старшему лейтенанту из местных, прибывших в Иркутскую авиашколу на переобучение. А деньги… Да зачем они нам сейчас нужны? Мне как-то зимой даже предлагали личный автомобиль как заслуженному, почетному и так далее. Только куда мне на нем ездить? Разве что по территории завода. Больше особо и некуда. В общем я отказался, и, считаю, что правильно сделал. Вот кончится война, тогда можно будет много куда поехать. Но для наших краев нужен не легковой автомобиль, а джип. Только джипов сейчас никому в личное пользование не продают. А вот после войны можно рассчитывать на трофейные или лендлизовские вездеходы. Но до конца войны еще, увы, далеко. А вообще у нас тут лучше по Ангаре на катере передвигаться. Да и Байкал у нас под боком. Кстати вполне себе тема! Не сам катер, конечно, а лодочный движок под него. Вот кончится война, скорее всего производство авиадвигателей придется сократить. И если к этому моменту иметь проработанную конструкцию лодочного движка, то тема может выгореть. Правда, с жидким топливом у нас тут не ахти. Хоть очередной завод по переработке угля в бензин строй. Не покупать же после войны лоханку с паровым двигателем. Есть у нас тут такие в частном или артельном владении. Засмеют же! Начальник двигательного КБ и на паровой лоханке.
А пока я усиленно искал кому бы «слить» технологию производства изопренового каучука из нефти. Я уже был готов найти в Москве какого-нибудь химика и с ним плодотворно пообщаться. Но командировки в Москву в Наркомат все не было. А в самом Иркутске химиков наверно имелось раз-два и обчелся. Все на виду. И моя жена один из них. А серьезных нефтехимиков наверно вообще ни одного нет. Им здесь просто нечего делать. Светить очередной раз жену? Не, ну его нафиг! И в этот раз сказать, что пальцем в небо попала, не получится. И как быть?
Возвращаясь же к каучуку… Сейчас в СССР получают каучук из спирта по методу Лебедева. Чтобы получить килограмм каучука, нужно потратить на него десяток мешков картошки. Ну примерно. И это в голодной стране. Сами понимаете, что это за экономика. А вот с нефтью вроде бы таких проблем нет. Тут по радио даже начали трубить об успехах советских нефтяников в Татарии и Баширии. Так что… Я тут недавно пообщался с одним летчиком-подполковником из авиации Тихоокеанского флота. Он приехал на авиационный завод по своим делам. Тут мы и встретились. У нас события на Тихом Океане по радио и в газетах вообще освещают слабо. Но там тоже идет война, хоть и не наша. И вот этот подполковник меня во многом просветил. В общем там, похоже, все мало отличается от того, что было в моей истории. Это значит, что англичане и американцы утеряли основные плантации каучука в Юго-Восточной Азии. А японцы их приобрели. Следовательно, и у наших союзничков с каучуком должны были образоваться немалые проблемы. То есть ставший резко дифицитным каучук нам сейчас продают с огромной неохотой и за дикую переплату. Меж тем в каждом истребителе этого каучука потребно многие десятки килограмм. А ведь есть еще бомбардировщики, танки, автомобили… И для всего нужен каучук.
Кстати, да! Погоны у нас тут тоже вернули в армии и нормальные звания. Но погонами пока щеголяет больше старший офицерский состав и тыловики. А до линейных частей нововведения доходят медленно.
Как-то в середине июня я в очередной раз заявился домой очень поздно. Пока Катя меня кормила ужином, поинтересовался, что слышно по сводкам с фронта.
— Да ничего особого, — пренебрежительно махнула рукой жена. Она к этому времени уже приобрела немалую толику здорового цинизма. — Третий день все твердят про какой-то Киркинес. Что захватили его морским десантом с торпедных катеров и развивают наступление вглубь территории то ли Финляндии, то ли Норвегии. Я этот Киркинес полчаса на карте искала. Еле нашла. Дыра дырой. И что про него столько талдычат? Видимо, на фронте совсем затишье, вот и нужно по радио народ хоть чем-то радовать.
— Э, нет, Катерина! — вскинулся я, — Вот тут ты не права. Киркинес, конечно, еще та дыра, но дыра эта сверхважная! Под этим Киркинесом находятся богатые никелевые рудники. Настолько богатые, что Германия с этих рудников получала половину потребного ей никеля. А теперь представь, что у немцев мы этот Киркинес вырвали, а себе приобрели. А через сам Киркинес немцы вывозили эту руду морем. Значит что?
— Ты хочешь сказать, что для экономики Германии это серьезная потеря?
— Даже больше, чем серьезная! С той же танковой броней у немцев скоро станет напряженно. И не только с ней. Никель нужен везде. У немцев, конечно, наверняка есть запасец, есть еще шведский и еще какой-нибудь никель, но потерять половину добычи — это сродни неотвратимо надвигающейся катастрофе.
А неплохо все-таки наши сработали! Перед летней еще не начавшейся кампанией устроили Гитлеру козью морду. Он поди сейчас ядом на окружающих плюется и погоны налево-направо с генералов срывает. Быстро исправить ситуацию на Севере немцам теперь не по зубам. Они наверняка все поставили на летнюю компанию и разбрасываться резервами на второстепенные направления не могут. Курской битвы в этой реальности не будет. Курск ныне в глубоком тылу. А изгиб фронта, похожий на Курский ныне проходит у украинского города Сумы. Так что здесь наверняка будет Сумская битва, на которой немцы постараются отыграться за свои зимние поражения. Тогда вроде советское командование готовило собственное наступление, но решило сначала измотать немцев в оборонительных боях. Не все, получилось как задумывалось, пришлось вводить резервы раньше времени, но может быть получится на этот раз?
Как оказалось, немцы тоже подготовили свой неожиданный ход перед летней военной кампанией. В этот раз о налетах немецкой авиации на промышленные центры СССР советская пресса молчать не стала. Правда, эти сообщения освещались совсем в другом ключе, что, мол, атака немецких бомбардировщиков отбита с большими для них потерями. У нас так стало неплохо с радарами, что удалось прикрыть не только Москву? Теоретически это возможно. Те же англичане могли что-то подбросить. Но победным реляциям я верить не торопился, ведь в прессе сообщалось о том, что сбито около ста пятидесяти вражеских машин, чего не могло быть в принципе, из истории мне известно, что в ночных налетах немцы теряли единицы техники. А тут сразу сто пятьдесят. Значит надо делить на два или даже на три, то есть речь может вестись только о пятидесяти сбитых бомбардировщиках, что уже может соответствовать действительности.
О потерях на земле ничего не сообщалось, но думаю, они есть, не могут не быть. Кстати про налеты на Горький в сообщениях не было ничего. Сообщения о ночных налетах прошло еще раз и на этом прекратились, то ли немцы решили больше не испытывать судьбу, то ли это действие военной цензуры. Черт, плохо когда находишься в безвестности.
А потом грянуло! 3 июля пришел домой, а Катя мне с порога:
— Сегодня вечером по радио сообщили, что идут ожесточенные бои под какими-то Сумами, — сообщила мне Катерина, когда я поздно вечером заявился домой.