— Да… ты же не в курсе… Секач мне крёстный и отказать просто не смог, — у Бесогона снова полезли глаза на лоб от удивления. — И ещё, он тоже не совсем согласен с решением… — она бросила взгляд на Анжелику и Медоеда. — Старшего. Ранцев у Секача на хранении ещё два десятка. А на благое дело… — она отошла от Бесогона и сделала пару шагов к Медоеду, но напоровшись на взгляд Анжелики, остановилась и мило улыбнувшись ей, закончила:
— А на благое дело не жалко.
"Она, меня, бесит!", пришёл Диме мысле-образ от Анжелики…
Приграничье.
Стаб Перепутье.
Несколькими часами раньше.
В помещении, выглядевшем, как рабочий кабинет немаленьких размеров, находились двое. Один выглядел глубоким стариком, но при этом его движения не были старческими. Наоборот, в нём ощущалась сила и недюжинное здоровье. Второй, сидевший на кушетке, выглядел, как и большинство иммунных в Стиксе, молодо, лет на тридцать пять.
Старик достал из бара квадратную бутылку и разлил виски в два стакана на журнальном столике, сел на диван и сам. Молча чокнулись, без тоста выпили.
- Почему ты решил отказать мальчишке? — спросил "молодой". — Мы ведь можем выделить бойцов. Ситуация и правда… угрожающая. Да и Нестор о парне предупреждал.
Старик чуть улыбнулся, уже зная, что Птаха сейчас ругается с Секачом и "знал", чем закончится их разговор, снова пригубил напитка:
- Наша помощь этому… как ты сказал, мальчишке, точно не нужна…
- То есть…
- Да, — перебил старик.
Он улыбнулся во весь рот, легонько стукнул своим стаканом о стакан собеседника, стоявшем на столике и допил остаток в своём…
- Давай о текущем. Кто Чуму поведёт? Она уже почти не здесь и готова Уйти, — произнёс старик, уходя от темы.