Страница 38 из 99
Глава 8
Михаил забронировал столик на четверых на втором этаже в уединенном углу, отделенном от остальной публики высокими диванными спинками. Нас проводила до места очаровательная хостес, усадила и ушла, предоставив время познакомиться с меню и сделать выбор.
— Я не специалист в ресторанных названиях еды. — Признался я. — Знаю пятьдесят названий пиццы, но пробовал от силы пять.
— Я вообще далека от этого. — Айрис изобразила легкое смущение. — Борщ, пельмени, блины, пироги, вот и все мои гастрономические познания.
— А вы выглядите, как завсегдатай подобных заведений. — Заметила Мария. — За вами тянулся шлейф свернутых мужских голов.
— Если придется идти в ресторан снова, оденусь менее броско. — Айрис подтянула платье чуть повыше. — Наряд выбирали с Гордеем, а подружки сделали макияж и прическу.
— Вы не ревнивый, Гордей? — Спросила меня супруга Михаила.
— Не было повода. — Ответил я честно. — Но если появится, придется из курьеров переучиться на мануального терапевта, буду вправлять шеи и мозги на место.
— Так, вы пришли сюда хорошо поесть или лясы точить. — Михаил отвлекся от чтения меню. — Лично я сделал выбор, бефстроганов, уха, салат из кальмаров и водка.
— Ну, ты как всегда, на ночь что потяжелее. Я закажу салат из сельдерея с курицей, кашу с орехами и курагой и сбитень.
Я пробежался глазами по меню с экзотическими названиями и передал его Айрис.
— Предлагаю тебе сделать этот нелегкий выбор.
— Ну, держись, я закажу чего-нибудь эдакого. Таак, на первое суп-харчо из баранины, потом жареную телятину в кисло-сладком соусе, салат «Нисуаз», фруктовый десерт и красное вино.
— Пожалуй, я выберу то же, что и Михаил Аркадьевич. — Мне не хотелось жевать «траву» в салатах.
Мой организм, истративший за день весь запас калорий, желал белковой пищи животного происхождения и крепкого алкоголя, чтобы быстро и качественно ее усвоить. Подошел официант, получивший сигнал от Михаила. Мы сделали заказ и стали ждать, наслаждаясь живой музыкой. Барышня пела лирические песни на русском и английском. Голос у нее был красивым, переливчатым. Она не стеснялась потянуть ноты и поиграть голосом от фальцета к контральто.
— У меня вибрация в груди от ее пения. — Призналась мне на ушко Айрис.
— У меня нёбо чешется, видать мозг вибрирует. — Пошутил я. — Или надглоточный узел как у дождевого червя.
— Как вам атмосфера? — Поинтересовался Аркадий.
— Великолепно. Это похоже на театр, в котором можно есть. — Поделилась мнением Айрис.
— Мне тоже очень нравится. — Я не знал, какие слова подобрать, чтобы правильно оценить мое отношение.
Рестораны и вообще публичные заведения не моё. Мне казалось, что они пережиток прошлого, как общественные туалеты в Древнем Риме, в которых любили заседать патриции, и простые горожане, сидя в рядок и друг напротив друга. Когда-то это было нормальным, а теперь люди могли умереть со стыда, если бы выставили свои интимные дела на всеобщее обозрение. Для меня прием пищи тоже казался делом интимным, максимум семейным. Вид жующих лиц мне не нравился, и не хотелось, чтобы на меня смотрели другие. Хорошо, что здесь были места отделяющие нас от остальных.
— Это наш с Мари любимый ресторан. Мы здесь познакомились. Правда, тогда он назывался иначе и подавали здесь блюда попроще и подешевле, так что студенты раз в месяц вполне могли себе позволить придти сюда. — Михаил положил руку на руку супруге и потискал ее.
Это выглядело очень трогательно даже для меня. А Айрис поджала губы и тронула меня ногой под столом.
— Так красиво. — Произнесла она с чувством. — А у нас с Гордеем нет места, которое бы ассоциировалось с началом наших отношений.
— Пусть этот ресторан и для вас станет таким же важным, как и для нас. — Произнесла Мария.
— Отличная идея. — Согласилась Айрис и посмотрела на меня увлажнившимся взглядом.
Никогда не думал, что она настолько сентиментальна.
Официант принес нам первый заказ. Я сразу же накинулся на бефстроганов, чувствуя, как организм начинает всасывать еду еще в пищеводе.
— Гордей, не канонично. — Намекнул взглядом за запотевший графин с водкой Михаил.
— Простите, увлекся.
Мы выпили ледяной водки, дошедшей до желудка огненной струей. Аппетит стал еще невыносимее. Дамы выпили вина и скромно застучали ложками. Айрис ела густой харчо с кусочками мяса, а Мария кашу. Михаил повторил нам по пятьдесят грамм. Водка начала доходить до мозгов, разжигая во мне состояние всеобъемлющей любви и полной причастности к происходящему вокруг. Я не ел весь день, и теперь мне хватило ста грамм, чтобы почувствовать себя пьяным. Следующую порцию водки я решил пустить в бак для встроенного «движка», иначе ноги просто не донесли бы меня до дома.
Михаил Аркадьевич не заставил её долго ждать.
— Миш, ты частишь. — Сделала ему замечание супруга.
— Мы здоровые мужики, чего нам бояться. Пять рюмок друг за дружкой, а потом уж разговоры говорить и тянуть удовольствие. Сама знаешь, если начать есть, то алкоголь встает поперек горла, а если сразу выпить, то еды входит в пять раз больше и никакой тяжести.
— Согласен с вашим супругом. Нет никаких причин для беспокойства. У нас все под контролем. — Поспешил я успокоить Марию.
Айрис коснулась моей ноги, чтобы я не вмешивался в разговор супругов. Я ответил ей тоже ногой, дважды толкнув коленкой. Принесли по второму блюду. Я не отдал недоеденный бефстроганов официанту, когда он потянулся за тарелкой с ним.
— Извините, я доем. — Аппетит мой был сильнее чувства такта.
— Я тоже. — Михаил отогнал паренька от своей тарелки. — И принеси нам холодной минералки, пожалуйста.
Мы выпили еще по две рюмки. Чтобы не портить себе вечер, из пяти я только одну отправил на нужды двигателя, остальные в желудок. Михаил откинулся на спинку дивана после доеденного первого блюда.