Страница 7 из 25
- 'Алекс' - больше не проси! - с ходу подхватил Зямыч.
- 'Алекс' - Боже упаси, - внесла свою лепту в общий хаос тишайшая наборщица Светка.
- И ты, Брут! - укорила её осипшая Елизавета и постучала кулаком по столешнице, призывая распоясавшийся коллектив к благоразумию. - Миша, а видоизменить этот ужас... то есть этот слоган никак нельзя?
- Нет, - тот печально покачал головой. - Хозяин хочет только так, а не иначе. Его зовут Александр, - добавил он, будто извиняясь.
- Ясно, - глубоко вздохнула Елизавета и потёрла висок. - Хозяин - барин. Ладно, всё равно это безобразие предназначено для полосы 'Юмор'. Но я чувствую себя продажной женщиной, честное слово...
В каком-нибудь популярном ситкоме типа 'Друзей' в этом месте непременно должен был раздаться хохот зрителей за кадром и начаться сцена, иллюстрирующая произнесённую реплику. Так и случилось: на последних Елизаветиных словах дверь распахнулась, и в редакцию привычно влетела, а не вошла запыхавшаяся Лянка, размахивая зажатым в кулачке пейджером.
- Мне ответил сутенёр! - трагически-восторженным полушёпотом объявила она.
- Вау! Зашибись! Где? Чего написал? А ну, покажи! - наперебой загалдела вся честная компания, предвкушая новое развлечение.
- Тихо, вжопеножцы! - гаркнула Елизавета.
- Я, пожалуй, пойду, - поспешно проговорил Михаил и нервно поправил сперва очки, а потом галстук, видневшийся в вороте расстёгнутого на верхние пуговицы плаща. - Как скоро вы сможете подготовить макеты для утверждения их клиентами?
- Послушайте, Миша, - осенённая внезапной идеей, сказала Елизавета, просительно заглядывая ему в глаза. - Может быть, вы сами порекомендуете нам дизайнера, который сумеет красиво и качественно сделать эти макеты? Просто я не уверена, что в типографии...
Михаил понял её с полуслова и тут же полез во внутренний карман плаща.
- Вот визитка одного фрилансера, - лаконично сообщил он. - У него прекрасное портфолио, большой опыт, много заказов. Но он тоже возьмёт десять процентов...
Выручка от гипотетической рекламы таяла на глазах.
-...и он человек нестандартный, - закончил Михаил.
- В каком смысле? - оторопела Елизавета. Никто из её окружения не был 'стандартным'.
- В прямом, - загадочно отозвался рекламный агент и зашагал к двери, попутно наткнувшись на какого-то незнакомого человека, явно не относящегося к целевой аудитории газеты 'Понтий Пилат'. Лет сорока, дорого и стильно одетый - в кожаный плащ вовсе не китайского производства и 'фирмовые' туфли, - он стоял, прислонившись плечом к стене, и на его холёном лице чётко обозначалось брезгливое недоумение. Словом, выглядел он, как помещик Троекуров, угодивший прямиком в логово лесных разбойников.
Елизавета решила, что это заказчик типографии, который случайно ошибся дверью и сейчас уйдёт. Она открыла было рот, чтобы объяснить ему, где находится приёмная ВикНикШира, но тут Лянка нетерпеливо сунула свой пейджер ей под самый нос:
- Ну посмотри же! Послезавтра! Если я подойду к воротам горпарка в три часа, он тоже туда подъедет, и мы всё обсудим! Что мне отвечать?
Елизавета поглядела в круглые от смятения и возбуждения Лянкины глаза и непреклонно отрезала:
- Отвечай, что придёшь. Но разговаривать вы будете не в машине у ворот, а в самом парке на скамейке. Мало ли что.
- В машине запись будет лучше, - запротестовала Лянка.
- А если они тебя увезут? Не спорь, - осадила её главредша и подняла озадаченные глаза на 'Троекурова', который, оказывается, уже подошёл вплотную к её столу.
- Здравствуйте, - приветливо сказала она. - Если вы к Виктору Николаевичу, то его кабинет на втором этаже. Вас проводить?
- Не надо меня никуда провожать, - перебил её 'Троекуров'. - Я вот уже, - он демонстративно поддёрнул манжету белоснежной рубашки, выглядывавшую из-под рукава плаща, и посмотрел на запястье, украшенное какими-то навороченными часами, - вот уже десять минут нахожусь в этом бардаке и пришёл вообще-то сказать, что подаю на вас в суд за то, что вы опорочили мою деловую и личную репутацию.
- Я?! - ахнула Елизавета, не веря своим ушам. Право, это было уже слишком!
- Ваша, с позволения сказать, газетёнка, - ехидно отозвался 'Троекуров'.