Страница 17 из 25
Чёртов буржуин только молча усмехнулся и распахнул перед Елизаветой дверь. 'Вот же кровопийца', - мрачно подумала она и тут же выбросила буржуина из головы. Были куда более насущные и важные дела. Например, заказ авиабилетов для Кузьмичей.
На это уже вполне хватало денег, слава Богу.
А про Волкова она могла подумать потом.
* * *
В следующий понедельник на рабочем месте Елизавету ждало сразу два потрясения. Нет, три.
Во-первых, потёк бачок в редакционном туалете. Это была катастрофа, потому что редакцию сторожили не ответственные Рэтка с Мустардкой, которым наконец досталась комната в студенческой общаге, а безответственный и любящий поспать Олд Хип. В результате наводнение достигло самого порога. Хип и Айспак как раз уныло собирали тряпками воду, когда Елизавета вошла в редакцию. Она охнула и побежала за ВикНикШиром, Зямыч, появившийся следом, побежал за папой-слесарем... и во всей этой движухе Елизавета не сразу заметила, что её редакторское место занято.
Доселе ни один из пилатовцев не смел на него покушаться, по крайней мере, в её присутствии, а тем более, - Елизавета не поверила своим глазам! - ковыряться в её компьютере!
Но этот наглец, чёрт бы его подрал, был не кто иной, как супер-пупер-мега-дизайнер Сэвидж, то есть Вячеслав Сюткин. Он что-то там колдовал в программе вёрстки, скосив на онемевшую от негодования Елизавету хитрый зелёный глаз. Накрашенный глаз, между прочим!
- Вы обезумели, в таком виде по городу ходить? - свирепым полушёпотом осведомилась Елизавета, невольно глянув на Айса, яростно выкручивавшего тряпку над ведром с грязной водой.
По правде говоря, она понятия не имела, насколько толерантными к геям окажутся рэперы. В конце концов, в Америке это была та же гопота, только чернокожая. Одно дело - Рэтка с Мустардкой, а другое дело - пацан, к тому же вызывающе демонстрирующий свою инаковость.
- И что вы творите в моём компе? - сурово закончила она, присмотрелась к содеянному и тихо ахнула.
Сэвидж ничтоже сумняшеся рихтовал её вёрстку свежего номера, почти готового к печати... и, чёрт возьми, этот нахал превращал обычный номер газеты буквально в произведение искусства!
- Вам не нравится? - кротчайшим голосом осведомился нахал, склоняя голову к плечу. Провокационный вопрос относился то ли к изменениям в вёрстке, то ли к накрашенным глазам, то ли к тому и другому одновременно.
- Нравится, - неохотно, но честно признала Елизавета. - Здорово получилось. Лучше, чем у меня, - она подумала и добавила: - К макияжу это тоже относится.
Сэвидж захохотал, беззастенчиво довольный.
- Изыдьте, аццкий сотона, - распорядилась Елизавета на вошедшем в моду фидошном жаргоне и бесцеремонно вытряхнула гиганта вёрстки из своего кресла. Она вдруг поняла, что тот вполне сумеет постоять за свои подведённые зенки, кислотно-яркий джемпер, джинсы в обтяжку и серьгу в ухе перед любым рэперьём.
Гигант не обиделся, а уже серьёзно сказал, присев на угол стола:
- Короче, я вам новую рыбу, то есть шаблон вёрстки, в 'Индизайне' подготовил. Могу ещё несколько вариантов накидать, если хотите.
- Хочу! - горячо согласилась Елизавета. - Я же не дизайнер и не верстальщик, так, выучила кнопки, как обезьяна.
Она повернулась к остальному народу, который подтягивался поближе к её столу, с любопытством глазея на новоприбывшего эстета, и отрекомендовала:
- Люди, это Сэвидж. Вёрстка, дизайн... от Бога.
Тот опять разулыбался, чуть ли не мурлыча, как поглаженный кошак.
- Айс, - солидно представился Айспак, протягивая ему руку.
- Я голубой, - прямо предупредил Сэвидж, враз перестав лыбиться, и прищурился.
'Упс', - в панике подумала Елизавета и обречённо приготовилась предотвращать возможную свару. Но Айспак после некоторой паузы только хмыкнул, не опуская руки:
- А я чёрный. У каждого свои загоны.
Сэвидж засмеялся и наконец пожал его пятерню.
Не успела Елизавета перевести дух, как через порог ввалился папа Зямыча с инструментами, сам Зямыч и Михаил с волшебным 'дипломатом' и лучезарным 'Здравствуйте, коллеги!'.