Страница 9 из 65
Один раз, когда бабушка пыталась насильно дать ему тысячу рублей он сказал, что лучше в церкви купить икону. Бабушка купила икону Елены Равноапостольной, и я часто смотрела на нее и пыталась представить её судьбу. Я не хотела читать её житиё. Мне хотелось бы создать его самой.
Когда пришел Он, дома не было никого. Наверное это не совпадение. Он долго звонил в дверь. Долго и настойчиво, как коллекторы, которые знают что ты не вернешь сегодня деньги, и у которых цель просто вывести тебя из равновесия. Замучить тебя. Чтобы ты плюнул на всё и взял новый кредит, лишь бы отделаться от их присутствия и погасить старый. Не думая о том, что будет завтра.
Я не открывала, мне это было не нужно, мне не надоедала его настойчивость как и всё происходящее в мире, но тут он произнес слова, которые вырвали меня из пустоты, он просто задал вопрос: «Любишь ли ты Его?». Такой вопрос – это то, что реально ошеломляет. Ведь это были его единственные слова. Он не спрашивал есть ли кто дома. Не звал меня. Он просто спросил это. Я подошла к двери, было раннее утро, родственники были на работе, он стоял и улыбался. Я поняла, что он отличается от остальных, и он не будет меня допрашивать и исследовать. Он рассказал о тебе, показал несколько фотографий. Мы поговорили. Он принес с собой сумку с деньгами, которую специально потом забыл в коридоре, после этого я поняла, что действовать нужно мне и что своим бездействием я делаю хуже и себе и тебе.
– Я не могла поверить, что такое возможно. Мертвые не воскресают.
– Просто живые не всегда умирают… – произнес Крон и они поняли, что он слушает их.
Они посмотрели в его сторону.
– Всё, понял, я пойду, а вы возвращайтесь как замерзнете. – сказал Крон и зашагал в темноту..
– Я знаю, что он очень странный. Но он спас тебя. – Сказала Алена. – Это чудо, этого не может быть. – повторяла она, припав к груди Марса.
– Зачем тебе война, зачем оружие? – спросил он, обнимая её.
– Знаешь, за это время я многое узнала, много читала, много слушала и узнала много того, что обычные люди не знают. Я поняла, что внешняя война, это и не война вовсе, а симптом внутренней борьбы, совладать с которой мне помогла церковь и вера.
– Она не глупая, но верит в бога, впрочем её взгляды на жизнь и мироустройство ничуть не мешают ей думать. – отметил про себя Марс.
– А то, что я не стою на месте, не просиживаю жизнь в интернете, не спиваюсь в клубах, а занимаюсь тренировками только на пользу телу и душе.
Я знаю, что ты непростой человек, а у непростого человека должна быть достойная его спутница. Очень многое произошло за время твоего отсутствия, я многому научилась и многое поняла. И я благодарна тебе, за то что ты так поступил со мной, иначе я бы не Поняла. Ты – мой спаситель. И ты спас меня не только от смерти, это самое мелкое, о чём можно говорить. Ты спас меня он отсутствия жизни. Я знаю, что сейчас ты другой, но в душе ты тот же. – сказала Алёна и помедлив продолжила:
Крон говорил, что ты будешь протосом, первым и единственным с кем он провел подобную операцию. И я благодарна ему за то, что он выбрал для этого тебя.
– Я не знаю почему он выбрал меня, и я тоже рад своему второму шансу, но второй шанс для меня это возможность переиграть некоторые сцены, выбрать другую роль и сделать правильные выводы. Мне нужно вспомнить многое и узнать бесконечное. Я понимаю авантюризм своих взглядов, но у меня остались вопросы к этому миру.
– А что ты видел? – спросила Алена.
– В смысле?
– Ну… когда тебя не было?
– Я ничего не видел, хотя скорее мой мозг просто не помнит того, что он видел, а важно ли это?
– Это очень, очень важно! – с надеждой в голосе произнесла Алена.
– На данный момент у меня период реабилитации, если я вспомню, то единственным кто об этом узнает, обещаю, будешь ты.
– Мне не ловко об этом просить, я понимаю, что это резкая смена темы, но мой брат в беде. После твоего исчезновения ко мне приходили разные люди, задавали вопросы, угрожали, а потом его забрали, мы даже ничего не знали о нем, до того, как я услышала во дворе разговор двух подростков. Я не знаю откуда они знают, но они, видимо имея своих друзей, отбывающих срок и сами стремящиеся к подобному престижу, имеют линии связи с теми местами, где связи нет.
– Окологопники всегда знают больше, чем самые высокопоставленные чины исполнительной власти, и тем более, чем обычные обыватели. Да, они не одарены умом, но знания у них есть. А по какой статье его забрали?
– Я пыталась спросить у этих подростков, но они так ничего и не сказали, видимо боялись спалиться, но как я поняла по 205 статье – терроризм.
– Какие обвинения?
– Никаких, Максим никогда ничего подобного не делал.
– Ясно. Точнее обстановка и анамнез ясны, а что делать пока не ясно.
– Крон сказал, что вы вместе можете устроить мне с ним свидание.
– Хм, пока не знаю как, но если он сказал, то наверное для этого есть основания. А где он содержится?
– В Матросской Тишине.
– Мде, обычных туда не сажают, видимо кому-то я сильно был нужен. Это приятно. – ухмыльнулся Марс, начиная ощущать свою ценность и одновременно ответственность – ведь из-за него пострадали и продолжают страдать невиновные. – Значит и брату мы сможем помочь.
– Как?
– Разве твоя вера не учит тебя, что за все деяния все предстанут пред судом?
– Но…
– Никаких но! Мы не берем на себя роль Судьи, мы лишь инструмент в его руках, не так ли? – внезапный приток адреналина приятно будоражил нервы.
– Да, но…
– Никаких но! – улыбнулся Марс. – Сейчас же идем домой и думаем, что можно сделать.
– Спасибо… Я знала… Ты лучший… Единственный…
Они обнялись и пошли, держась за руки назад по изрытому дождем снегу по направлению к дому. Шашки плавно раскачивались на поясе Алены. Этого никого не смущало, они были вдвоем, вокруг не было ни души. Они молчали, выйдя на дорогу, заметили странное шевеление в овраге. Из оврага показалась бездомная в темном балахоне, сгорбившаяся, очевидно, преклонных лет. Она преградила им путь, расставив руки:
– Ты. – указала она на Марса. – Я знаю твою судьбу, я знаю тебя… Виктор, и я знаю, что ты видел во сне. Я расскажу тебе всё о тебе, даже то, что ты не знаешь или не помнишь, если ты поможешь нам.
– Что? Кто вы, откуда вы знаете мое имя? – дрожащим голосом спросил Марс, эта старуха своим обращением выдернула еще один слой памяти наружу, так что реальность стала казаться еще более зыбкой, чем она была после пробуждения и в момент стремительного развития событий.
– Я знаю всё.
– Я не думаю, что мы с вами знакомы и я не очень хочу с вами общаться. Вы меня пугаете. – честно, но уже без дрожи в голосе ответил он.
Старуха действительно смотрела на него взглядом, как будто он не был человеком, а был просто стулом или кочергой, который она хочет присвоить.
– Ты не уйдешь отсюда без меня. – сказала она.
– Храм, тебе лучше уйти. Причем немедленно. Тебе не нужен он и тебе не нужно знать то, что ты хочешь.
Старуха вздрогнула, как будто её ударили током. Она стала осматриваться, пытаясь найти кто это сказал.
– Кто ты?! Откуда ты знаешь?! Покажись! – прокричала она скрипучим, надрывающимся голосом.
– Когда я покажусь, тебя не станет.
– Да ты, что ты о себе возомнил?! Покажись или они пострадают!
– Страдать будешь ты, причем очень долго и будет страдать твое братство.
Старуху опять передернуло.
– Ты уже чувствуешь страх, хотя нет, вы его не можете чувствовать. Зато вы можете чувствовать боль… Тебя наверное удивляет, что те, кого вы считаете мясными машинами могут быть очень необычными. Ты ведь для этого сюда пришла. Ты хочешь воскресить павших братьев и сестер. – раздался голос Крона. Было непонятно откуда он общается, так как вокруг была темнота. Ветра не было а звук доносился откуда-то со стороны или со всех сторон.
Старуха вздрогнула.
– Вашего царства света уже не будет. У тебя есть последний шанс бежать.