Страница 9 из 11
Головная боль сдавила виски, я так и представляла, что холодные пальцы этого ледяного принца сдавливают мою голову в тисках. А он стоит, заставлял меня смотреть в глаза, и улыбается.
«Ты ещё хочешь остаться?» – спрашивает его взгляд.
Да, хочу. Потому что Арисы больше нет, этот мир и тело – всё, что осталось от прежней жизни. Анастасия сказала, что смерть не прощает нарушения планов, а я ведь, получается, обманула её. Тянется ли за мной до сих пор шлейф из мёртвых цветов?
«Ты должна выжить, Лиза. Любой ценой. Только живи!» – последнее, что сказала мне мама перед смертью. Я помню запах искорёженного горячего металла и привкус крови на языке, смрад тлена повсюду.
На секунду я снова почувствовала его там на чердаке. И испугалась того, что даже в облике Арисы смерть отыскала меня, а теперь уж точно не ошибётся.
Или это магия принца так на меня действует? Ещё один повод держаться от него подальше!
Вскоре в дверь постучали. Преодолев страх, я открыла и увидела двух девушек, похожих друг на друга как сёстры.
– Ваша милость, мы ваши горничные, – произнесли хором светловолосые и светлоглазые девицы невысокого роста, сделав синхронный книксен.
– Вы всегда всё делаете вместе? – спросила я с улыбкой, и девушки, как по команде, смущённо зарделись.
– Не сердитесь, ваша милость. Мы только недавно поступили на службу в замок Трёх роз, вот ещё и не пообвыклись, стараемся вместе держаться, – ответила первая. Наверное, та, что старше. – Как родители померли, так мы одни остались. Хотя и не без денег. Вот сестра и заупрямилась. Говорит: «Куда ты, Кэти, туда и я». А я к труду привыкшая, вот дальняя тётка по отцу и устроила нас сюда.
– Меня зовут Анабель, – ответила вторая и снова поклонилась.
Она была сложена изящнее, чем сестра, и производила впечатление неземного создания. Или как говорят, не от мира сего. В её взгляде часто мелькала отрешённость, будто девушка постоянно мечтала о чём-то возвышенном.
Как чуть позже мне сообщила старшая, родители, купцы третьей гильдии, в своё время следуя обету, хотели отдать её в храм Богини, вот и не напрягали житейскими мелочами.
– Вы умеете читать и писать? – спросила я, помня наказ отца, что лучше не марать бумагу собственным почерком. В случае непредвиденных осложнений можно всё свалить на горничную.
Враги, мол, никогда не дремлют, а после сегодняшнего разговора, кажется, я обзавелась ещё одним. Личным неприятелем королевской крови.
– Умеем, ваша милость, – пропела Анабель.
– Она лучше, – вставила, видимо, по привычке опекая сестру, Кэти. – В храме-то образованные в цене, а меня родители обучали больше по хозяйственной части. Но причёсываю и одеваю я ловко, вы сами убедитесь, ваша милость, если позволите.
– А за животными смотрите? – спросила я осторожно.
Пузырь пока остался в клетке в покоях отца, но долго тот зверя терпеть не будет. Он вообще бы не согласился, но боялся, что животное заколдовано, вот и смирился на время.
– Смотрим, ваша милость, – ответила старшая. – Куры и гуси у нас имелись, крупной скотины, правда, не бывало, но мы учимся. Кошка ещё была.
Младшая печально вздохнула и опустила голову.
– Хорошая такая была, ласковая. Очень Анабель любила. Но как родители от лихорадки померли оба, так её на улицу-то и вышвырнули. Померла, наверное, или собаки задрали.
Старшая подошла к младшей и обняла её за плечи, робко посматривая в мою сторону. Мол, можно ли, не рассердитесь.
– А с болотной выдрой подружитесь? – спросила я бодрым тоном, боясь, что сейчас сёстры сбегут от меня, сверкая пятками.
Уже хорошо усвоила, что люди думают, увидев дружбу выдры и человека. Нормальный, белокнижный маг с такими не водится, да и не признает его нечисть. То ли дело чернокнижник!
– Да, ваша милость, – смахнув слёзы, сделала шаг вперёд младшая. Старшая промолчала, но я видела, что она тоже не против, хотя и боязливо оглядывается по сторонам, когда думает, что я не вижу.
– Отлично, её скоро принесут. У меня есть ещё одна горничная, Вивиен, но, боюсь, она чаще будет проводить время с моим отцом, если вы понимаете, о чём я. А пока помогите мне переодеться, я с дороги и ещё не успела, а потом принесите что-нибудь поесть.
Кэти ловко принялась хлопотать, её сестра была на подхвате. Я только успела сменить дорожное платье на что-то полегче, как явились мой родитель и Вивиен, несущая клетку с Пузырём.
– Это что, твои горничные? – возмутился с порога лорд, не обращая внимания на низкие поклоны девушек. – Вот так нас здесь и ценят! Посмотри, их, видать, в глуши откопали! Ну да ладно, я здесь не за этим.
Он подошёл ко мне и склонился, дыша перегаром и любимой кислой капустой, сделав знак Вивиен, чтобы поставила клетку в угол.
– Видела его? Что вышло?
– Ничего, – ответила я. – Сопротивляется.
– И?
– Сказал, что поможет в храм уйти. Насовсем. Я ответила, что не ему мне указывать.
– Ай, молодец, девка, – хлопнул меня по плечу сальной пятернёй родитель Арисы. – Хотел бы я посмотреть на его лицо! Говорю же, боги меня любят, вон какой тебя вернули. А то всё хныкала, да книжонки читала! А с выдрой это ты ловко придумала! Нас теперь бояться будут!
Лорд Фрэнсис отошёл на середину комнаты и громко произнёс:
– Ну что, Ариса, доволен я тобой. Дай боги, чтобы и их величества не осерчали. Через час у нас с тобой официальное представление в Малом тронном зале. Оденься да причешись как следует. Я зайду за тобой ко времени.
И отец, снова окинув придирчивым взглядом сестёр-горничных, удалился.
– Выпускай Пузыря, пусть со всеми познакомится и освоится, – скомандовала я Вивиен, но та переадресовала приказ сёстрам, пояснив при этом:
– Я пока приготовлю платье для аудиенции, ваша милость. Лорд Фрэнсис дал мне самые подробные указания относительно того, как вы должны выглядеть.
Сколько пафоса было в её речах! Мол, я тут совсем не для того, чтобы за нечистью ходить! Ладно, пусть так. Аудиенция так аудиенция!
2
Одевали и готовили меня к аудиенции, будто хотели короновать. Всем распоряжалась Вивиен.
– Не эту диадему, а ту, – указывала пигалица сёстрам, и те безропотно её слушались.
В итоге меня нарядили в тяжёлое парадное платье, в котором было тяжело двигаться. Оно сдавливало грудь, будто тисками, я стала неповоротливой. Доспехи, а не просто наряд, богато украшенный рубинами и гранатами!
«Чтобы ступать величаво и не проявлять неуместной прыти», – пришло мне на ум, словно цитата из учебника о придворном этикете. Память Арисы выручила на этот раз, посмотрим, поможет ли мне она на аудиенции.
Отец Арисы, оглядев меня, довольно хмыкнул и головой махнул в сторону двери. Шли мы медленно, в сопровождении Вивиен, но и она отстала, стоило нам приблизиться в Малому тронному залу, который находился в старой части замка.
Стражники, стоящие у порога, молча пропустили нас, а герольд громко объявил наши имена.
Вначале я немного растерялась. Ожидалось, что аудиенция будет приватной, а тут собралось расфуфыренного народу будто на чьи-то именины. Но глазеть по сторонам было некогда.
Подав мне руку, лорд Фрэнсис прошёл по ковровой дорожке, оканчивающейся у подножия ступеней, ведущих в двум резным креслам, на которых и восседали их величества.
Поклонившись так низко, как того требовал этикет, я подняла голову и только тут увидела, что за одним из них стоит принц Леннард собственной персоной.
– Мы очень рады, Ариса, что ты поправилась! – улыбнулась мне королева. Она была бледной, утомлённой женщиной средних лет. Но голос у её величества оказался грудным и чувственным, а маленькие тёмные глаза добрыми и лучистыми. – Добро пожаловать обратно! Мне очень не хватало наших сеансов вечернего чтения.
– Благодарю, ваше величество! Мне тоже, – только и успела ответить я, как получила приказ:
– Вот и приходите сегодня ко времени принятия ванны. И принеси тех лотосов, чьи лепестки ты всегда кидала в воду. Никто, кроме тебя, Ариса, не может их достать из пруда.