Страница 6 из 11
– Аккуратнее, ваша милость, – скулила Пенелопа, заламывая руки. – Мне попадёт от лорда Фрэнсиса, что недоглядела.
Я приподняла полог халата, какое-то время мы со зверьком молча смотрели друг на друга, а потом я протянула ему руку, в которой лежал очередной кусочек печенья. Зверёк повёл носом и сделал осторожный шаг в мою сторону. Потом ещё несколько.
«Сейчас цапнет», – только и успела подумать я, как почувствовала щекотание жёстких усов и прикосновение к ладони шершавого языка. Приняв угощенье, зверёк довольно курлыкнул и снова лизнул меня.
– Какая прелесть! – умилилась я, откидывая халат и уже смело поднимая зверька в воздух. Он покорно висел, не проявляя ни малейшего беспокойства. Брюхо было таким раздутым, что раздумывать об имени долго не пришлось. – Я назову тебя Пузырём. Пенелопа, принеси ему какую-нибудь лежанку. Я положу Пузыря рядом с кроватью.
Так я и обрела первого друга в новом мире. Экономка хоть и пыталась этому помешать, но потерпела фиаско и лишь глянула на меня так, как обычно смотрят на тихо помешанных. Вроде не опасны, но такое выкинут, хоть святых выноси!
Заснула я в тот вечер мгновенно, стоило упасть лицом на подушку. Мне снился принц Леннард, он насмешливо на меня посмотрел, а потом сказал:
– Если я её не смог полюбить, с чего мне тобой заинтересоваться, ведьма Проклятого омута!
Я вскрикнула и проснулась. Тут-то и ждало самое интересное: из королевского замка пришло два письма. Одно – официальный приказ Арисе Офосской, дочери лорда Фрэнсиса, ждать указаний, а пока оставаться в замке отца. Второе – личное послание для Арисы от принца Леннарда.
Глава 3
1
– Давай открывай, – поторопил меня родитель, когда вручил письмо от принца.
Было раннее утро, но меня уже подняли на ноги, приодели и причесали. Не без помощи неких магических штучек, напоминающих привычные щипцы для выпрямления волос и плойку для красивых локонов.
Гардероб Арисы был богатым, но на редкость однотонным. Она предпочитала тёмно-синие цвета, фасоны платьев были настолько чопорными, что в пору ходить в них в церковь, чтобы прослыть там оплотом добродетели.
«Конечно, она ещё и девственница», – так думала я, но, пробежав глазами первые строчки письма, поняла, что ошиблась.
– Что ты там молчишь? Вслух читай! – раздражённо произнёс рыжеволосый мужчина, похожий на моего родителя формой носа и ушей. Они даже хмурились одинаково.
Это был мой дядя. Милорд Харди Тритий Офосский, старший сын ветви моего нового рода. Если верить обрывочной памяти Арисы, весьма жестокий интриган, не раз переступавший через интересы своих близких ради новых титулов и земель.
Милорды сидели в каминном зале поближе к огню, а я стояла перед ними, будто провинившаяся служанка. Зала была по размерам сравнима с храмом, а пламя еле теплилось.
Батюшка Арисы, как я уже успела убедиться, был прижимист и рачителен, хотя и богат. Даже жену свою уморил экономией лет пять назад.
Мать Арисы заболела из-за сырости и плесени, налипшей на стены её покоев.
Итак, меня просили прочесть письмо принца Леннарда, а я всё тянула время, потому что хотя и понимала язык этой страны, сомневалась, что смогу так же легко воспроизводить без запинки письмо, написанное каллиграфическим почерком а-ля «уездной барышни альбом».
Но сердить родственников и дальше было бы не слишком умно. Я уже решила этой ночью, что если мне суждено здесь жить, то лучше стать принцессой, чем старой девой, попавшей в полную зависимость от милордов, смотрящих на меня так, будто я главная причина морового поветрия последнего десятилетия.
Я покашляла и развернула сложенную вдвое плотную белоснежную бумагу с оттиском королевского дома Меалиддов, герб которого представлял собой три лилии, над которыми свернулась в кольца змея с раскрытой пастью.
– Приветствую тебя, моя воронья миледи! – начала я читать на удивление легко и без запинки.
Потом посмотрела в сторону милордов и продолжила:
– Мне писали, что ты была больна и даже пыталась свести счёты с жизнью. Признаюсь, эта новость огорчила меня, потому что мне казалось, что наш последний разговор расставил всё по местам. Да, вы отдались мне по доброй воле, но не смеете утверждать, что я обещал вам что-то, кроме одной ночи.
«Ах ты, полоз королевский! Так вот из-за чего она утопилась», – только и успела подумать я, как отец Арисы взревел, словно раненый вепрь. Я, конечно, не слышала ранее, как орёт этот зверь, но представляла, что именно так.
– Что?! Да как ты посмела, дрянь подзаборная!
Родитель вскочил на ноги и, сжав руки в кулачищи, направился было ко мне, но я от страха крикнула что есть мочи:
– А ну, милорд, сидите там! Я ещё не закончила!
Конечно, лорда это не оставило, и тут бы мне и пришёл конец, если бы не вмешался дядя.
– Фрэнсис, и правда, сядь на место, – произнёс он спокойно, но это произвело на его младшего брата такое же действие как магическая успокоительная микстура, которую мне накануне дала Пенелопа. – Дослушаем.
Он выразительно поднял бровь и глазами указал родителю Арисы на место. Тот подчинился, но ещё кряхтел от злости, а его жиденькая борода тряслась от возмущения.
Я стояла ни жива ни мертва, но нашла в себе силы читать дальше, хотя вначале буквы расплывались перед глазами:
– Раз всё обошлось, вам не следует возвращаться ко двору. Такой впечатлительной маргаритке не место среди шипастых роз. Идите служить в храм Единой Богини, вы обретёте среди молитв и заунывных песнопений тот покой, о котором мечтали.
Ваш покорный слуга, его высочество Леннард.
Письмо закончилось, и я замолчала, не представляя, что теперь делать. Этот аристократический мудак слил Арису так технично, как не всем удаётся и в моём времени.
– Что думаешь, Ариса? – спросил металлический голос дяди.
Я подняла на него глаза и отчеканила:
– Надо вернуться и заставить его высочество пожалеть о своих словах.
– А сможешь?
– Смогу. Даже не сомневайтесь, милорд.
– Тогда решено.
Дядя неспешно поднялся и бросил через плечо брату:
– Выезжайте завтра поутру.
– Но в донесении королевского глашатая ясно говорится, чтобы она не возвращалась, – фыркнул лорд Фрэнсис, однако при этом с надеждой уставился на брата. Видимо, тот не первый раз совершал невозможное.
– Будьте покойны. Предоставьте это мне. И когда вы приедете в замок Трёх Роз, вас будут ожидать с нетерпением.
Я поклонилась дяде, но тот прошёл мимо, не удостоив меня взгляда.
– Ну, смотри мне, дрянь! Чуть что не так, остригу косы, и в богадельню пойдёшь, – прошипел над ухом заботливый родитель и поспешил вслед за прихрамывающим братом, стук палки которого затихал в коридоре.
Я осталась одна. Итак, первый бой выигран. Ну всё, принц, жди, скоро буду.
2
Весь день прошёл в сборах и в откармливании нового питомца. Я заставила Пенелопу и Вивиен носить мне лягушачьи потроха и пиявок в количестве несколько крынок в день.
Пузырь всё сметал, будто хотел наесться на год вперёд. А потом подбегал ко мне и тыкался холодной мордой в ладони, довольно мурча, совсем как котёнок.
Я раньше никогда не видела выдр, но этот экземпляр был чем-то средним между лаской, бобром и кошкой. Как-то после обеда Пузырь убежал, я уже думала, он не вернётся, но к вечеру этот фрукт появился и положил к моим ногам мелкую рыбёшку с выпученными глазами.
Так мы и подружились.
– Я беру Пузыря с собой, – сказала я лорду-родителю, почувствовав, что не могу вот так бросить зверушку. Он один из немногих, кому я могла доверять. И кто был ко мне добр.
– Что за причуды, Ариса? Думаешь, болотной выдре будут рады при дворе? – хмыкнул тот и засмеялся, должно быть, представив лица своих знакомых.
– Пусть покусает принца. Так ему и надо.
– А знаешь, что про тебя говорят здесь? – и вовсе развеселился родитель, стукнув по обеденному столу так, что подпрыгнули чашки и супница с тарелками. – Что ты ворожишь, как настоящая ведьма. Тебе вон вёдрами таскают потроха лягух! Это только кривотоки вызывает, за глаза тебя в чернокнижницы записали!