Страница 160 из 479
– А мой сын в шестой луне двадцать третьего дня, – сказала Юэнян. – Значит, на пять месяцев старше. Чем не пара!
И гостьи, не дожидаясь договоренности обеих сторон, подхватили госпожу Цяо, Юэнян и Пинъэр и повели их в залу, где по обычаю у каждой из них было отрезано по куску от полы. О помолвке сообщили господину Цяо. Он поднес на блюде фрукты и три куска красного шелку, потом налил каждой по чарке вина. Юэнян велела Дайаню и Циньтуну тотчас же доложить Симэню, и тот прислал два жбана вина, три куска атласу, мотки красного и зеленого шелка, выделанные из золотых нитей цветы и четыре короба фруктов и сладостей. Сватьи украсили себя красными цветами. Пир продолжался.
Загорелись узорные свечи и раскрашенные фонари. Залу наполнил благоуханный аромат. Певицы радостно улыбались, и в обрамлении алых уст сверкали белизною зубы. Они взяли в руки лютню и цитру, и, нежно коснувшись струн, запели цикл романсов на мотив «Бой перепелов»:
На мотив вступления к «Лиловому цветку»:
На мотив «Листья пальмы золотой»:
На мотив «Алеет персик»:
На мотив «Плешивый малый»:
На мотив «Властитель эликсира бессмертия»:
Заключительная ария:
Гостьи на радостях прикололи Юэнян, госпоже Цяо и Пинъэр цветы и, угощая вином, поздравили их. Снова накрыли столы, и повара подали фруктовые пирожные в виде снежинок со знаками долголетия и бульон с двуглавыми лотосами, которые плавали на его поверхности, словно на пруду. Потом появилась искусно нарезанная ветчина.
Восседавшая на почетном месте довольная Юэнян позвала Дайаня и одарила поваров куском красного шелка, по куску получили и обе певицы. Все они земными поклонами благодарили Юэнян.
Госпожа Цяо никак не хотела, чтобы гостьи расходились, и еще задержала их в задней зале, где угостила всевозможными сладостями и фруктами. Только с наступлением первой ночной стражи Юэнян удалось откланяться.
– Прошу вас, дорогая свашенька, завтра пожаловать к нам, – приглашала Юэнян госпожу Цяо. – Смею надеяться, вы не побрезгаете снизойти к нашему скромному жилью.
– Очень вам признательна, свашенька, – отвечала госпожа Цяо.
– Хозяин говорил о приглашении. Только, может, лучше уж в другой раз прийти, а то неудобно будет…
– Ну что вы, свашенька! У нас завтра будут только свои, – уговаривала ее Юэнян, а потом, обернувшись к старшей невестке У, продолжала: – Останьтесь, а завтра вместе со свашенькой и придете.
– Насчет завтрашнего приема решайте сами, свашенька Цяо, – заметила госпожа У, – но пятнадцатого будет день рождения вашей свашеньки, и тогда вы уж должны непременно ее навестить.
615
Шунь – мифический совершенномудрый император древности, согласно легенде, был изобретателем свирели.
616
Весь этот цикл романсов заимствован из драмы Цяо Цзи (1280–1345 гг.) «Любовный союз Юйсяо в двух жизнях», произведения более позднего, нежели время действия романа «Цзинь, Пин, Мэй».
617
Цветок Лояна – одно из названий пиона.
618
Гунсунь Хун – советник императора Уди (140-87 гг. до н. э.) в Восточном дворце содержал ученых, сам отличался непостоянством характера.
619
Сыма Сянжу – романтическая история любви Чжо Вэнцзюнь и поэта Сыма Сянчжу (179–117 гг. до н. э.), вызвавшая гнев отца Вэньцзюнь, Вансуня (см. примеч. к гл. III, примеч. к гл. XIV, примеч. к гл. XXXVII), вызывала восхищение современника Ланьлиньского Насмешника, просветителя Ли Чжи и широко дискутировалась в творчестве китайских литераторов XVI в.