Страница 2 из 48
Фон Тизенгаузен при всей его немецкой педантичности и чёрствости, о нас, солдатах, заботился. Тут надо отдать ему должное. Отдыхали и спали мы в полном соответствии с требованиями устава караульной и постовой службы. То бишь не сказать, что напропалую сутками дрыхли как сурки, но своё добирали, поэтому переносили все тяготы и лишения стойко, как полагается солдатам.
И за все предыдущие смены я ни разу, подчёркиваю — ни разу! не вырубался. Совершенно спокойно тащил службу и дожидался разводящего. И всегда подходил ответственно к этому вопросу: фон Тизенгаузен приучил, опять же благодаря своему тевтонскому подходу к дисциплине. У такого офицера хрен закемаришь, тем более на боевом посту.
А тут вдруг — бац! И ушёл в аут.
Ну не похоже это на меня, не похоже… Я раззвездяй, но не до такой же степени!
Даже в те часы, которые на флоте зовут «собачьей вахтой», не смыкал глаз.
Я даже не заметил, как сначала снизил темп, а потом остановился. Страшная догадка мелькнула у меня в голове.
А ведь этот сон на посту, в принципе мне несвойственный, не был вызван естественными причинами. Меня банально усыпили.
И сделал это некто, явно не желавший мне добра. Не будем умножать сущности без меры, поэтому вполне логично предположить, что это тот самый киллер, что метал в меня «звёздочку».
Не получилось физически устранить, придумал план более изощрённый и коварный. Хотя, с учётом моих прошлых «заслуг», не удивлюсь, если бы трибунал вынес расстрельный приговор. Я больше не дворянин, смертная казнь на меня распространяется.
Так что своего киллер почти добился.
И, если бы не фон Тизенгаузен, всё было бы разыграно как по нотам. Арест, военная прокуратура, следствие, суд, приговор…
Вообще, немцу надо отдать должное. Не каждый пошёл бы на такой поступок, и на свой страх и риск отпустил меня на поиски. А этот уставник и непрошибаемый педант внезапно оказался настоящим человеком. Я ощутил, как во мне выросло уважение к фон Тизенгаузену.
Даже не представляю себе, как его отблагодарить!
Хотя, конечно, сначала необходимо найти винтарь и вернуться.
А ещё вычислить киллера и способ, с помощью которого меня отправили баиньки в самое неподходящее время. Хотя… со способом, кажется, всё понятно. Меня подпоили снотворным. Самый простой и девственный способ.
Так… кинуться назад, к поезду. В составе куча учёных мужей и женщин, у них при себе тонны оборудования. Наверняка, есть всё для тестов человеческого организма. Пусть возьмут мою кровь, проанализируют состав… Наверняка, там остались какие-нибудь барбитураты или прочая хрень, вызывающая у людей сонливость. Тогда… тогда ещё надо доказать, что это мне подмешали в питьё, а не я сам накидался.
Зачем мне вредить себе? А хрен знает, чужая душа потёмки. Может, нервишки расшатались и решил подлечиться, прибегнув к химии. Не рассчитал дозу и всё, абзац!
Но я-то знаю, что точно не стал бы глушить организм этой дрянью. Кто-то постарался за меня.
Когда это могло произойти? Отмотаем время назад. В последний раз я принимал пищу (включая пресловутый компот), когда находился в бодрствующей смене. То есть часа за три до того, как встал на пост. По идее уже тогда снотворное начало бы действовать, и я бы вырубился не на посту, а намного раньше. Меня просто с трудом бы распихали в спящую смену, а ведь встал я нормально, вполне себе бодрячком. Значит, принял гадость на душу уже после подъёма.
Стоп! Кофе! Я налил себе кофе из общего термоса минут за пять до построения и выхода с разводящим на пост. Но, если бы снотворное было в нём, дрыхал бы вся смена. Но этого не произошло, залетел только я.
Значит, снотворное попало только в мою чашку… Но как это могло произойти? Кто-то или что-то отвлекло моё внимание настолько, что я пропустил момент, когда в пластиковый одноразовый стаканчик что-то подсыпают или подливают?
Нет, не может такого быть, он же всегда ко мне хорошо относился, помогал, учил многим вещам в этой поездке… Так переживал за то, что я потерял оружие, ползал рядом на коленях и искал по всей платформе…
Арнольд Кострикин, наша гордость, один из лучших военнослужащих батальона, чемпион боевых искусств, мой разводящий. Мы с ним случайно столкнулись, когда я налил себе кофе, даже ещё посмеялись на эту тему…
Я не видел, чтобы он что-то сделал с моей чашкой в тот момент, просто упустил её из-под контроля, но потом вспомнил свои тактильные ощущения: чашка… она после столкновения снова задрожала в моей руке, хотя вроде бы жидкость в ней уже должна была успокоиться. Несильно, конечно, но достаточно, чтобы я это почувствовал, но не придал особого значения. Вот он этот момент истины. Кто-то и этим кто-то мог быть только Арнольд, что-то бросил в неё. Например, кусок быстрорастворимого сахара, пропитанный какой-то дрянью.
Кстати, а ведь кофе тогда меня почему-то показался переслащённым. Выходит, на самом деле, не показался.
Не могу сказать, что это открытие меня обрадовало. Сначала даже подумал, что за бред… Ну, не способен Кострикин на такое.
Но чем больше размышлял на эту тему, тем больше находил подтверждений, что копаю в правильном направлении.
Мой последний этап в экзамене, финальная схватка с тремя бойцами, включая Арнольда. Звучит гонг, оповещая, что время истекло, но Арнольд хочет нанести мне удар — тогда я списал это на обычную горячку в рукопашной схватке. Кто знает, не перехвати его руку другой боец, чем бы закончился для меня тот экзамен: серьёзной травмой, а то и чем-то куда хуже.
Это раз.
Сразу, в тот же день — бросок «звёздочки». Далеко не самый привычный и удобный способ физического устранения, есть варианты более прикладные что ли. Надо обладать определённым складом психики, чтобы воспользоваться оружием из арсенала ниндзей.
Арнольд — отличный рукопашник, и, как многие бойцы такого калибра, слегка «повёрнут» на восточной тематике. Получается, он — вполне подходящий кандидат на роль убийцы, экзотическое орудие убийства идеально укладывается в его психотип.
Это два.
После неудавшегося покушения он делает всё, чтобы мы оказались в одном подразделении. Зачем? Теперь понятно, чтобы я находился под рукой в подходящий момент. Иначе нас могло бы так раскидать, что достать меня ему было бы сложно.
Уже три.
Добавляем историю со стаканчиком кофе — получается, четыре. Я в такое количество случайностей и совпадений не верю.
Кострикин — и есть тот самый киллер, нанятый по мою душу. Доказательств у меня нет, но я его вычислил.
Агата Кристи, папа Шерлока Холмса и сценаристы всех серий про ментов могли гордиться мной. Я сделал то, чем обычно занимались их герои, причём на бегу: отыскал убийцу.
Что мне даёт это знание? Только понимание, кто мой враг. Я знаю его в лицо и больше не подставлю ему спину. Однако этого недостаточно, чтобы от него избавиться.
Одних соображений не хватит, чтобы Арнольдом занялись те, кому это положено по долгу службы.
Эх, ну где тот тип из охранки, что нагло пытается вербануть меня, когда он мне так нужен?! Отдал бы я ему Кострикина, пусть бы тогда крутил и вертел по своим каналам, чтобы выйти на заказчика.
Но это не мой вариант. Придётся справляться самому, без Гартинга. Тем более я кровно заинтересован в том, чтобы не только обезвредить киллера, но и заставить его выдать нанимателя. Посредник тот или нет — не столь важно. Я замотивирован по самое нехочу раскрутить эту цепочку до логического конца. Сами, всё сами, пусть и не с усами…
После таких мыслей, у меня словно открылось второе дыхание.
Теперь только бы найти винтовку и без приключений добраться к своим. Там будет проще. Котелок у меня варит и обязательно придумает план, как вывести Кострикина на чистую воду.
Я давно заметил, что многие солдаты общаются с оружием как с живым: называют ласковыми именами, обращаются с просьбами, ухаживают сильнее чем за девушками. Наверное, эти вещи возникли не на пустом месте.
Так что почему бы не прибегнуть к этой методе?