Страница 68 из 86
– Елена! – окликнула она. – Привет! Ты вернулась?
– Да… вот, – я безразлично пожала плечами.
– Что-то случилось? – Девушка мгновенно уловила моё настроение.
– Случилось, – буркнула я. – Беременность у меня случилась.
В её голубых глазах отразилось непонимание.
– Так это же здорово! Ребёнок – это такое счастье! Почему же ты не радуешься? – Девушка говорила так искренне, и я вдруг поняла. Она права! Со своей любовью я напрочь забыла о ребёнке. Разве он виноват, что у него не тот отец, какого хотелось бы мне. Видана продолжала говорить, а я смотрела на неё совершенно не слушая. Мысли о ребёнке поглотили меня полностью.
– Видана, прости, я пойду домой. – Прервав её на полуслове, я осмотрелась, соображая, в какую сторону идти.
– Может, тебя проводить? – заботливо предложила она.
– Не нужно. – Увидев дом шамана, я сразу сориентировалась, обошла её, но, вспомнив про Макса, обернулась: – Видана, если Максим будет меня искать, скажи, что я дома.
– Хорошо, – растерянно протянула она, с недоумением глядя на меня.
От духоты в комнате к горлу моментально подступила тошнота. От духоты или от смеси запахов? Приторно пахло смолой, лошадьми. По всей видимости, Макс прописался на конном подворье. Сквозь эту мешанину прорывался тонкий аромат трав и мёда. Источник этой благодати стоял на столе. Полный кувшин Амброзии! Напиток сладким мёдом потёк по горлу, смывая горечь плохого настроения. Напившись, я открыла окно. Свежий воздух ворвался в комнату, растрепал занавески. Я огляделась. Кругом разбросанные вещи, какие-то тряпки. Похожая на кокон кровать… Я усмехнулась. Холостяцкая квартира – дубль два!
Моё настроение улучшалось с каждой минутой, даже уборка и та вызывала улыбку. Слишком давно со мной такого не случалось. Покончив с пылью и грязной одеждой, я заправила постель. За окном к тому времени уже сгустились сумерки. Макс не торопился домой. Видимо, чтобы избежать разговоров, ждал, когда усну. Погасив светильник, я села на кровать.
Примерно через полчаса дверь неслышно открылась. Увидев меня, сидящую в ожидании, Макс замер в проёме и тихо спросил:
– Почему не спишь?
– Тебя жду.
– Ты не хочешь, чтобы мы спали в одной кровати? – Его вопрос поставил меня в тупик. И вдруг я осознала, насколько разными были для нас последние месяцы. Я страдала и жила одна, а он всё это время заботился обо мне. Одевал, кормил, укладывал спать! Наверняка тоже страдал от неразделенной любви, но вряд ли когда-нибудь признается.
– Я просто хотела сказать, что подумала над твоими словами и согласна попробовать. – Он тут же подсел ко мне. – Только умоляю, не торопи меня.
– Не буду. – Он обнял меня за плечи и прижался губами к виску. – Я рад, что ты успокоилась, а всё остальное – ерунда. – Он вздохнул. – Знаешь, когда ты ушла, я места себе не находил, думал, видеть меня не захочешь.
– В какой-то момент так и было, а потом встретила Видану. Она напомнила, зачем я здесь, и всё сразу встало на свои места.
– Если не секрет, что она сказала тебе?
– Напомнила, что ребёнок – это счастье! – Я улыбнулась.
Мы проговорили до утра и уснули, став чуточку счастливее. После этой ночи наша жизнь изменилась полностью. Получив долгожданную свободу, Макс больше не сдерживал чувства и каждую свободную минуту проводил рядом со мной. Но, дав ему надежду, я мало чем помогала. Супружеской близости между нами так и не случилось. Хотя, иногда я забывалась в объятьях, но того трепета, что при виде Анри, всё равно не испытывала. Да и беременность сказывалась. Появились перепады в настроении, живот непомерно вырос. Макс сносил всё терпеливо, смотрел на меня с улыбкой, даже когда покусать его хотелось.
Из-за спонтанно возникающей нервозности я стала всё чаще уходить к дракону. Он единственный, с кем рядом меня накрывало спокойствие. Мы двигались по периметру долины. Я собирала травы, Умбра тенью скользил за мной следом. А иногда, развалившись на его лапах, я просто загорала. Солнце в долине грело не по сезону жарко. Не верилось, что по календарю наступила зима. Кругом наверняка лежит снег.
После очередной прогулки, отпустив дракона, я медленно шла через лес, когда услышала обеспокоенный голос Макса:
– Елена! Елена! – ещё громче крикнул он.
– Что-то случилось? – заволновалась я, выходя к нему.
– Нет. – Он обнял меня, поцеловал. – Просто не увидел дракона и забеспокоился.
– Не знала, что следишь за мной. – Я улыбнулась, глядя, как в недовольстве изгибаются его губы.
– Если начнёшь протестовать, сразу скажу – бесполезно! Следил и буду следить! Я беспокоюсь за тебя.
– Как скажешь! – Я обняла его за талию.
– У кого-то сегодня хорошее настроение?! – удивился он.
– Ну не всё же время мне быть букой.
Изображая обиду, я отодвинулась от него. Он мгновенно распознал игру! Коротко припав к губам в жадном поцелуе, подхватил на руки и понёс в лес. Чувства жаркой волной накрыли нас, распластали по траве разгорячённые тела. Но, когда преград между нами не осталось, зазвучал голос Огимы:
– Макс, Макс! Максим, где ты?
Мой обезумевший супруг взвыл и тяжело выдохнул:
– Глупо просить тебя подождать, да?
– Давай узнаем, что случилось. – Мне тоже не хотелось отпускать его, но индеец продолжал настойчиво орать.
Тихо ругнувшись, Макс помог мне подняться и привести себя в порядок. Мы пошли к дороге. Увидев нас, Огима закричал ещё громче:
– Макс, там… там… Наваджи плохо! Похоже на аппендицит. Макс, его надо срочно в больницу. На лошади нельзя. Мы не знаем, что делать. – Парень так тараторил, что я еле поспевала за его мыслями.
– Дракон! – выпалила я, когда он закончил.
Макс кивнул и, повернувшись к индейцу, взял его за плечи.
– Спокойно! Мы доставим Наваджи в больницу, только надо привезти его сюда… нет, туда. – Он указал на край долины.