Страница 15 из 26
Однако, Курт понимал, что, если бы все было так просто, оперативники бы не пропадали, а информации было бы куда больше.
Желая уже перейти к текстам, он перевел взгляд на Грума. Тот, сосредоточенно скрестив могучие руки на широкой груди, смотрел на медленно поворачивающиеся, объемные ролики. Файлы воспроизводились в соответствии с порядковым номером в списке и, дойдя до последнего кадра десятого ролика, вновь возвращались к первому файлу.
– Может… – Курт хотел предложить перейти к текстовым файлам, но друг предостерегающе поднял палец вверх.
Подойдя к экрану-пульту, Грум отмотал изображение назад, после чего запустил в крайне медленном режиме.
Курт понимал, что друг чем-то заинтересовался, но пока не улавливал ход его мыслей. Быстрым шагом тот приблизился к изображению вплотную, а спустя мгновение вошел внутрь него. Постоял в центре, частично нарушая четкие линии объемной картинки, а после прошествовал в другой конец полупрозрачного покрытия.
– Похоже, это оно! – довольно заявил он Курту.
– Оно – это что?
– Не видишь?
– Что конкретно?
– Ладно. Давай пока посмотрим тексты. Может, мои предшественники все уловили, и я зазря буду требовать от тебя… – бормоча остаток фразы так тихо, что Курт ничего не услышал, Грум добрался до пульта и загрузил тексты.
*
Картинка на визуализаторе преобразилась. Она больше не была объемной и выглядела как огромный плоский экран с текстами, схемами и фотографиями.
Сам экран расположился в самом центре пустого пространства комнаты, под углом девяносто градусов по отношению к полу.
Для удобства читающих, роботы приволокли два антигравитационных кресла. Они не имели контакта с поверхностью пола и, по желанию сидящего, легко передвигались в пространстве комнаты. На подлокотниках находились, специально для этого предназначенные пульты.
Грум не очень любил подобную мебель, называя ее пережитком прошлой эры.
Курт, конечно, мог парировать другу, напомнив из какой эры к ним пришла так любимая Грумом тяжелая, деревянная мебель. Но не видел в этом смысла.
У антигравитационной мебели были свои достоинства и недостатки, как и у любой другой, существующей на Пальмирро мебели. Изначально, не требующие контакта с поверхностью, предметы создавались в медицинских целях. И это действительно было очень давно. Во времена, когда на Пальмирро еще требовались больницы. Тогда, пораженные недугом жители планеты могли вырваться из душных стен лечебного учреждения на свежий воздух, не поднимаясь с постели или с кресла. Вместе с кроватями перемещались и антигравитационные столы. Курт на изображениях тысячелетней давности наблюдал, как пациенты парили в больничном саду, отдыхая, обедая и играя в настольные игры на свежем воздухе.
Позже данная мебель стала считаться удобной, а потом модной, принимая совершенно немыслимые, и даже глупые, вариации. А в последующие столетия она то полностью изымалась из обихода жителей планеты, то вновь в него возвращалась, следуя течению очередного витка моды.
Некоторые оперативники использовали ее на борту своих звездолетов, но Грум больше доверял стационарным предметам. И оперативник разделял его мнение.
Но, тем не менее, друг не был настроен категорически против парящей мебели и, по мере возникающей на то необходимости, использовал многое из того, что когда-либо создавалось на Пальмирро. И Курт против этого также не возражал.
*
Придвинувшись к экрану почти вплотную, Грум внимательно изучал, добытые ценой жизней оперативников, файлы.
Курт также читал тексты, но, по его мнению, они всего лишь дублировали видеоизображение. И иногда содержали, не подтвержденное фактами, предположение об устройстве жизни на Гекте.
Дочитав до конца страницу, он терпеливо ждал, пока завершит ее чтение Грум. Друг был крайне сосредоточен, лишь иногда гмыкал или хмыкал над какой-либо, его заинтересовавшей, частью текста.
Все длилось слишком долго, и Курту было чрезвычайно занудно таращиться на экран. Он не понимал реакции бывшего наставника, но по опыту знал, что отвлекать его не стоит.
Дожидаясь, когда можно будет продолжить чтение, Курт вернулся к мыслям о Карине. Жива ли она еще? Ему страшно было представить, что девушки, любимой им всю жизнь, уже нет. Впрочем, куда страшнее ему было представить ее в объятьях другого… Карлуша…
Достав наладонник, Курт ввел, ставшее ему ненавистным, имя в свободное поле программы поиска…
С экрана на него смотрел крепкий, очень серьезный молодой человек. Ниже располагался длиннющий список наград и достижений за десятилетия работы оперативником на дальних рубежах. Успешность буквально сочилась из каждого, описывающего работу Карлуша, слова.
Укол зависти к чужим достижениям впервые в жизни кольнул душу Курта. Он подумал, сколь много мог бы достичь, не останься он, ради теперь уже точно ставшей призрачной мечты о Карине, на ближайших к Пальмирро планетах. Кто знает, вдруг именно в том, что он остался, и была его ошибка? Возможно, стань Курт успешным и известным оперативником, сводная сестра увидела бы в нем больше, чем просто доброго брата?..
Изучив текст, Грум открыл следующую страницу. Здесь к документу прилагались различные фотографии, внешне походящих на заводы, сооружений. А в описаниях вновь строились предположения об их предназначении.
В очередной раз не увидев в тексте для себя ничего полезного, Курт переключился на картинки. Рельсовые дороги связывали корпуса. На платформах находилась техника. Военная техника. В тексте делалось предположение о возможной межгосударственной войне.
Только с чего они вообще взяли, что там есть государства? Курт пожал плечами. Да и наличие техники далеко не всегда указывает на состояние войны. Очень часто как раз речь идет об обратном. Чем больше у государства военной техники, тем больше у него шансов эту самую войну избежать. По крайней мере, на своей территории.
Оставался вопрос, что такого любопытного на объемном изображении увидел Грум? Но пока, лично для себя, ничего интересного Курт не нашел. Разве подтверждение, что аналитики не всегда правы. Но, с другой стороны, в текстах не было непосредственных утверждений. Везде стояли фразы: «Есть мнение» или «Можно предположить».
– Ну как? – поинтересовался Грум, когда последняя страница последнего файла была прочитана.
– Что как? – не понял Курт.
– Каково твое мнение о Гекте?
– Полагаю, ты ожидаешь от меня услышать некую глубокую мысль. Но ее не будет. Совершенно типовые изображения. Стандартная, ничем не примечательная планета.
– Хочешь сказать, что данной информации для тебя было бы достаточно, чтобы с уверенностью в успехе отправиться на планету?
– Для меня? Нет. Но, если ты о Карлуше, то либо у него было больше данных, чем мне передал Алоис, либо… Словом, я не знаю. Нет у меня особого, интересного мнения.
– Ясно.
– Ты думаешь иначе?
– Не скажу пока. Нужно переключить голову. Эй, псы помойные! Тащите нам жратву!
Вскоре в дверном проеме появился первый робот с подносом.
– Да не сюда, дебилы! Во дворе стол накройте!
Увернувшись от пинка хозяина, робот помчался к выходу из пещеры.
*
Курт сидел за широким, деревянным столом. Крышка стола была сделана из толстенной доски, а ножками столу служили полноразмерные бревна очень старого дерева. По обе стороны стола стояли длинные скамьи без спинок. Все выглядело массивно, но совершенно не изысканно, как то обычно предпочитал Грум.
– Жесткие скамьи, как я понимаю, также входят в часть подготовки к твоей будущей миссии? – кивнул в направлении мебели Курт.
– Ага. Пусть задница привыкает, – согласился бывший наставник и жестом пригласил друга присоединиться к трапезе.
Роботы притащили множество блюд и церемониально демонстрировали их, приоткрывая над каждой из тарелок серебряный клош.
– А вот здесь ты еще не готов становиться себе на горло и питаться как в будущей миссии? – усмехнулся Курт, разглядывая весьма изысканные закуски и горячее.