Внутренний свет

***

— Мне снилась моя другая жизнь, —тихо сказал Алекс утром проснувшись и посмотрев на Тони. — Там тоже есть магия.

— Тебя не затягивает туда? — встревожился Тони.

— Нет, — улыбнулся Алекс. — Только секса хочется. Там мы ровесники и я на полтора года старше тебя. «Сейчас» мне там двадцать шесть… Или двадцать восемь. И мы любим друг друга до беспамятства.

Тони улыбнулся и поцеловал мужа.

— Здесь тоже.

— Ти… Мой Ти… Там я зову тебя цыпленочком, — ухмыльнулся Алекс.

— И я терплю это?! — притворно ужаснулся Тони.

— Еще как, — потянул мужа на себя Алекс. — Цыпленочек и котеночек и одно маленькое счастье на двоих…

— Лешенька, — шепнул Тони.

— Выеби меня… Прошу… Сладко-сладко…

— Да, Золотце мое, да!

Они пришли позже всех к людям.

— Доброе утро всем, — сказал Тони присутствующим.

Став боссом снова и, как догадывались все, теперь уже очень надолго, Алекс начал меняться. Тони сидел за столом, ковырял свою овсянку, смотрел на мужа и чувствовал отрешенность, исходящую от того. Алекс переставал быть охотником, которого все они знали много лет. И даже его творчество начало меняться. Алекс не прекращал работать и по праздникам. Утро — это было время, когда он работал, несмотря ни на что. Каждый день. Поиск, другое — это все, что Тони пока что мог сказать. Он даже начинал сомневаться, а правильно ли они все Алекса в охотники определяли? Что ж, его дело поддерживать мужа. Заниматься повседневными делами, кормить, любить и принимать своего Алёшеньку. Любым — хоть заплаканным заинькой, хоть отрешенным боссом магии.

«На что я трачу свою жизнь? — думал Алекс. — Свою маленькую жизнь, что от нее еще осталось…»

Тони заметил отрешенный взгляд мужа. «Хоть бы опять не было жопы», — подумал он.

Алекс встал из-за стола, поблагодарил всех и ушел к себе. Улегся на кушетку в своей студии и уставился в потолок.

***

Позавтракав, Тони тоже поднялся и пошел к Алексу. Постучал в дверь.

— Да, — услышал тихий голос в ответ.

Он вошел в кабинет, сел на стул возле стола.

— Лёшик, с тобой все хорошо?

— Не знаю, Ти. Я чувствую необходимость в странствии.

— Как, — растерялся Тони, — куда ж ты пойдешь? Один? А твое самочувствие? А как же мы?

— Значит, я буду странствовать здесь, — показал Алекс на свою голову и тело. — Это все, что мне остается.

— Мда, — пробормотал Тони. — Я позабочусь о тебе.

— Спасибо, Ти!

— А как же твои «картинки»?

— Они меняются, Тошик. Я продолжу рисовать, но не знаю, сможем ли мы такое продать. Ведь это личное.

— Хорошо, что нам есть, где жить и что есть, — пробормотал Тони.

— Да. Ти, я чувствую, что на меня накатывает волна. «На что я трачу свою жизнь» думал я сегодня за завтраком. Вообще-то подобное мне не свойственно.

Тони очень хотелось закрыть голову руками и завыть. Но он не сделал этого. Он будет любить своего Ала.

— Я хочу побыть один, Ти.

— Да, Лёшик, — тихо ответил Тони.

Тони встал, вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь. Ему очень хотелось бежать и кричать: «помогите!» Но кто и как сможет ему помочь?

Он пошел в библиотеку. Там играла тихая музыка, мелодичный перезвон ветра. Влад стоял у окна и смотрел на уснувший сад. Услышав шаги Тони, он обернулся.

— Что случилось? — спросил он. — На тебе лица нет.

— Ал меняется. Ты не заметил?

— Я был занят своим, — вздохнул Влад. — Но что-то меняется, я чувствую это.

— Я даже начал сомневаться в том, охотник ли он, — сказал Тони. — Он хочет странствовать… И не может уйти. И не может остаться. Я… Я не знаю, что делать!

— Думаешь, он хочет уйти от тебя?

— Не знаю, Влад, я не знаю. Я уже ничего не знаю. Я хочу спокойствия, а не вечного пиздеца!

Тони шмякнулся в кресло, что было совсем на него непохоже.

— У Алешки научился мебель ломать? — хмыкнул Влад и сел в соседнее.

— Да, — вздохнул Тони. — Scheiße! Scheiße! Scheiße! Ему снилась его другая жизнь сегодня. Но он контролирует это, не позволяет себя утаскивать и справляется с подобным осознанием, не так, как ты или я. Он очень сильный маг, несмотря на свое здоровье.

— Его странствие сделает всех нас сильнее, — тихо сказал Влад.

— Ебаная жизнь, — мрачно ответил Тони.

***

Перед сном Алекс сказал мужу:

— Я чувствую, что должен сновидеть один. Вам придется пока с учениками без меня справляться.

Тони чуть не заплакал, потом вспомнил, как Алекс мучился, когда его «не брали», а сейчас ощущал, что теперь он не готов путешествовать туда, куда, он тоже это чувствовал, тянуло Алекса. И Тэд не готов, и Влад, и Ник, и Алиса — все их самостоятельные маги.

— Лёшик, будь осторожен, — выдавил из себя Тони.

Ночью он осознал себя во сне, а Алекс уже улетел.

Кетцаль сочувственно хлопал крыльями и смотрел на Тони то одним глазом, то другим.

— Меня не взяли, — пробормотал Тони.

***

Снова была осень. Промозглая, холодная. Алекс натянул шапку, застегнул куртку. Он стоял посреди улицы и осматривался. Пошарил в карманах и обнаружил пачку сигарет.

— Я же не курю, — удивился сам себе он.

И на этом осознании он вспомнил… Все.

— Еб твою мать, — пробормотал он. — Куда меня зашвырнуло еще?

Он вспомнил еще одну свою жизнь. Здесь он был один. Не встретил своего Ти, давно уехал от родителей и еле-еле сводил концы с концами из-за болезни. Отношения с другими людьми у него не складывались, как с женщинами, так и с мужчинами.

«Больной, бедный — кому я нужен такой?» — так часто думал о себе он.

Алекс бродил по свету, живя свою жизнь, сколько еще её оставалось. Сигарета в пачке была последней. Он откладывал ее «на потом». Так он поступал с чем-то нравящимся ему, но чего было очень мало.

— Зачем я здесь? — задал он вопрос в пустоту.

Он смотрел на сизое небо. Дождь, слякоть и промокшие ботинки. Он чихнул.

— Блядь, нахуя мне этот пиздец? — выругался он по-русски.

Осень была омерзительной. Он не любил это время года ни здесь, ни в своем мире, особенно теперь, когда ослаб.

— Я должен вернуться, — тихо сказал себе он. — К мужу, к родным и друзьям, к ученикам. Надо сказать волшебное слово… Быстро…

— У вас все хорошо? — обратился к нему прохожий.

Алекса спрашивали не по-русски, но он понял речь.

— Спасибо, все хорошо, — ответил он на том же языке, на котором говорили с ним.

Вернуться… Вернуться! К Ти! Кажется, он сказал это вслух.

— Кто такая Ти? — спросил у него прохожий. — Вы зовете ее, как зовут любимую женщину.

Алекс вздрогнул.

— Это он, — пробормотал тихо.

— О…

Идиотский диалог, идиотский мир, идиотская погода!

— Вы правы, погода ужасна, — откликнулся прохожий.

— Да отстаньте вы от меня, — зыркнул на человека Алекс.

Только сейчас он заметил, что его собеседник немолод, лыс и худ.

— Простите мою назойливость. Я давно ни с кем не общался, — вздохнул человек. — Я Майкл, — представился он.

— Алекс. Я должен вернуться!

— Зачем? Здесь неподалеку есть отличная кнайпа.

— Я не пью, — отмахнулся Алекс.

А затем его осенило. Он сосредоточился на прохожем… Это был не человек. Союзник, дух! Не такой, как Кетцаль, Бастиан и союзники Тэда, но тем не менее.

— Что ты мне голову морочишь?! — фыркнул Алекс. — Майкл он, как же. Слышь ты, духово отродье, признавайся, ты весь этот морок навел? И мысли мои читаешь.

— Извини, Алекс. Я давно ни с кем не общался. Я не наводил морок. Просто живу здесь, а ты отозвался на мои слова.

— И не жрал давно, — ухмыльнулся Алекс.

— Да, — вздохнул дух.

— Где я?

— Далеко.

Алекс вспомнил Эйлин и поежился. Не иначе, как после того, как она чуть не утащила его, а заодно и его Ти за собой, его потянуло странствовать. Он сосредоточился еще раз… Пейзаж исчез, а он оказался в межзвездном пространстве. Дух, не в силах угнаться за его изменением восприятия, остался в том мире. Алекс смотрел на звезды…