Артефакт Смотрителей

Глава 4

Мелодия вальса «Метель» Георгия Свиридова, исполняемая Орденским оркестром на местных примитивных инструментах, звучала — если бы Вике предстояло оценить её четыре года назад, то есть незадолго до своей гибели и получения новой жизни — просто позорно. Однако, не зря говорится, что на безрыбье и рак рыба. Когда оркестранты взяли коду, попаданка почувствовала подкативший к горлу комок.

— Ты меня совсем не слушаешь, наша повелительница, — если бы декан Шленлер не выглядел раздражённым постоянно, то сейчас мог бы эту эмоцию продемонстрировать, — В следующий раз я того наглого болвана спущу с лестницы.

От личного участия в танцах Вика отказалась, а для особо непонятливых и отважных перед накрытым возле углового окна столом, за которым сидела великая магиня с ректором и тремя деканами, встали два орденских рыцаря и неприметная, как мышь под веником, девушка-ассасин. Подогретые вином студенты, не понаслышке знавшие, что иногда повелительница на подобных мероприятиях позволяет себе нисходить до участия в общем веселье, сегодня отчётливо понимали бесперспекивность попыток добраться до Вики и удостоиться чести с ней станцевать.

— Уважаемый Шленлер — без обид — ты хоть теперь и крепкий мужчина в расцвете сил, но адмирал Эдорик способен сам спустить с лестницы и тебя, и твоего доброго друга-заместителя Генца, и всех твоих героических ботаников. Ты лучше расскажи, к чему вы с ним в итоге пришли?

При упоминании своего зама, вечно плетущего интриги, декан поморщился, словно лимон съел. Попаданка намеренно упоминула Генца, чтобы испортить вечному брюзге настроение ещё больше. А что? Он-то вечно ей всякую ерунду говорит. Нет, в самом деле, не в коня корм — попаданка старика Омолодила, Исцелила и пару раз своим волевым решением вытащила из устроенных ему ловушек, даже из медовой, а он, после всего этого, как был вечно всем недовольным занудой, так им и остался. Правда, преподавателем, учёным руководителем и исследователем являлся просто замечательным. Вика хоть на Шленлера и злилась, но высоко ценила.

— Подобрал я ему двадцать два студента с третьего курса и девять со второго, из тех, кого могу уже летом представить на выпускной экзамен экстерном, — пробурчал декан, — Но юнги Эдорика пусть на общих основаниях поступают. Мне не нужны идиоты на факультете! — повысил он голос, перекрывая урезавший Встречный марш оркестр.

— А если я тебя попрошу? — улыбнулась повелительница.

Шленлер вильнул взглядом и кашлянул.

— Тебе, госпожа, я не откажу, — угрюмо сказал он, — Только тянуть обормотов не стану. Справятся с программой, значит доучатся год. Я уже думаю над тем, что им за это время надо будет преподать.

— Вот и хорошо, — Вика благодарно посмотрела на лучшего знахаря, травника и лекаря не только в Даторе, а и, пожалуй, на всём западном побережье Алернии, — Я же, в свою очередь, поддержу твоё предложение и буду настаивать на отмене исключения из университета самовольщиков. Флемм, — повернула она голову в сторону ректора, — Ты слышал? Четвёрку разгильдяев накажите, но учёбу пусть продолжат. Подумайте с Корпом, как это решение лучше приподнести. Мелина, — попаданка склонилась к сидевшей рядом алхимичке, декану естественного факультета, — Среди негодников есть ведь и один твой ученик?

— Да, есть, — кивнула алхимик, — И обидней всего, что лучший. Спасибо, Вика. Мы с Шленлером только на тебя и надеялись, — Мелина Гронс торжествующе посмотрела на поджавших губы Флемма Орваля и проректора Корпа Чалика.

Если бы не звучавшие сегодня мелодии навсегда потерянного для неё родного мира, вызывавшие в её душе ностальгию, Вика немало бы повеселилась над детскими обидами весьма пожилых людей друг на друга. Это выглядели они — благодаря её Омоложению — весьма молодо, но лет-то им всем было прилично много — под шестьдесят и более. А вот, надо же, как будто бы не могут поделить песочницу.

На Земле Вика — не очень часто, но всегда с удовольствием — читала вымышленные истории про жизнь и обучение в магических университетах и академиях. И пусть Орденский университет не для одарённых — этой сферой деятельности у попаданки занимается фридландское комтурство Эрны — однако, мир, в который Вика попала, самый настоящий магический, к тому же, средневековый. Так что, вернись она вдруг обратно на свою родину, как недавно ей приснилось, могла бы написать неплохую серию книг, гораздо увлекательней тех, что когда-то довелось ей читать.

Учёба в этих стенах Гнеша, Нюры и Эльфа, их друга из контрразведки — бывшего беспризорника, подобранного Викой во Вьеже, оказалась полезной не только им самим, но и университету. Жизнь есть жизнь, и среди тех, кто стал проявлять интерес к учебному заведению Ордена оказались и весьма неприятные личности — от наркоторговцев до шпионов.

Высоко оценив результаты обучения, совмещённого с работой, брата и его друзей, попаданка решила направлять на учёбу в университет и других ассасинов, имевших необходимые способности — а такие среди них находились, правда, особым желанием три года изучать сугубо мирные предметы сильно не горели. Впрочем, что такое дисциплина, ассасины знали хорошо, так что, шли на вступительные экзамены беспрекословно и ответственно.

Разумеется, свои таланты в умении убивать и другие тайные способности эти студенты скрывали и пользовались ими только в самых крайних случаях. Даже преподаватели не догадывались, кого порой им приходится обучать риторике, законам, политике, истории, географии, алхимии, зельеварению и прочему. О том, кто есть кто среди студентов, в полной мере знали только ректор и деканы факультетов, в части их касающейся.