Страница 15 из 31
Арья умеет убивать как Безликие и воевать не хуже Безупречных. И любить.
Вот так. Все ходы сделаны. Кости брошены. И Боги, наверняка, решили их судьбу. Сидят и смотрят, может закатывают глаза от их глупости.
— Иди сюда.
Джейме спешивается и подходит ближе, ожидая от Старк того же. И Арья становится рядом, смотрит снизу вверх и ждёт. Ждёт его шага. Он ведь всегда делает его первым.
И в этот раз. Пальцами касается её пальцев. Склоняется лбом к её лбу.
— Слушай, это ведь нелепо, верно? Мы с тобой. Получается не очень, да?
— Да.
Джейме крепко жмурит глаза, словно прогоняя наваждение. Пора от него избавляться. Пора возвращаться к себе самому. Вечно уверенному и сильному. Так он сможет защитить их обоих.
— Мы вроде как пытаемся…
— Не думаю, что сейчас лучший момент, чтобы выяснять это.
— Нет, мы сделаем это сейчас. Потому что иначе, просто умрём там. — Вот эта уверенность. Так держать. — Ты должна знать…
— Что ты не сможешь её убить? Я знаю это. Нет, послушай. Если ты хочешь говорить об этом сейчас, слушай меня. Мне надоело засыпать и думать о том, предашь ли ты меня. Ты не обязан убивать свою сестру. Я бы не смогла, даже если бы пришлось. Но это придётся сделать мне. Это всё изменит. Это ты хочешь сказать?
— Да. И не будет всё как прежде.
— Не будет. Но я ведь всё равно… — Она не скажет. Не покажет слабость. — Всё равно…
— Люблю.
Комментарий к Часть 7
Дождались. Спасибо, что дождались.
Пишите в отзывах хот что-то, даже если фу, пишите))
========== Часть 8 ==========
Спокойствие… Такое шаткое, относительное, непостоянное и тревожное… Но спокойствие.
Спокойствие в подрагивающем пламени свечи, в свисте ветров, заглушаемом тяжелыми ставнями и в душе.
Бриенна с острова Тарт, воды которого не сравнить даже с самыми дорогими сапфирами, с трудом верит, что, наконец-то, чувствует это спокойствие. И только потому, что мужчина, которого она так долго считала грубым, жестким и неспособным на любовь, которой она её представляла… Этот мужчина сейчас лежит вместе с ней в одной постели. Обнимает и ровно дышит, погруженный в сон.
Она чувствует, как вздымается его грудь, касаясь её лопаток, как, даже во сне, он продолжает все также крепко прижимать к себе, как его дыхание путается в коротко остриженных волосах.
Тормунд Великанья смерть… Бриенна только легко улыбается, вспоминая, с какой нежностью грозный одичалый целовал её всего несколько часов назад.
И в этот миг, когда она почти может вновь почувствовать его губы на своих, когда так безмятежно улыбается в руках мужчины, в ней просыпается женщина. Настоящая, та, которая столько лет пряталась за сильными плечами гордой воительницы и покорно ждала своего часа.
И вот, спустя столько лет, она наконец расцвела во всей своей красе. Все, что столько лет было надежно скрыто в глубине души и разума, наконец-то вырвалось наружу. Вся нерастраченная нежность, вся любовь, которую никто не желал принимать…
Бриенна с острова Тарт впервые плакала не от отчаяния или горя, а лишь от того, что слишком много чувств заполняли совсем еще юную и кроткую душу.
О да, теперь пути обратно нет. Да, она будет все той же гордой воительницей. Она будет крепко сжимать меч и безжалостно отвечать всем, кто усомнится в ней, о чем бы не шла речь. Все будет по прежнему, вот только…
Вот только не с ним. С ним она уже никогда не будет воительницей. С ним она будет женщиной.
Потому что с ним она хочет быть женщиной. Той, которая будет ждать вечером, кормить горячим ужином и ложиться рядом, чтобы прижаться всем телом, наслаждаясь его теплом.
Эти мысли кажутся слишком… пугающими. Ведь впервые Бриенна позволяет себе мечтать о подобном. О том, что она могла бы стать ему верной женой. Любящей и покорной. И могла бы стать матерью… Если бы только всего этого не было…
— Почему моя женщина не спит? — Тормунд придвигает её ближе, и одним движением заставляет повернуться.
Бриенна старается незаметно утереть слезы, чтобы он не видел, но не получается.
— Ты плачешь? Неужели я настолько плох? — Тартская дева краснеет, опуская взгляд и одичалый смеется, приподнимая её подбородок чтобы поцеловать. — Что случилось?
— Ничего.
— Но ты плачешь.
Мужчина смотрит с искренней заботой, все так же не вписывающейся в то представление о нем, от которого ей до этих пор трудно избавиться.
Нет, не умеет она этого всего. Не умеет говорить о своих чувствах, а тем более с мужчинами. И боится… Боится, что если скажет ему правду обо всех тех мыслях что заставляли её плакать, то он просто… Испугается? Так?
Дважды он уже сказал ей о любви. И не сделал ничего, что заставило бы усомниться в его честности. Но ведь он другой, совсем другой… А что, если он уйдет?
— Просто я… Я думала, что могло бы быть у… У меня и у тебя… если бы не было войны.
Тормунд улыбается. Она принадлежит ему… Такая уязвимая сейчас, краснеющая и смущенная… Его самая великая победа. Неужели она боится, что он сможет её оставить? Никогда. До последнего своего вздоха.
— Не знаю, что было бы, но когда мы убьем упыря, я построю нам дом и ты нарожаешь мне детей.
Бриенна видит все это. Смеется, представляя лицо отца. Тепло улыбается, когда одичалый привлекает её к себе. И, засыпая, думает о том, что война должна быть лишь страшным сном. Но скоро ведь наступит Рассвет…
***
— К этому вообще можно привыкнуть? — Джейме смотрит на молодого мужчину, который всего несколько мгновений назад был Арьей Старк и со всех сил старается сдержать желание заставить её снять эту маску.
Не потому, что боится или не может свыкнуться. А потому, что отчетливо понимает, чье лицо увидит на ней, если все выйдет. От этого становится слишком больно.
— Тебе придется.
— Хорошо. Не будем тянуть.
Арья стягивает его руки выше локтей. Так, чтобы все было правдоподобно. Стягивает крепко, до боли в суставах и тупой пульсации крови. Наверняка останутся синяки. И пусть это будет единственное, о чем ему придется жалеть в этот день. Слишком наивное желание, но без него никак.
— Все помнишь?
— Ты спросил уже тысячу раз.
— И спрошу еще тысячу. Потому что…
— Второго шанса не будет. Это ты говорил столько же. Джейме, я все знаю.
Мужчина в ответ понимающе кивает. В её голосе, который совсем скоро изменится на голос молодого солдата, ни капли раздражения. Ни капли хоть чего-то.
— Ты готов?
Нет.
— Да.
Последний свободный вздох и на голову опускается грязный мешок. И в спину толкает рука. Толкает слишком нежно для солдата.
***
— Моя королева, прибыл солдат Ланнистеров. Он привел вашего брата.
Какое мне дело до каких-то солдат…
Слова так и не срываются с губ, оставшись только мимолетной мыслью. Серсея сидит на троне, за её спиной Гора, а на голове корона, но она все же чувствует себя до страшного беззащитной.
— У меня два брата. Какого же из них приволокли на этот раз?
— Милорда Джейме, парень говорит, что его поймали по пути на север.
Серсея щурится, чувствует, что есть какой-то подвох, с недоверием смотрит на слугу, со страхом склонившегося перед ней. Она смотрит на этого слугу и на миг забывает о Джейме и чертовом солдате. Она смотрит на взрослого юношу, склонившегося перед ней. Он смеет лишь изредка поднять на нее глаза. Не потому, что ему приказано, но потому, что боится. Перед её мужем так не склонялись. Так не склонялись даже перед Джоффри. Так кланяются ей. Они боятся. Но власть держится на страхе…
— Моя королева?..
— Всего один солдат чтобы сопроводить одного из лучших рыцарей Семи Королевств? В это сложно поверить.
Королева насмешливо улыбается. Что за глупец решил этим её обмануть? Зачем? На что надеялся?
— Он говорит, что их сначала было трое. Но двоих лорд Джейме убил и его самого едва не покалечил.
— Какая редкая удача. — ей смешно. Но теперь уже интересно. Интересно посмотреть на того, кто решил так рискнуть. Интересно увидеть, как он поймет, что все его планы тщетны. Интересно увидеть, как жизнь погаснет в глазах безумца. — Хорошо, приведи их сюда.