Солдат

Глава 5

Тот самый пожилой усач проводил Ивана и военфельдшера в санбат. Ваня по пути ломал себе голову на тем, что такое санбат, но так и не догадался — решив, что это какое-то военное название больницы.

Он ожидал увидеть нечто похожее на тот маленький полевой госпиталь, в котором он нашел Машу, но действительность оказалась совершенно не такая, как он представлял. Да, здесь тоже стояло несколько палаток с красными крестами и без них, но от масштабов санбата, у Вани чуть не отпала челюсть. На непонятно откуда взявшейся узенькой железной дороге стояли платформы, полностью заполненные ранеными, раненые лежали вповалку просто на земле между деревьев, их были десятки, сотни, если не тысячи.

Несмотря на легкий свежий ветерок, в воздухе стоял густой смрад гниения и застоявшейся мочи, а над санбатом тянулся жуткий гул, сотканный из плача и стонов.

— Сестричка-а-а, мочи нет терпеть…

— Ааа-а-а-аа…

— Зубами грызть буду…

— Где мои ноги-и-и-и, твари…

— Сестричка-а-аа…

— Водички-и-ии…

— Морфию дайте, суки, морфию!!!

— Помогите-е-ее…

— Я приказываю, верните мой пистолет! А прика-а-азываю…

— Мамочка, мама…

Ивану снова опять захотелось сбежать куда глаза глядят, голова начала раскалываться от этого жуткого гула, в глазах все завертелось, а желудок снова скрутили мучительные спазмы.

— Я тебя позже найду, Ваньша… — друг детства прадеда, торопливо хлопнул по плечу Ивана, резко развернулся и припустил по тропинке.

— Ваня, Ваня!.. Тебе плохо? — Маша затрясла его за рукав. — Дыши, дыши глубже! Я сейчас нашатыря…

Ваня грубо вырвал руку и жестом объяснил, что справится.

Сопровождающий покрутил головой и уверенно указал путь рукой.

— Идите за мной. Вроде там товарищ военврач должна быть…

Неожиданно, в ногу Вани кто-то вцепился.

— Братишка, табачку не найдется? Хоть пару крошечек… — бледный как смерть, молодой белобрысый парнишка, с коротенькими, замотанными рыжими, грязными бинтами коротенькими культяпками вместо ног, протянул дрожащую руку к Ивану. — Ну дай, что тебе стоит, да-а-ай…

Иван растерянно оглянулся и увидел, что на него с надеждой смотрят десятки жаждущих, злых глаз. Он быстро скинул с себя ранец, открыл его и недоуменно уставился внутрь. Недоуменно, потому что большая половина трофейных продуктов исчезла, а сигарет осталась всего одна пачка.

Санинструктор Салманов заметив, что Ваня полез в ранец, быстро отвернулся. Иван сразу понял, зачем он отставал, перед тем как отдать снаряжение. Да и санитарная сумка санинструктора после этого стала гораздо толще.

«Крыса…» — подумал Иван и едва сдержал желание еще раз зарядить санинструктору в челюсть. Но пообещал себе обязательно наказать вора. Несмотря на свое вполне либеральное мировоззрение, в отношении краж у своих, Ваня придерживался простых пацанских понятий.

Ругнувшись про себя, Иван разорвал пачку пальцами, не вынимая ее из ранца и пошел между ранеными, вкладывая им в руки по сигарете. А последнюю отдал сопровождающему, пожилому усачу Назарову.

Сам Иван не курил и не собирался начинать, но сигареты отдавал не из-за бесполезности для себя, а потому что, каким-то совершенно непонятным образом, чувствовал себя должным этим изувеченным людям.

Салманов все это время насмешливо кривил губы, но Иван почти не обращал на него внимания.

Назаров привел подопечных к большой палатке, с поднятым пологом, откуда доносился строгий, холодный женский голос.

— Значит достаньте!!! Это ваша обязанность! — холодно чеканила женщина. — Вы свободны!

— Да где же… — виновато оправдывался мужской голос. — Да где же я возьму продукты, перевязочный материал и спирт, товарищ военврач второго ранга? Да, самолеты сбрасывают, но пока они дойдут до нас, все разбирают…

— Вы хотите, чтобы я подала рапорт начальнику санитарного управления? — резко оборвала его женщина. — Исполняйте свои обязанности должным образом. Не мне вас учить. Найдите где хотите, отберите, украдите, мне все равно. Раненые должны быть обеспечены в первую очередь. Свободны, товарищ интендант второго ранга…

Из палатки вылетел длинный и худой пожилой мужчина, яростно утиравший рукавом, пунцовое лицо.

Назаров подмигнул Ване и шепнул ему.

— Строга, Варвара Сергеевна, ох строга. Но ты не бойсь…

— Я сам представлю их, — Салманов оттер его плечом от палатки. — Свободен красноармеец Назаров.

Усач смерил его презрительным взглядом, хмыкнул, еще раз подмигнул Ивану и ушел.

— Варвара Сергеевна, — санинструктор подобострастно согнулся и шмыгнул в палатку. — Тут товарищ майор госбезопасности приказал мне доставить вам пополнение.

Ваня шагнул внутрь и ошарашенно уставился на ослепительно красивую женщину в форме, сидевшую за сбитым из досок столом.

Вряд ли военврачу было меньше сорока лет, но возраст только придавал военврачу второго ранга Елистратовой очаровательной зрелой женственности и подчеркивал красоту. Строгое, идеальных очертаний лицо, суровые, ледяные глаза, высокая грудь, распирающая гимнастерку, величественная осанка — военфельдшер Курицына, тоже довольно симпатичная на мордашку, смотрелась на ее фоне, как ощипанный воробей.

И что особенно бросилось Ване в глаза, все вокруг были грязными, растрепанными и сильно уставшими на вид, а военврач второго ранга — совсем наоборот, свежей и чистой. Даже волосы под пилоткой были причесаны волосок к волоску.

«Шерон Стоун!!! — неожиданно вспомнил Иван, на кого похожа военврач. — Как две капли! А если… если она тоже попаданка? Тьфу ты, какая хрень в голову лезет…»

Женщина скользнула безразличным взглядом по Ване и остановила его на Курицыной.

— Разрешите представиться, товарищ военврач второго ранга! — Маша решительно бросила руку к пилотке. — Командир санитарного взвода, военфельдшер Курицына, отправлена в ваше распоряжение!

Похрипывая от волнения и усердности Маша доложила о своем прежнем месте службы и вкратце описала каким образом очутилась здесь.

Варвара Сергеевна выслушала ее и поинтересовалась: