Страница 29 из 107
Волосы встали дыбом из-за тихого звука за моей спиной.
— Рывок! —взываю вверх и краем глаза отмечаю, как иконка призыва моего двойника, который остался по центру зала, вновь стала активной.
Подвисаю под самым потолком и смотрю вниз. Добрый десяток статуй, которые до этого неподвижно стояли, теперь бродили туда-сюда, заглядывая остальным за спины.
«Они, что, голову поднять не могут? Ну фиг с вами, мобы бесполезные, пойду я дальше, в следующий зал, может там что-то интереснее будет?»
Несколькими рывками я пронесся сквозь всё помещение и наткнулся на запертую дверь.
Внимание! Невозможно перейти в следующую локацию! Уничтожьте имеющихся врагов!
Блин, а как насчет вариаций? Вдруг я бард-пацифист, который никогда в руки не брал оружия? Гитарой или балалайкой предлагаете тут все зачистить? Или вилку в руки брать и идти всех уничтожать? Эх…
— Ну, ребятки, извиняюсь, мне тупо не оставили выбора, — протянул я, оборачиваясь.
С другой стороны, ни одна из этих статуй не была слабее четырехсотого уровня, так что можно неплохо размяться. А, если ещё и зазеваться, то есть вероятность оказаться на Земле чуть раньше, чем я планировал.
Так-с, кто тут у нас наиболее опасным выглядит? Вот это шестиметровое существо 475 уровня с восьмью руками…
Шаморай Каросау — один из последних представителей воинов своей расы, который успешно противостоял силам демонов. Всего через пятьдесят лет после его гибели враги прорвали барьер сил и захватили территорию расы Йорганов.
Я аж моргнул и несколько раз мотнул головой в стороны, откидывая в сторону фрагменты того, как это существо рубилось с демонами. Как-то не хочется мне на него лезть после столь ярой демонстрации его способностей, уж больно красиво и без всяких лишних движений он отбивался от полчищ чудовищ вокруг него, да и…
Не скажу, что как-то положительно отношусь к тем, кто был его противником. Весьма сложно сказать, работает ли тут поговорка: «Враг моего врага — мой друг», поскольку это, как я понял, безмолвная статуя, которая магией запрограммирована на убийство ворвавшихся сюда, но какая-то доля сомнений появилась.
Вдруг это какой-нибудь скрытый квест, в котором надо догадаться, как умаслить эти разбушевавшиеся статуи?
Вопрос лишь в том, что я не считаю себя великим знатоком жестов разных стран и рас. В Китае, вроде как, кивки головой обозначают отрицание, а мотание из стороны в сторону — согласие. Это надо было итальянцем родиться, которые свою беседу не могут представить без размахивания руками. У нас руки при разговорах идут лишь в одном случае — начинается старый добрый мордобой.
Вдруг у них знак почтения что-то типа «поклониться по пояс, держа в правой руке левую ногу в позе аиста»? Не, ну его в болото…
— Рывок! Карающий удар! — я выскажу ему свое уважение, которое выразится в том, чтобы окончательно завершить любой путь этого существа.
Ему явно не понравилось терять здоровье, пусть и ушло всего процентов десять, что, кстати, никак не сказалось на внешнем виде статуи. Всеми своими руками он попытался схватить меня и раздавить, словно мелкого комара.
«Мда, в видео от системы он двигался куда быстрее», проскочило у меня в голове, хотя я едва-едва успел увернуться от смыкающихся в замке рук.
Ушел — хорошо, но вот то, что отскочил я прямо на другую двигающуюся скульптуру — фигово.
— Рывок! — взлетаю вверх
Мизур — великий драматург времен…
Да мне по барабану, кто это. Этот товарищ чуть было не вдарил по мне каким-то музыкальным инструментом, напоминающим пианино в миниатюре!
— Нет, дружище, на твой концерт я бы точно не пошёл! — недовольно покачал головой, осуждая столь вопиющее отношение к моей персоне со стороны данной творческой личности.
Тот, к сожалению, даже не поморщился, уцепившись взглядом к моей фигуре и не сводя с меня глаз.
— Блин, чего ж вас так много? — пожаловался я неизвестно кому, пытаясь решить, что делать дальше.
— Рывок! Истязание! Проклятье Велиала! — подлетаю к многорукому, станю его на несколько секунд и пытаюсь уменьшить количество его конечностей.
«Сойдет», резюмирую я несколько мгновений спустя, вновь взмывая в воздух. Ещё одну руку отрубить и вполне будет похож на обычного человека, пусть и слегка переевшего «Растишку».
— Эй, мы так не договаривались! — негодующе кричу я, уклоняясь от ударившего в мою сторону белесого потока света, который выпустил существо, державшее в руках манускрипт…
Эй’Кьяв’Ли’Нуза’Орина’Тод — некогда верховный маг, известный своим адским гневом и нетерпимостью к представителям иных рас…
— Ай-ай-ай, расизмом попахивает. Это уже лет тридцать как запрещено! — порицаю пытавшуюся убить меня статую.
Следующие несколько минут возможности сказать хоть что-нибудь у меня не было. Вышло так, что своими первыми кульбитами и отскоками я оказался прямо около столь вожделенного выхода из зала, куда начали стягиваться и ожившие скульптуры.
Стоило им пройти мимо своих неподвижных собратьев, как те сбрасывали многовековой покой и, стряхнув слой пыли, включались в охоту за бедным инквизитором.
Вот и приходилось скакать по помещению уворачиваясь от всего, что пытались в меня запульнуть, начиная от обычных заклинаний «Огненного шара», заканчивая совсем экзотическим видом оружия.
Больше всего меня поразило существо, отдаленно похожее на ящерицу. Оно сразу кинуло в меня своим хвостом, которое оторвало от себя, потом правой лапой, следом — левой. После этого он тупо замер, оглядывая себя, словно не понимая, почему же его конечности не отрастают. Секунд через десять у него что-то стрельнуло в гранитных мозгах, и он заковылял к упавшим вдалеке частям его тела. Забавно было наблюдать за тем, как он ползает по полу, пытаясь приставить к своим культяпкам оторванные им самим руки…