Страница 1 из 39
Сердце нараспашку
Светлана Головьева
Современный любовный роман
Романтическая эротика
Цикл: Бостонские мальчики
В тексте есть: новая любовь, сильные эмоции, второй шанс на любовь
Ограничение: 18+
Они оба зареклись больше никогда не любить. Они искалечены жизнью и не верят в счастливый конец. Два циника, два человека с пустотой внутри. Но может именно друг в друге они найдут спасение. Возможно, для этих двоих не всё потеряно. Но рискнут ли они? Откроют ли свои сердца нараспашку?
Глава 1
Селеста
Мужские руки на моей талии. Сильные, властные. Удерживают меня, прижимают к груди, где под дорогой рубашкой от Ральфа Лорена скрывается спортивное и до безумия сексуальное тело. В моей голове лёгкий туман от шампанского, и я чувствую лёгкую усталость. Правильней было бы сейчас уехать домой, принять обжигающий душ и лечь спать. Но правила не для меня. Я не могу просто так отказаться от этого соблазнительного мужчины. Тем более, когда его губы шепчут мне на ушко слишком сексуальные слова. Я поднимаю голову, чтобы снова посмотреть на него. Темноволосый, с густой шевелюрой, чёрные брови и такие же чёрные манящие глаза, красивый греческий нос, большие пухлые губы, которые в совершенстве владеют искусством поцелуя. Из-под воротничка тёмной рубашки выглядывает золотая цепочка, а на запястье шикарные и совершенно точно дорогие часы. Мы познакомились с ним час назад, но если честно сказать, я не помню, как его зовут. То ли Грег, то ли Крейг. Да и вообще, какая разница. Главное, что он как две капли воды похож на Харви. Харви Николс — единственный, кого я любила в своей жизни. По-настоящему любила. Вот только он не любил меня так же сильно, как мне того хотелось. Я собиралась за него замуж. Он обещал сделать меня самой счастливой женщиной в мире. Свадьба должна была быть великолепной. На празднество пригласили половину Бостона. Отец предоставил нам для этого события свою яхту, огромную, как «Титаник». Наверно уже тогда, я должна была принять это за знак. Но стоя у алтаря, как полнейшая идиотка, я полчаса упорно убеждала всех, что жених обязательно появится, что он просто задерживается. Хотя в душе я отчётливо понимала, что это всё наглая ложь. Гости перешёптывались, с сочувствием глядя на меня, а я не могла сдвинуться с места, теребя в руках букет белоснежных роз. Если бы не моя подруга Мэдисон, я бы так и простояла там вечность. Позднее я узнала, что Харви Николса никогда не существовало. Этот человек оказался мошенником, который обокрал меня и исчез. Вот только боль от этого предательства не исчезла.
Снова смотрю на двойника Харви, и сердце на миг заходится быстрым галопом. Но потом снова умиротворяется, покрываясь толстой коркой льда. Что я здесь делаю? Зачем снова причиняю себе боль, играю какую-то нелепую роль, притворяюсь кем-то другим? Голова начинает болеть сильней, лёгкий хмель словно по щелчку выветривается из меня, и я вмиг трезвею. К чёрту всё это. Отбрасываю от себя руки мужчины и возвращаюсь к своему столику. Беру сумочку, достаю несколько бумажных купюр и бросаю их на стол. В ресторане царит полумрак, свечи на украшенных столиках подрагивают от малейшего дуновения ветерка и тени на лицах посетителей становятся какими-то зловещими.
— Эй, куда же ты? — мой спутник нагоняет меня и его руки опускаются на мои голые плечи. Прикосновение получается слишком сильным, меня словно зажали в тисках. Я скидываю его руки с себя и поворачиваюсь к нему лицом. На меня словно снова смотрит Харви. Улыбается так, словно он Бог и все должны преклоняться перед ним. Но только не я. Я больше никогда не буду, ни перед кем преклоняться. Ни один мужчина этого не заслуживает. И это мысль действует, как спусковой крючок. Я поднимаю руку и отвешиваю этому самодовольному красавчику пощечину. Мужчина смотрит на меня шокировано, а по залу тут же пробегает удивлённый вздох. Встряхиваю и потираю ладонь, удар получился сильней, чем я рассчитывала. Не давая ему опомниться, я разворачиваюсь и спешу на выход.
— Психованная стерва! — долетает до меня крик обиженного мальчишки. Иначе его и не назовёшь. Не получил желанную игрушку, вот и разревелся. Вообще дети и мужчины очень похожи. Мужчины капризны, нетерпеливы, обидчивы и не принимают никаких компромиссов. Я повидала многих мужчин и не встретила ни одного, кто хоть как-то напоминал взрослого самодостаточного человека. А так хочется порой самой немного побыть ребёнком и знать, что о тебе есть, кому позаботиться. Вот только в нашем мире это вряд ли вообще осуществимо. Именно поэтому женщины нашего времени часто всё берут в свои руки, потому что мы знаем, что можем сделать всё лучше мужчин. Если так и дальше пойдёт, то скоро мы и вовсе сможем обойтись без них.
С этими мыслями я добираюсь до дома, принимаю душ, пытаясь смыть с себя запах мужского одеколона. И когда забираюсь в постель, то чувствую себя чуточку лучше. А ещё я очень гожусь собой. Я не надралась в клочья, не переспала с тем мужиком в ресторане и не соблазнила водителя такси (хотя это скорей по части моей подруги). В общем и целом я собой довольна. Ещё один день воздержания прошёл на ура. Да-да, нужно почаще говорить это себе, может быть хоть тогда мне ну будет так тошно.
Порой я чувствую себя роботом, который день за днём следует одной и той же программе. Я перестала, что-либо чувствовать. Я не ощущаю запаха приближающейся зимы, не чувствую радости от приближающегося Рождества, я забыла какого это смеяться от души, и что значит встречать с улыбкой каждый новый день. Я выжата, как губка. И всё это тяготит меня ещё больше. Во мне больше нет никаких эмоций и чувств, я стала пресной. Если это не изменится, боюсь, я просто покончу со всем этим раз и навсегда.
Рэй
Какая эта бутылка по счёту? Голова просто раскалывается. Шум прибрежных волн становится всё громче, он как будто окутывает меня с головы до ног. Я всегда любил океан. С самого детства он притягивал меня, я всегда слышал его тихий шепот. Я сбегал на пристань каждый раз, когда мои предки начинали свои бои без правил. Океан утешал меня, его рокот убаюкивал меня, и я часто засыпал прямо здесь, свернувшись калачиком на одной из скамеек. Я всегда был одинок, но приходя сюда, это менялось, казалось, что у меня есть кто-то, кто меня защитит. Конечно, это были детские наивные мысли, но в, то время, они меня спасали. Меня били в школе, и я приходил сюда, когда родители один за другим покинули меня, я снова бежал сюда. И каждый раз я получал порцию покоя. Только не сейчас. Не тогда, когда я повзрослел. И уж тем более не тогда, когда я вот уже больше года пытаюсь свыкнуться с потерей своей жены и ребёнка. Получается у меня, надо сказать, хреново. Уже год прошёл, а мне кажется, что это было только вчера. Только вчера я держал на руках свою дочурку, такую крошечную, что она вполне могла бы уместиться в моих ладонях. Моя белокурая девочка, мой ангелок с мягкими кудряшками. Я мог часами смотреть на то, как она спит, или на то, как Бет кормит её грудью. Эти две девочки были моим счастьем. Они дарили мне вселенскую радость. Я вырос в ужасной семье и когда я женился на Бри, то пообещал сам себе, что сделаю всё, чтобы она всегда улыбалась. Я хотел окружить своих близких коконом счастья и заботы. Я любил жену и делал все, чтобы она об этом знала. Дочка стала для нас обоих подарком свыше. Мы не боялись, не переживали, что наш дом слишком мал для троих, что нам не хватит сил, чтобы вырастить эту малышку. Мы были друг у друга, мы черпали силы из нашей любви и у нас всё получалось. Пока в один день я сам всё перечеркнул. Всего одно мгновение, один взгляд на малышку, одна шутка, брошенная Бри по поводу её пристрастия к дешёвым любовным романам. И всего один нерадивый водитель, решивший, что одна баночка пива ему не повредит. Всё произошло мгновенно, слишком быстро, чтобы хоть что-то понять. В одночасье я моя семья превратилась в прах, и я жалел только об одном, о том, что я не присоединился к ним.