Страница 42 из 44
Часть 7.4.
Всю следующую неделю я ожидала очередного проявления Влада. Но ни посылок, ни встреч не было. Это заставляло дёргаться ещё сильнее. Я бы предпочла встречу и разговор. Потому что не поставленная точка в наших странных отношениях нервировала. Я уже раз сто прокрутила в голове предполагаемый разговор. Придумала тысячу реплик своих и Влада, миллион доводов и возражений. А ситуация все никак не разрешалась.
К началу следующей недели я была согласна на любой исход, лишь бы больше не терзаться неизвестностью. Я напоминала сама себе героиню анекдота : «Бежала за вами три остановки, чтобы сказать, как вы мне безразличны». Мне просто жизненно необходимо было сказать, показать и доказать Владу, что он больше мне не нужен, что я счастлива здесь и сейчас, что я закрываю ту страницу прошлого. Видимо, я до конца сама не была в этом уверена, раз мне требовалось что-то кому-то доказывать. Но по другому у меня не получалось. Двинуться вперёд, не решив проблему, не выходило.
С авторской колонкой и моими идеями тоже как-то не срасталось. Петр Семёнович вроде одобрил, но требовал более детального плана, пробную версию. Работа выпускающего редактора мне разонравилась, даже подумывала вернуться начальником в свой отдел. Но пока оттягивала принятие решения, до пробного выпуска колонки.
А в середине недели я получила на почту письмо с неизвестного адреса. К письму был прикреплен файл, с первых минут просмотра я поняла, как была права, не став ничего скрывать от Славы. На видео были мы с Владом на парковке. Первым порывом было удалить все и постараться забыть. Потом решила, что удаляй-не удаляй, у Хартмана есть оригинал. Надо же не поленился и взял с камер наружного наблюдения этот кусок с нашими страстными поцелуями.
В самом письме не было ни строчки. Про шантаж речи не шло. Влад мог любыми другими способами добиться желаемого, чтоб не опускаться до такой низости. Вот только чего он добивался, мне было не ясно. Просто напомнить о себе или заставить меня понервничать? Довести меня до нужной кондиции? Но тут он не учел, что я уже все рассказала мужу, и что я дошла в рассуждениях до той точки, когда уже не важен итог, а важно, чтобы ситуация завершилась. Это как для спортсмена, который жаждал победы, перегореть и не хотеть уже ни медалей, ни достижений. Я перекинула файл с видео на флэшку и удалила письмо.
Дома оказалось, что Слава не терял времени даром и поузнавал у одного своего высокопоставленного знакомого про Влада Хартмана и его дипломатическую карьеру. Оказалось, что не все так чинно, как он мне рассказал при первой встречи.
- Понимаешь, Огонек, никто всей правды не скажет. Да и не нужна нам вся правда- спокойнее спать будем. Но есть кое-что интересное, чем можно Влада прижать. Когда Влад влез в политический конфликт со своим персональным расследованием, на него вышли представители военных структур и вербовщики нескольких стран. Влад после отказа сотрудничества с ФСБ числился неблагонадежным. За ним установили присмотр. А когда он отправился в Осетию на встречу с представителями американских служб, объявили предателем Родины. И то, что в госпитале случайно или специально произошла заварушка с документами, сыграло на руку Владу.
- Может вообще ему помогли в госпитале? Отец всё-таки не последний человек в политике.
- Может и так, - Слава пожал плечами. – Мы этого не узнаем. Но когда отец восстанавливал ему документы, то он записал не полное имя – Владислав, а сокращённое Влад. И с новыми документами его отправили в Германию. Тут вот начинается интересное. Друг отца знакомит Влада со своей дочкой Евой. Дочь от первого брака, жила с матерью вдали от отца в Саратове. И вообщем-то Ева знать не знала, чья она дочь. Но ее сводный брат погиб- умер от передозировки наркотиками. И о девушке вспомнили, забрали в Москву и активно стали выводить в свет. А потом отцы семейств, видимо, решили составить удачную партию и свели детей. Таким образом, Еву пристроили и карьеру Влада укрепили. Как я понял со слов Михаила, Влад целиком и полностью зависит от своего свёкра. Тот пытается передвинуть Хартмана на свое место, для этого избавляется от конкурентов. Владу светит блестящее будущее, не смотря на немного запятнанную репутацию. Но я вот думаю, что отец Евы не будет рад, если узнает о том, что его дочери наставляют рога. Доказательств у нас нет, Влад если и изменяет, то тихо. Но думаю его можно хотя бы припугнуть.
- Доказательства есть, - я выложила флэшку на стол. – Не убийственный компромат, так - поцелуй. И мне кажется, что Влада это не испугает…
Я постучала пальцами по столешнице, была у меня такая привычка еще со школьных времён.
- Не страшно, что ты на том видео? – Слава внимательно посмотрел на меня.
- Нет. Ты и так все знаешь, вот от этого страшно и стыдно. А другие…Единственное, там ракурс плохой – у меня второй подбородок как будто. И платье полнит, ты что не мог сказать, что мне не идёт этот фасон?
- Боже, женщина, в руки к мужу попадает видео встречи с любовником, а она думает о фасоне платья! – Слава не сдерживаясь засмеялся.
- Не с любовником, прошу заметить! А про дурость свою я и так знаю, а вот про пару лишних килограммов узнала только на видео.
- Я тебя обожаю! – Слава перегнулся через стол и крепко поцеловал.
- Опять они целуются! Фууууу, - это Сёма, влетевший на кухню как ураган.
- Прелесть-то какая, - это Сима, вошедшая следом за братом.