Страница 58 из 64
- Твоя девушка - труп, - веско заявил Леша, коротко постукивая по столешнице сжатым кулаком. - Если они ее поймали, то…
И тут у него в кармане истошно затрезвонил телефон. Андрей машинально отметил, что рыцари Мальтийского ордена, оказывается, любят и уважают классику: на звонке у Леши стоял Виктор Цой.
- Кто это? - безнадежно спросил Рыжий. Голос его звучал глухо из-за того, что парень последнюю минуту с силой прижимал ладонь к лицу.
- Наружка, - ответил Леша напряженно и прижал телефон к уху. - Да. Да?.. ДА?!
Андрей подскочил на месте и буквально вцепился в парня, не обращая внимания, что тот все еще не положил трубку:
- Кто это?! Кто?! Что происходит?!
Одним движением руки откинув его в сторону, Леша подскочил со стула.
- Едем сейчас же! - пообещал он кому-то и, сунув телефон в карман, посмотрел на Рыжего, сияя. - Они их засекли!
- Где?
- Они идут в замок, - сообщил Леша и коротко обернулся на Андрея. - Твоя телка еще жива.
- Наташа! - тот даже не прицепился к весьма напрягающему слову “еще”. - Где она?
- Неважно, - легко отодвинув его с дороги, Леша шагнул в коридор. - Мы едем ее вытаскивать. Надеюсь, успеем.
Не успел Андрей глазом моргнуть, как дверь за странными гостями захлопнулась, и он остался совсем один. Но он недолго стоял так посреди комнаты - случайно наткнулся взглядом на стоящее у стены, покрытое сетью трещин зеркало, встретился глазами с собственным отражением и, неизвестно что про себя решив, кинулся к двери.
Он успел перехватить мальтийцев в последний момент - они уже садились в занявший полтора парковочных места черный джип. Рыжий хотел было захлопнуть дверь, но Андрей не дал ему этого сделать, с силой потянув ручку на себя.
- Эй, ты охренел?
- Сами вы охренели, - ответил Андрей, награждая Рыжего тычком в бедро. - Жопу двигай, я с вами еду.
- Чего? - Леша ради такого дела даже перегнулся через напарника и посмотрел на Андрея, как на конченного психа-самоубийцу. - Парень, ты вообще понимаешь…
- Понимать ничего не хочу, - тому все-таки удалось сдвинуть Рыжего на несколько сантиметров, и этого хватило ему, чтобы с полным правом юркнуть в салон. - Там моя девушка, и я еду с вами, ясно вам?! Да двинь же ты жопу, урод!
- Ты еблан? - проникновенно осведомился Рыжий, но все-таки подвинулся, давая Андрею возможность присесть. С переднего сиденья на них обернулся какой-то парниша, которому, судя по виду, едва-едва сравнялось двадцать лет:
- Ребят, кто это?
- Местный самоубийца, - шутканул Леша. - Не парься, все нормально будет. Хочет сдохнуть - пожалуйста, его право. Милосердие и понимание, все помнят?
Все замолчали. Андрей - потому что он ни черта не понял, а Рыжий и парниша - наверное, потому, что им нечем было крыть.
- Вот и отлично, - Леша откинулся на спинку сиденья и достал из кобуры маузер. - Едем.
Мою последнюю надежду на то, что в музее сработает сигнализация, Амалия разрушила в момент, споро отперев замок на воротах, ведущих во внутренний двор:
- Не волнуйтесь, никто не прибежит. Я еще вчера тут все выключила.
- Предусмотрительно, - пробормотал шедший рядом со мной Павел. Руки ему так и не освободили, и я в поисках поддержки осторожно сжимала его локоть. У меня все не хватало духу признаться, что это я, решившая невовремя заняться спиритизмом, стала виной тому, что масоны добрались до своей многолетней цели. Каждый раз, убеждаясь, что на мой шепот сейчас обратят мало внимания - например, Амалия была занята тем, что вскрывала очередной замок, - я делала вдох и готовилась каяться, и каждый раз что-то меня останавливало.
- Ваше Величество, я…
- Осторожно, - буднично перебил меня он, - здесь ступенька.
Предупредил он как раз вовремя, чтобы я не споткнулась. Но весь настрой признаваться от этого стерся в момент. Последний раз я решилась, когда мы поднимались по парадной лестнице:
- Я…
- Натали, - проговорил он успокаивающе, - я понимаю, что вам страшно. Но я обещаю: если вы не будете нарываться на рожон, все будет хорошо.
Переделка, в которой мы оказались, не располагала к тому, чтобы верить ему, но говорил он настолько уверенно, что у меня не было иного выбора.
- Ладно… - пробормотала я, опуская голову. Больше поговорить не удалось: мы вошли в выставочные залы, Амалия бесцеремонно дернула Павла вперед, и я, лишившись даже слабой опоры, как нельзя острее ощутила себя маленькой и совершенно беззащитной.
- Ну, куда надо идти?
- Идите за мной, - чинно проговорил он и зашагал первым. За ним двинулась не спускающая с него пистолета Амалия, и затем я с молодчиками, без перерыва державшими меня на мушке. Вспомнив, что Амалии достаточно лишь дать небольшой знак, чтобы мое прошитое пулями тело упало на пол, я с новой силой задрожала. Но пока что все шло так, как устраивало женщину: мы подошли к знакомой мне уходящей вниз лестнице и начали медленно спускаться вниз.
- Поддержите его кто-нибудь, ребята, - приказала Амалия, кивая на Павла. - А то упадет, и будет шея на сторону раньше времени…
Павел ничего не ответил на это и молча продолжил спуск, не удостоив и взглядом оказавшегося рядом с ним парня. Но спустя несколько ступеней он резко остановился, и Амалия едва не влетела ему в спину.
- Эй, Ваше Величество, что еще за…
- Тише, - приказал он, и она, что удивительно, заткнулась. - Прислушайтесь.
У меня замерло сердце. Снизу действительно донесся какой-то невнятный шорох.
Пользуясь тем, что ко мне временно утратили интерес, я отступила к стене. Амалия щелкнула предохранителем пистолета и направила его в темноту, молодчики встали по обе стороны от нее и сделали то же самое.
- Эй! - крикнула женщина, и мне по ушам ударило многоголосое эхо. - Кто там?
Шорох все приближался, и мне стало совсем жутко. Спустившись на несколько ступенек, я встала рядом с Павлом и, заглянув ему в лицо, увидела на нем выражение неподдельной горечи.
- Что такое? - спросила я шепотом. Он ответил мне с видом, будто справляется с внезапно подкосившей его болью:
- Я знаю эти шаги…
У Амалии, видимо, начали сдавать нервы. По крайней мере, я необычайно ясно почувствовала, что она в шаге от того, чтобы выстрелить наугад в темноту. И тут я увидела, что мрак разгоняет слабый свет фонарика, а следом за этим снизу послышался знакомый мне голос:
- Амалия Григорьевна?
Нина Сергеевна, администратор музея, обмерла, увидев нашу приятную компанию, только переводила растерянный взгляд с одного лица на другое.
- Ва… Ваше Величество? - вырвалось у нее, стоило ей увидеть Павла. Впору было похлопать тетушке: она оказалась единственной, кто его узнал. Кажется, он хотел что-то ей сказать, но Амалия не дала ему этого сделать:
- Нина Сергеевна, милая, вы что тут делаете?
- Нет, - ответила администратор с необычайной для ее благообразного облика решимостью, - это вы что здесь делаете? Кто это с вами?
- У нас тут маленькая экскурсия по подвалам, - ответила Амалия со сладкой улыбкой. - Его Величество согласился провести. Ларец из вечного железа искать будем.
На последних ее словах Нина Сергеевна растерянно посмотрела на Павла. Он едва заметно кивнул со страдальческим видом.
- Как, - только и пробормотала тетушка, опуская руку с фонариком. - Разве это ларец?..
- А вы что, тоже искали? - рассмеялась Амалия, убирая пистолет в кобуру. - Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что? Любопытная вы, Нина Сергеевна…
Мое облегчение от того, что эту милейшую женщину, кажется, не собираются убивать, было лишь секундным. Я вздохнуть не успела, а Амалия с удивительной легкостью выкрутила Нине Сергеевне руку. Фонарик беспомощно выскользнул из ослабевшей пухлой ладони, ударился о ступень и, мигая, покатился куда-то вниз. В слабом свете фонарика телефона, который один из молодчиков использовал, чтобы освещать нам путь, я видела, как лицо Нины Сергеевны искажается гримасой боли и страха. Понимая, что сейчас произойдет, я испуганно вскрикнула и изо всех сил вжалась Павлу в плечо.