Разведка боем

Глава 12

Вопреки всем ожиданиям, уснул я практически сразу, как только выбрался из бочки, заменяющей ванну. Ждать, когда нагреют или натаскают нагретую воду, не было сил, и я быстро смыл с себя кровь, грязь, какую-то вонючую слизь в прохладной воде, которая осталась после моего первого купания. Это была уже практически чистая вода — ее меняли три раза, пока я не смыл с себя следы своего первого столкновения с мелорном, попавшие на свеженасыпанную на голову штукатурку. На этот раз я не приказывал ничего менять, и вышел из-за ширмы, заменяющей ванную комнату, в чем мать родила, уже в полусне пересек комнату и растянулся на относительно чистых простынях, не соизволив одеться, и, кажется, даже не прикрывшись одеялом, или хотя бы простыней. Сквозь дрему я слышал, как вытащили из комнаты бочку с грязной водой, в который раз успев удивиться тому, что в Вигарасе присутствовали все средства, облегчающие жизнь человека, включая центральную канализацию и подачу воды по системе водоснабжения, тогда как здесь до сих пор использовали ночные горшки, которые опорожняли в отхожую яму, чистить которую было, естественно некуда и ее содержимое медленно, но верно просачивалось в ров. Монстра, живущего в том болоте, такое положение дел нисколько не смущало, он только здоровее становился. Когда я задал вопрос Эрике по поводу такого неустройства быта, то получил ответ, что господин барон был чрезвычайно консервативным человеком, и не позволял изменять порядок, установившийся веками в своем родовом замке. А под изменением порядка барон понимал, как раз канализацию. Он мотивировал это тем, что можно отравить воду в резервуаре, откуда она подается в краны. Очень странная на самом деле логика, потому что колодец, который в соответствие со всеми традициями был вырыт во внутреннем дворе, отравить было куда быстрее и проще, достаточно подкупить какого-нибудь слугу в замке, и считай дело сделано. Но, хоть мотивы у барона были, мягко говоря, необъяснимыми, наличие этого самого колодца спасло жизнь обитателям замка, которые не могли выйти из него, когда сразу же за мостом на площади раскинулся мелорн. Так что бароньи принципы на этот раз как раз-таки сработали.

Спал я крепко и никакие вонючие кишки, развешанные отвратительной гирляндой на ветвях дерева, мне к счастью, не снились, это было странно, но я не жалуюсь, потому что почти выспался. Почти, потому что к несчастью снилась мне Эва во плоти, и, надо сказать, в роскошной плоти. На этот раз я сильно не сопротивлялся ее весьма чувственному натиску, а она не хотела так фанатично меня убить, после завершения нашей весьма приятной встречи, как в тот раз, когда мы, можно сказать, познакомились. Когда в моем весьма страстном эротическом сне я перевернул ее на спину и пошел на второй заход, чувствуя, что вот-вот наступит долгожданная разрядка, завершить дело мне не дал голос Эвы, раздавшийся в голове прямо во время процесса.

— Немедленно просыпайся! — я резко распахнул глаза и перевернулся на спину, одновременно выхватывая меч, лежащий в ножнах на стуле, стоящем рядом с кроватью и заменяющим прикроватную тумбочку. Воцарилось недолгое молчание, а затем Эва произнесла с придыханием. — О-о-о, и что такого весьма интересного тебе снится, что возник такой… значительный побочный эффект? — промурлыкала она последнюю фразу.

— Ничего, — буркнул я вполголоса, понимая, что, когда хватает времени на подколки, ни о какой опасности речь идти не может. Так что я быстро убрал меч, поднялся, обматывая бедра тонким одеялом, чтобы скрыть от ее любопытного взора, или как она могла видеть, реакцию тела на сон с ее непосредственным участием.

— И как зовут «ничего»?

— Зачем тебе знать? Как-то зовут, — я принялся искать одежду, которая обнаружилась на стуле, стоящем возле кровати. М-да, учитывая, в каком виде я спал, вероятно весь замок обсуждает мои сны и пытается выяснить, кого именно я в этих снах видел.

— Просто интересно, — Эва, похоже уже забыла, зачем она меня вообще разбудила. Теперь ее волновал только один вопрос, на который она с нездоровым любопытством жаждала получить ответ. — Ну скажи, какой хотя бы у нее цвет волос? — капризно заныла магиня.

— Это была блондинка. Еще вопросы? — Стянув одеяло, я буквально запрыгнул в штаны, и лишь после этого принялся надевать все остальное, особенно уже не торопясь.

— Ага, — глубокомысленно произнесла Эва. — Нет, вопросов больше не имею.

Я подозрительно покосился на меч со сверкнувшим центральным камнем. Вот теперь я вполне могу заподозрить, что сон был наведенным с заявленным сценарием. За каким хером только ей это понадобилось? Решила избавить меня от кошмаров? Ну тут можно было и поспорить, насчет ее выбора. С чего это Эва взяла, что страстный секс с ней во сне — это не своего рода кошмар? Но я скорее язык себе откушу, чем спрошу у этой стервы напрямую. Терпеть ее насмешки вот прямо сейчас мне было не охота.

— Ты зачем меня оторвала от весьма соблазнительной блондинки, которая в тот момент выполняла такое… м-м-м, м-да, в реальном мире редко встретишь настолько отзывчивых, страстных и в то же время покорных любовниц, — спрашивать я ее не буду, но поддеть эту дрянь — это было практически святое.

— Твоя жена заявилась, — в голосе Эвы прозвучало легкое недовольство, значит, шпилька достигла цели. — И она далеко не блондинка. Но то, что ты от нее гуляешь направо-налево, это я знала, сложно не догадаться, особенно после того, как тебя в одном очень известном борделе лечили.