Страница 16 из 25
– Дивись мені в очі! – повторила лошадиная морда.
– Не хочу! – зажмурил он глаза.
Сатир Юлий с недоумением посмотрел на него.
– Чего ты не хочешь? – удивился он.
– Ничего! – судорожно ответил Гава.
И в этот момент вдруг истошно вскрикнул черноволосый маг.
– Вон, вон она!
– Где? Где? – всполошились экскурсанты.
– Вон в том окне, – показал он рукой наверх. – Видите?
– Да, точно, вон она, ага! – подтвердила слова мага наяда Эвелина.
Все повернули головы в ту сторону, куда указывал маг, но никого в окне на втором этаже не увидели.
– Да что вы выдумаете, – не поверила им Ульяна.
– Ничего я не выдумываю, – обиделась Эвелина, – она была там, но отошла.
Неожиданно маг Нуар вновь закричал:
– Вон она!
Все повернули головы туда, куда указывал маг, и ясно увидели в соседнем окне с крестообразным переплётом девушку с длинными белыми волосами, с бесцветными губами и с чёрными, как бусинки, глазами. Но только на несколько секунд. Видимо, испугавшись всеобщего внимания, белая дева вновь отпрянула от окна.
Маг Нуар тотчас бросился к входной двери.
– Игорь, вы куда? – окликнула его Агния.
– За ней.
– В музей мы заходить не будем, – покачала головой Агния. – Мы ведь не для того сюда приехали, чтобы тратить время на хождение по залам. Прямо сейчас мы отправляемся дальше в город. А на прощанье можете заглянуть в этот колодец, – показала Агния рукой на расположенный в углу двора колодец, прорытый в толще горы и накрытый для безопасности посетителей решёткой, – говорят, это вход в бездну ада.
Все странники, за исключением Влада Гавы, тотчас обступили колодец и с любопытством заглянули внутрь. Из бездны ада повеяло на них холодом и смрадом.
В ожидании, пока освободится место у колодца, силен вновь посмотрел туда, где ему привиделась Сивая Кобыла. К его ужасу, та кляча до сих пор выглядывала из арочного окна и, ощерив зубы, явно хотела ему что-то сказать, но за двойной рамой слов её было невозможно разобрать.
– Пшла вон! – в ожесточении сказал ей силен. – Но-о, сатана!
К его удивлению, она послушалась и отошла.
Неожиданно рядом открылось соседнее окно, и в нём появилась служительница музея, решившая, видимо, проветрить помещение. Силен вздохнул с облегчением.
Служительница отошла в сторону, и в открытом окне вновь показалась Сивая Кобыла. Более того: на ней теперь кто-то сидел. Влад присмотрелся и обнаружил, что на её белесом крупе восседал скелет, накрытый льняным балахоном.
Из-под капюшона на Гаву-Левинского смотрел выбеленный временем череп. Черневший провалами пустых глазниц и обрамленный седыми космами, он был увенчан серебряной короной. В костяной руке всадник держал острую косу, что сразу наводило на мысль, что перед ним на бледном коне восседал не просто его давний приятель Морок, а сам вестник апокалипсиса по имени Смерть.
Натянув костяными руками поводья, всадник поднял клячу на дыбы, и та, взяв барьер, неожиданно выпрыгнула из окна во двор. Правда, никто из странников на это внимание не обратил, поскольку все были увлечены созерцанием бездны из колодца. Лишь как в тумане прозвучал голос Агнии:
– Можете бросить монетку, если кто пожелает вновь вернуться сюда.
Бросить монетку в бездну никто не пожелал, посему все странники тут же направились к выходу. Конь бледный вдруг заржал, после чего Влад Гава услышал знакомый голос:
– Йди за мною!
– Нет, – замотал силен головой.
– Йди! – приказала ему Сивая Кобыла, скосив морду.
– Нет! – ответил Влад.
Чтобы не слышать её голоса, он заткнул себе пальцами уши. Теперь он видел перед собой лишь картинку с выключенным звуком. Старая кляча с оседлавшим её скелетом упрямо торчала перед его глазами.
«Заткнув вуха і думаєш, що не почуєш мене?» – неожиданно вновь проник в его сознание её дребезжащий голос. – «Зараз я тобі прочищу вуха!»
«И как это ты сделаешь?» – дерзко подумал он.
«А я влізу до тебе в одне вухо, —пообещала ему Сивая Кобыла, — а вилізу через інше!»
Перепугавшись, Гава тотчас вытащил пальцы из ушей.
– Влад, вы что там застряли? – окликнула его Агния, – не отставайте!
Взмахнув острой косой, всадник апокалипсиса пришпорил бледного коня и незаметно для любовного гида проскакал мимо. Сивая Кобыла первой влетела в проходную арку, за ней последовали и странники любви.
Яркая вспышка света и пульсирующее мерцание в глазах.
Мост влюблённых
Главное – загадать желание.
Следующую остановку зелёный микроавтобус «Мерседес Спринтер» с алыми буквами LOVE TOUR по борту совершил на площади Шандора Петефи. Из салона один за другим выбрались миловидная рыжеволосая женщина в янтарно-жёлтом сари и двенадцать любовных странников с одинаковыми бейджиками на груди, очень похожими на листья липы и одновременно на зелёные сердечки.
По проулку, специально отделённому от площади цветочными вазонами (чтобы ни одна машина не могла сюда проехать!), группа лав-туристов под восторженный голос гида направилась…
– …к самой главной достопримечательности Унгвара, которую любят посещать не только гости города, но и сами местные жители, поскольку к ней сходятся все дороги, как из старого города, так и из нового.
– Мы идём к реке? – догадался тёмный маг.
– Да, к ней, – ответила Агния. – Именно так, рекой, по-простому называют её местные жители. Не важно, какое у тебя настроение, с компанией ты или в одиночку, пасмурно ли сейчас или светит солнце, – река одинаково притягивает всех, как магнит, в любую погоду и в любое время года. Одних она тянет сюда успокоиться, других – набраться сил, а третьих – насладиться той волшебной атмосферой любви, которую она создаёт.
Вот и мы идём сейчас с вами к реке. Именно идём, а не едем, потому что многие дороги к ней в историческом центре города и мост через неё, а также обе набережных полностью отданы на откуп пешеходам.
Здесь нет автомобильного движения вдоль реки, как это устроено в столице, где на гранитных набережных почти нет людей: там хоть уши затыкай – такой гул стоит от проносящихся машин. Конечно, наш Уж по сравнению с Днепром – это просто ручеёк. Но в Унгваре этот ручеёк играет градообразующую роль. Уж не только соединяет старый и новый город, он соединяется с городом даже в названии, становясь всем известным Уж-городом.
Подчёркнуто гордо произнеся это слово раздельно, Агния вдруг заметила, что её пламенную речь, посвящённую реке, кроме трёх человек, обступивших её, как оказалось, совсем никто не слушал. Остановившись у Цветочного ряда, перед самым входом на мост, она оглянулась: все остальные (кто попарно, а кто в гордом одиночестве) были предоставлены сами себе, растянувшись, как хвост змеи, на десять метров.
Терпеливо подождав, пока вся группа соберётся вокруг неё, Агния снисходительно подытожила свой панегирик кратким резюме:
– Ну, вот мы и пришли с вами к реке.
– А что это за река? – поинтересовался пан Тюха, вызвав общий смех.
– Уж, – совсем кратко ответила Агния, – а это перед вами пешеходный мост. На первый взгляд, как видите, вполне обычный мост.
Глянув вперёд, экскурсанты дружно закивали головами. Мост, действительно, был ничем не примечательный: не широкий и не длинный (сто метров, не более!), покрытый асфальтом, без всяких архитектурных излишеств, он выглядел, словно продолжение переулка, отличаясь лишь тем, что был ограничен по бокам металлическими перилами да украшен гирляндами разноцветных лампочек, развешанными между редкими светильниками.
– Но это на первый взгляд, – продолжила Агния. – На самом деле, это очень необычный мост. Он является сердцем нашего города, символом любви и исполнения желаний. В последнее время здесь появилась традиция: каждый раз, переходя Уж по этому мосту из нового Ужгорода в старый Унгвар, нужно непременно загадать какое-то желание, и оно что?