Страница 70 из 80
— Господин уполномоченный вэчэка, — нервно снял и принялся протирать очки белоснежным платком патологоанатом. — Вы сомневаетесь в моей квалификации? Я занимаюсь своим делом пятьдесят лет.
— Абрам Шмулевич, как можно? — вскинул я руки. — Я просто сомневаюсь — а возможно ли это вообще?
— С такой ерундой справится даже практикант, — хмыкнул доктор, а потом, ухватив какой-то длинный блестящий предмет — кажется, его именуют зондом? принялся выковыривать пули.
Вся операция заняла у патологоанатома минут десять, может и меньше.
— Вот, извольте, — протянул мне Абрам Шмулевич кювету, в которой лежало пять кусочков свинца — четыре почти одинаковых, а один побольше.
Доктор потрогал деформированные пули зондом, сбил в кучку четыре из них, и пояснил:
— Вот эти извлечены из органов, ранения которых, на первый взгляд, не представляло непосредственной опасности для жизни. Если только внутреннее кровотечение, какие-то аномалии — все бывает, нужно делать вскрытие, чтобы ответить точно. А вот эта, — Абрам Шмулевич пошевелил кусочек, явно от пули калибра семь шестьдесят два. — Вот эта извлечена из сердца. Данное ранение, как известно, смертельно.
— Спасибо, Абрам Шмулевич, вы настоящий мэтр своего дела, — похвалил я старенького патологоанатома.
Кажется, нехитрая похвала пришлась по душе старику. Иначе, с чего бы он принялся суетиться, заворачивать каждую пулю в отдельную бумажку? А у меня возникли очередные вопросы, на которые можно получить ответ лишь у товарища Тухачевского.